Туда, где тихо

Елена давно заметила: когда город начинал утомлять её, она уходила в сосновый бор за окраиной. Ничего особенного в нём не было — обычная роща с высокими соснами, мхом под ногами и старой тропинкой, уходящей к ручью. Но стоило ей пройти между деревьями, как становилось легче.
Здесь не было привычного городского шума. Под ногами тихо поскрипывала хвоя, где-то в стороне постукивал дятел, а ветер шевелил верхушки сосен. Постепенно мысли о работе и дедлайнах отступали.
Иногда Елена заходила в небольшую часовенку на опушке. Она была почти игрушечной — деревянной, старенькой, с узким окном. Внутри пахло воском и деревом. Солнечный свет падал на пол, и в нём кружились пылинки. Елена могла посидеть там несколько минут, ничего не делая и ни о чём не думая.
Рядом с часовенкой журчал ручей. Вода была холодной даже летом. Елена иногда опускала в неё ладони и смотрела, как течение обходит камни, не задерживаясь ни на секунду.
По вечерам во дворе соседнего дома распускались ночные фиалки и маттиола. Днём их почти не замечаешь, зато вечером воздух наполнялся сладким запахом. Елена любила эти часы, когда всё вокруг становилось тише.
Были в её жизни и люди, рядом с которыми становилось спокойно. Бабушка, соседка, возившаяся в своём саду, старый лесник, которого Елена иногда встречала в бору. Они не говорили ничего особенного и не пытались никого учить жизни. Просто занимались своими делами: сажали деревья, чинили крыши, ходили в церковь, помогали соседям.
Елена смотрела на них и думала, что, наверное, именно так и выглядит настоящая сила. Не нужно быть громким, чтобы выдерживать жизнь. Иногда достаточно просто делать своё дело и не терять внутреннего спокойствия.
И когда в очередной раз город начинал давить шумом, Елена знала, куда пойдёт.
В сосновый бор. К ручью. К старой часовенке.
Туда, где снова становилось тихо.