Домовой Кирюша. Глава 7

По настоянию матери и сына, мы, все трое, сидели в кухне, пили чай и разговаривали.

Константин н вкратце рассказал о своей жизни и хотел получить максимально полную информацию о своем происхождении.

-Если я правильно понял, Григорий - это мой отец?

Пожилая женщина вздохнула.

-Да. Мы с Гришей жили по соседству и дружили с раннего детства, хотя он был на два года старше. В саду Гриша убегал из своей группы и бежал ко мне, чтобы убедиться в том, что меня там не обижают. В школе оберегал, помогал с уроками.

Она невесело улыбнулась.

-Дружили мы с Гришей, дружили и тебя на дружили. Когда об этом стало известно, отец был в ярости. Он уже планы настроил относительно моего будущего, решил за кого замуж выйду, какая выгода с этого будет, а тут такое...

Мария Аркадьевна долго молчит, набираясь сил.

-Об этом даже брат не знал, но, как только отец узнал о беременности, он запер меня в психушку. Ничем не лечили, содержали в отдельной палате. Главной целью было - скрыть мою беременность от всех. Отец, по знакомству, устроил мне такой "санаторий".

Женщина крутит в руках почти пустую кружку с почти остывшим чаем, смотрит на сына.

-Когда начались схватки, меня перевезли в роддом. Тебя не показали при рождении, не принесли кормить. Медсестры отводили глаза и посылали к врачам со всеми вопросами. Врач открытым текстом сказал: "Ты несовершеннолетняя, потому отец написал отказную от ребенка и его тут же забрали в семью"

Константин качает головой.

-Судя по документам об усыновлении, в семью я попал в три месяца.

Мария Аркадьевна вздыхает.

-Мне 16 лет было. Что сказали, тому и поверила. Да и не могла я тогда ничего сделать. Пока в психушке держали, чтобы скрыть беременность и роды, много пропустила. Отец договорился, чтобы меня перевели в другую школу с классом, что шел на год позже.

Помолчала.

-Вернувшись домой узнала, что Гриша добровольно ушел из жизни, когда я пропала в неизвестном направлении, но его мама не верила в это, она считала, что сыну помогли, но доказательств тому не было.

Внезапно женщина перевела взгляд на меня и попросила:

-Лилечка, плесни мне немного твоего великолепного супчика в тарелочку.

-Сейчас.

Старушка похлебала супчик, обвела нас виноватым взглядом.

-Ребятки, можно я посплю немного?

-Конечно! - ответили мы в один голос.

Она взяла за руку сына.

-Костик, ты же не уйдешь? Дождешься старушку?

-Естественно! Мама, если ты не против, я бы посидел рядом, пока ты спишь.

На щеках Марии Аркадьевны появилось подобие румянца.

-Мама! Как приятно слышать это сло... - не успев договорить, она отключилась.

Мужчина испуганно смотрит на меня.

-Все нормально! Организм вашей мамы ослаблен болезнью и систематическим недоеданием. Отдохнёт немного и проснется.

-Может, переложить ее на кровать?

-Думаю, не стоит тревожить старушку - это ее разбудит.

Так, чередуя бодрствования и сон Марии Аркадьевны, мы общались почти до девяти часов вечера, пока Константин не предложил:

-Мама, давай я увезу тебя к себе! Это здесь же, в городе. Там более комфортные условия, врачей пригласим на дом, если понадобится, пройдем более полное обследование.

Старушка покачала головой.

-Это мой дом и я больше никуда отсюда не уйду ни при каких обстоятельствах.

Она посмотрела на часы, что висят на стене.

-Поздно уже. Поезжайте домой.

Улыбнувшись, я призналась:

-Мария Аркадьевна, мы с подругами снимали ваш дом у Анастасии. Когда я узнала, что Константин разыскивает вас, связалась с ним. Мы договорились, что он арендует этот дом от моего имени, чтобы подготовиться к вашей встрече. Анастасия позвонила мне и сказала, что вы хотите вернуться и тогда я предложила роль сиделки при вас. Я не могу уехать домой прямо сейчас.

Удивленно смотрит на меня, переводит взгляд на сына.

-А я думала вы пара. Еще удивилась, думаю: и чего они выкают друг другу, как чужие?

Константин улыбаясь смотри на меня.

-Правда, Лиля, может быть перейдем на "ты"?

-Давайте... давай перейдем на "ты".

Пожилая женщина потерла руки, хитро улыбаясь, вернулась к разговору о племяннице.

-А Настя-то, смотри какая прохиндейка! Пенсию мою забирала, пока я лежачая была, дом сдавала...

Она нахмурилась на мгновение.

-Костик, подай-ка мне телефон.

Еще немного и Мария Аркадьевна, не скрывая эмоций и не подбирая выражений огласила дом отборной бранью.

-Эта ... сняла с моей карты все мои накопления! Четыреста тридцать тысяч! Вот ... ... ...!

Нервный смешок.

-А до скрытого счета добраться не смогла! Может и добралась, да снять ничего не смогла - он запаролен!

Смотрит на сына.

-Я же верила в нашу встречу и копила денежки, чтобы не с пустыми руками встретить тебя. Три года, как не работаю, а до этого вся зарплата на счет уходила. Как пятьсот тысяч накопится - я их на скрытый счет перевожу. Четыре миллиона накопила. С пенсии так хорошо откладывать не получается, потому все никак не могла набрать пятьсот тысяч, чтобы туда же отправить.

Мужчина коснулся ее руки.

-Все хорошо, мама! Я не нуждаюсь в деньгах.

-Где нормально-то? Эта ... сперла столько денег!

-Мамуля, не волнуйся! Завтра я приглашу кого надо и ты напишешь заявление, а сейчас тебе нужно отдохнуть.

Константин уехал.

Я приготовила ко сну хозяйку дома и уложила в постель. Лишь после этого прошла в свою комнату.

Едва я вошла, появился Кирюша.

-И.о. хозяйки, скажи, я правильно понял - хозяйка отказалась переезжать к сыну?

-Твоя хозяйка дома, потому я больше не и. о. хозяйки. И да - она отказалась переезжать к сыну.

-И-и-и-у! - завизжал от радости домовой.

Я поморщилась.

-Кирюша, прости, но я очень устала. Сегодня был тяжелый день. Давай все потом.

Ничего не говоря, он исчез.

Задумала я приготовить для Марии Аркадьевны молочную кашу на завтрак, но в последний момент решила посоветоваться с домовым.

-Кирюша! - позвала я.

-Туточки! - радостно сообщил он и предстал пред ясны очи.

-Хозяйка молочку ест? Кашу будет?

Домовой поморщился, кивнул головой.

-На завтрак она всегда варила себе в ковшике размазню на молоке.

-Какую еще размазню? - удивилась я.

Смеется.

-Да ее даже Настя не стала себе забирать. В тумбочке лежит. Молоко закипит, хозяйка его присолит, чайную ложечку с горкой сахара туда и горсть этой... как ее... ерунды, короче. Как только закипать начинает, добавит кусочек маслица, снова подождет, как закипать начинает - снимает с огня. Крышечкой накроет и даст постоять минут пять-семь.

Заинтригованная, открываю тумбочку и вижу там, у самой дальней стенки полупустой пакетик геркулеса.

-Кирюша, ты про это?

-Во-во! Это и есть ее любимая размазня! Хозяйка еще иногда, но не всегда, добавляет в нее курагу. Вымочит в кипятке, нарежет маленькими кусочками...

-Забудь! У нас все равно нет кураги!

-А бананы есть? - улыбается домовой.

-Нету!

-Жаль. Хозяйка их тоже иногда добавляет в кашу.

Я приготовила простую геркулесовую кашу и пошла проверить старушку.

Она уже проснулась и сидела на постели.

-Доброе утро, Мария Аркадьевна! Как спали?

Доброе утро, Лилечка! Дома всегда хорошо. Проснулась вот, хотела сама до кресла дойти, да слабость еще в ногах. Как встала, так и плюхнулась назад.

-Это нормально. Вы два месяца лежали. К тому же, как я поняла, недоедали все это время.

Пожилая женщина издала нечто среднее между коротким смешком и стоном.

-Раз в день тарелку жиденького супа, без мяса потолчет и скормит - вот и вся моя еда. Утром и вечером еще по кружке сладкого-сладкого чая давала и то хорошо.

Каша Марие Аркадьевне понравилась.

-Будто я сама варила! - похвалила она.

-Это мне Кирюша подсказал, - зардевшись, неожиданно для себя выпалила я.

Хозяйка нахмурилась.

-Какой такой Кирюша?

Делать нечего. Проговорилась, значит, нужно идти до конц.

-Ваш домовой.

Смотрит на меня удивленно.

-Откуда ты знаешь, что я домового Кирюшей называю?

-Он мне об этом и сказал.

В этот момент в кухне появился домовой. Он постучал тебе по лбу пальцем.

-Думай, что говоришь! Хозяйка-то разговаривала с мной, молочка наливала, но ни разу не видела.

-Так покажись ей!

-А-ну, как с сердцем плохо станет?

-Не станет! Я же здесь. К тому же уже сказала о тебе.

И Марии Аркадьевне.

-Хотите увидеть своего домового?

Она смотрит на меня с обидой.

-Я, конечно, не совсем здорова, но с головой-то у меня все в порядке.

-Кирюша, покажись хозяйке! - прошу я в голос.

Мгновение и в кухне появляется домовой. Он виновато улыбается и со страхом заглядывает в глаза хозяйки. Совсем по-человечески, вытягивает вперед шею, изображая легкий кивок головой.

-Здрасьте!

Ответить Мария Аркадьевна не успела. Лежащий на столе телефон ожил. Анастасия.

-Дай-ка я ей... - начала старушка.

Качаю перед ее лицом указательным пальцем.

-Племянница не должна знать, что вы полностью пришли в себя и обнаружили пропажу денег. Приедет Константин, привезет врачей, которые дадут заключение о вашей вменяемости и дееспособности, тогда и поднимите бучу!

Беру телефон и выхожу на террасу.

-Слушаю!

-Как там тетка? - забыв поздороваться, интересуется собеседница.

-Нормально. Спит еще, - брякнула я не подумав.

-Спит? - удивилась Настя.

-Может и не спит. Я просо еще не заходила к ней. В комнате тихо и ладно.

-Она там... живая?

-Живее всех живых! Недавно не то храпела, не то хрипела.

-Может быть мне заехать?

-Зачем? Если что-то будет не так - я сообщу.

-И то верно! - обрадовалась племянница и отключилась.