Жажда 22. Света. Черт попутал 2. 0

Луч солнца пробился сквозь листву и упал на паспарту с рисунком самого Филиппа Старка*  на стене. Вообще-то, Света больше любила живопись, которой увлеклась еще во Львове, где училась на дизайнера.

Мягкой синтетикой она наносила последние штрихи. Слега растушевала нанесенные ранее слои. Затем тонкой кистью добавила несколько акцентов. Чуть усилила нежно-розовый оттенок. Да, теперь все.

Надела очки. Отошла на пару шагов назад, оценивая всю картину в целом. Оглядела придирчивым взглядом. И осталась очень довольной.

Из антикварного, в полный рост зеркала, стоящего в рабочем кабинете, на нее смотрела очаровательная девочка-подросток. Задорные пряди пикси, выразительные глаза, блеск которых усиливала качественная оптика. Идеально прямой нос, припухлые от природы губы, нежная кожа, искусная косметика. Летнее приталенное платье, стройные ножки в изящных туфельках — все просто супер.

Вдоволь полюбовавшись на отражение, Света чуть нахмурилась. Конечно, хорошо быть вечно юной. Еще приятно видеть удивление на лицах охранников в ночных клубах при виде ее паспорта. А всех подруг пропускали без проблем.

Вот только тридцатник приближался с неумолимой скоростью, а она пока одна. В смысле не замужем. Ну, конечно, у нее есть Дима. Но...

Поколебавшись мгновение, набрала номер из списка звонков: «Привет! Я готова. Нет, к офису не подъезжай, остановись на Горького, около библиотеки, я подойду минут через десять».

Потом посмотрела на уровень зарядки айфона. «Вот же я... блондинка! Забыла подзарядить, пока красилась. Опять аккумулятор почти сел. Ну теперь уже некогда. Нужно Диме сказать, пусть посмотрит. Или починить можно, или батарею новую покупать. Надеюсь, не по улицам же мы будем ходить. Жара такая. Зарядка со мной, обойдусь».

…Димка в это время пробивался в указанное место. Отчаянно ругался, проклиная пятничные пробки. Город был забит наглухо, скоро конец августа. Из отпусков люди начали возвращаться. И все прутся на работу в авто. Почти каждый по одному. А потом ни проехать, ни машину поставить. Понаставили кругом паркоматов, разметки всякие.

Ему то конечно пох, где стоять. Но было бы в городе метро, о котором всю жизнь только слышал. Ездил бы на подземке. Так нет, все федеральные бабки ушли на ЧМ-18 и стадион. И не только туда, конечно. Хоть Свете успел позвонить, предупредил, что поздно буду. Вспомнил ее папу. Как будто зуб заныл...

Полчаса назад ему позвонил Толик, участковый с Комсомольской: «Дима, давай, подтягивайся поскорей. Только что маякнула Полякова. Ну да, та самая. С любовничком своим ненаглядным, — хохотнул и продолжил. — Он из командировки возвращается сегодня. Обещал ей, что не поздно будет, с шампанским. Сядем на адресе, подождем этого типа;. Примем как брата, поговорим».   

Да, была такая история. Обратилась в их отделение женщина. Одинокая. Симпатичная, хоть и в возрасте, на Димкин взгляд — за сорок. Познакомилась она как-то с мужчиной своей мечты. Тоже разведенный. Обходительный такой, начитанный, стихи ей читал. И еще заботливый, и главное — не жадный. В общем, переехал к ней.  Он подарки ей делал, в рестораны водил, говорил, что зарабатывает неплохо.

Через месяц она уже про ЗАГС стала подумывать. Вся в сладких мечтах о том, что будет одевать на регистрацию, заявительница как-то полезла в заветную шкатулку. Ювелирные изделия хранила там разные. Золото, браслетики, сережки с камешками, что еще от бабушки достались. А шкатулка — почти пуста.   

Бедная женщина была просто в шоке. Понять не могла, куда подевались семейные драгоценности. Пока не пришла к самому невероятному выводу. Что ее любимый романтик обокрал. И заявила с горя в полицию.

Дружок как раз на неделю уехал, а сегодня возвращался. И важно было застать его именно дома, у нее в квартире. Вот он, Дима, и ехал сейчас на «хлопок»** .

Светлану тоже ждала романтическая встреча. Расположения девушки уже год добивался старый знакомый. Не в смысле возраста, а друг юности. Она как раз собиралась во Львов уезжать, учиться. В городе был строительный, но не дизайнерского профиля. А тут целая академия искусств. На Москву или заграницу денег у папы тогда не хватало. Это он позже поднялся. А в незалежней партнеры у него оставались. Еще по Союзу. Помогли.

Так вот этот Илья тогда даже приезжал к ней во Львов. Они познакомились еще здесь, когда Света приходила на день открытых дверей в строительный. Присматривалась. А он уже на 2-м курсе учился. Уговаривал вернуться обратно. Влюбился по уши.

Снял квартиру неподалеку возле Стрыйского парка. Встречал после занятий на подкурсах. Они гуляли по аллеям Львова, его средневековым улочкам со скругленными углами. Прыскали в кулак над названиями местных вывесок: «Шкарпетки и панчохи», «Перукарня».

Светлана тогда просто влюбилась в этот красивый город. Но не в Илью. Спокойно проводила друга после поступления в академию и напрочь забыла.

А он оказывается — нет. Так и не женился. Попал по протекции в крупный девелоперский холдинг с московскими деньгами. И как-то пересекся на совещании в администрации с папой Светы. Тот как раз выступал на комиссии по градостроительству. Фамилия, совсем не редкая, показалось Илье знакомой, навел справки.

Выяснил, что Света после Львова работает в дизайн-студии. А студия входит в строительный концерн ее отца. Папе ведь по фигу, что диплом у нее украинский. К тому-же учили там серьезно, уже по-европейски. Да и Светлана, только в шутку иногда вспоминала, что она блондинка.

Уж кем-кем, но простушкой не была Света точно. Вот и сейчас, выходя из офиса, продолжала взвешивать. Выбирала любовный напиток. На разных чашах весов, словно в бокалах, разместились столь любимые противоположные полюсы.

В одном плескалась романтическая текила-любовь с четырехлетним стажем. Крепкая, с горечью нечаянной измены. Как бы прощенной Димой. Хотя, возможно, и не забытой. Такая вот гремучая «Кровавая река»***  из счастья и слез.

В другом искрился восхитительный «Беллини», загадочный и сладкий. Без единой терпкой ноты. Где игривые пузырьки, пронизывая персиковую мякоть, нежно устремляются ввысь. Нет опьянения, так и похмелья не будет…

Дима, конечно, хороший парень. Но, как ни крути, все же обычный мент и звезда с неба — не про него. Пока донесет, та и погаснет. Так стоит ли ждать?  И тут рядом верный друг Илья, ловящий каждый ее взгляд. Терпеливо ожидает, не теряет надежду на взаимность. Готовый исполнить любую прихоть и каприз.

…Как же он почувствовал, что она готова? Света ведь едва устроилась на приятно прохладной коже сидения.  Или продуманно расстегнутая лишняя пуговка поведала Илье обо всем?

Даже еще не сказала с придыханием «Ах! Нет, нет, что ты…», за которым маячило откровенное «Да». А может быть, знойный август тому виной? Или годы ожидания привели Илью в исступление? Впрочем, принятое вполне благосклонно.

Словом, по улицам они действительно сегодня не гуляли. И даже никуда не отъехали от библиотеки. Тонированные задние стекла внедорожника и густая тень развесистых лип надежно скрыли пару от посторонних взглядов…
 
***
Дима, а ты правда учился на пограничника? —  без особого интереса спросил Толик. И не дождавшись ответа, продолжил. — Как ты туда вообще влез, после ГАИ?

Опер только лениво отмахнулся. Сплит еле дышал, и духота в квартире никак не располагала к беседе.

Хозяйка нервно звенела на кухне посудой, поджидая похитителя. Слезы наполняли глаза. Как же он мог так с ней поступить? В голове никак не укладывались рядом: Валерик и бабушкины серьги. А вдруг я зря полицию вызвала? И это не он. Тут мысли заканчивались и переходили в обычное русло о горькой бабьей доле.

Наконец, раздался звонок. Елена Сергеевна, обреченно шаркая тапочками, пошла открывать. Парни остались в комнате, встав по обе стороны двери в крохотный «зал». Хрен его знает, что за тип. По описанию и документам в картотеках не проходил. Но мало ли?

В общем, алчного любовника колоть пришлось недолго. Валерий Денисович, логистик по профессии и убежденный любитель женщин по жизни, злодеем был вовсе не типичным. Потел, виновато глядел на хозяйку и охотно рассказывал полицейским все, без утайки.

Как на пятом десятке потерял голову от страсти к этой женщине. Страдал, не имея возможности дарить ей каждый день цветы. Делать неожиданные подарки. Не только по праздникам радовать посещениями ресторанов. Как стыдится своего низкого поступка, на который толкнула исключительно любовь. И заметьте, никакой личной корысти. Вот это было самое интересное.

Со слов этого милого жулика он ни рубля не потратил на себя. На трусы, носки и галстуки ему и так хватало.  Все ушло на любимую женщину. Он сдавал украденную ювелирку в ломбарды и на вырученные деньги вовсю наслаждался собственной «щедростью».

Украшений, конечно, не покупал, он что идиот? Пустая трата денег. Зато устраивал для Леночки бесконечные праздники. Заваливал букетами роз, покупал деликатесы, регулярно приглашал на шопинги с обмыванием обновок.

О чем думал? Неужели не понимал, чем кончится? На эти вопросы Валерий Денисович начинал грустить. И вновь оживлялся только от воспоминаний, как Леночке было приятно, когда они купили норковую шубку. Да-да, правильно. Это как раз на бабушкины сережки, с камешками. А так что — лежали без дела.

Самым удивительным в этом деле Димке показалась реакция заявительницы. Елена Сергеевна, походу, уже пожалела, что обратилась в полицию. Сначала поглядывала на жулика строго, с обидой. Но по мере откровений бывшего возлюбленного морщинки на лбу разгладились. Глаза начали блестеть от приятных воспоминаний.

А потом вдруг машинально стала снимать невидимые пылинки с плеча сожителя. Вот-вот и до обнимашек дойдет. И что за люди эти женщины? Сплошная загадка…

В общем, тогда весь остаток дня они вдвоем с Толиком провозились с двумя влюбленными чудиками. Другая сладкая парочка тем же вечером уединилась прямо посреди шумной улицы. Словом, мистический закон «парных случаев» в чистом виде. Следствие некой мировой гармонии, которая пересекает людские судьбы. И часто режет их «по-живому».

Через месяц Димка поинтересовался у следователя, чем же то дело закончилось? Да ничем. Заявление потерпевшая забрала. Валерий Денисович скрупулезно сохранил все квитанции, и многие вещи удалось вернуть обратно.

Так и ходили оба, с Леночкой. И выкупали на ее деньги. Потом она еще и замуж за своего Валерика собралась. Просто бред какой-то. Или Шекспир. Смотря, кто-как к любви относится. К чувству этому таинственному.

Откуда она возникает и куда бесследно исчезает? Тайна рождения влюбленности неведома никому. Зато хорошо известны десятки способов, как уничтожить. Измена, подозрительность, недоверие, рутина, обида, скука. Димка же выбрал ревность…
* - Знаменитый французский промышленный дизайнер;
** - Задержание – полицейский жарг.;
*** - Название алкогольного коктейля.