Сказка на Самайн

  Чтобы написать, к примеру, хороший стих, надо излечить то, что болит. Чтобы написать хороший рассказ, надо влюбиться в его героя. Но чтобы написать хорошую сказку, надо… Все это тоже и еще добавить щепотку смерти, чтобы Баба Яга встретила вас на границе, омыла, накормила и подарила клубок. И вот он покатился, а вы бежите следом и не знаете, куда он вас приведет. И самое трудное, пожалуй, не бояться, что сказка окажется скучной, неинтересной или даже глупой. Ведь там в гостях у Бабы Яги вы в самом деле умерли, чтобы родиться снова. Была ли смерть напрасной? Вопрос совсем неуместный.

  В ноябре умирать нетрудно. Все, так сказать, располагает. Если коротко о погоде, то темно, слякотно, промозгло. И впереди полгода непогоды. Но ведь хочется еще чего-то. Хочется чудес, приключений и любви. Особенно если вы женщина. Я не знаю, мечтают ли о любви мужчины. Возможно, тоже как-то по-мужски. Мол, вот бы… Э… Или я бы… Ну, не знаю, как они там мечтаю. Но женщины мечтают точно. Мечтают встретить и узнать. Мечтают понять с полуслова, и чтобы вспыхнуло и загорелось. И тогда все будет так, как надо. Но с тем, как именно надо, мужчины бывают не согласны. А все, потому что не умеют мечтать о самой настоящей, прекрасной и чудесной любви.

  Людочка умела, мечтала и страстно желала. Очень любила открыть гороскоп на день в надежде на знак. Надо сказать, знаки бывали. И мужчины в соответствии со знаками тоже. Но! С любовью практически всегда тотально не везло. Людочка отчаялась и вот теперь в ноябре решилась на отчаянный шаг. А именно посетить одну гадалку, которая живет за городом в глуши. Сами понимаете, как может быть страшно в гостях у ведьмы в канун дня всех святых. Но Людочке хотелось счастья, а счастья без страданий она представить себе не могла.

2

  Колдунья меланхолично ковыряла ногтем небольшой порез на клеенчатой выцветшей скатерти, отчего Люде хотелось привычно рявкнуть, ведь дырка станет еще больше. Дом совсем не походил на колдовской, кухня чистая и уютная безо всяких корений и склянок, какие напредставляла себе Людочка. Ведьму звали Степанида Матвеевна, и выглядела она вполне нормально, как современная бабуля в удобном спортивном костюме и шерстяных носках.
- Деньги что ли принесла? – поинтересовалась Степанида Матвеевна.
- Принесла, - с трепетом выдохнула Людочка.
- Ну, так положи на стол.
  Люда повиновалась:
- Тут вот… - она как-то суетливо достала купюры и положила перед ведьмой.
  Та продолжала ковырять клеенку, едва взглянув на молодую женщину безо всякого интереса:
- А хочешь-то чего?
- Ну, вы, мне сказали, гадаете. И порчу снять можете, если вдруг. Ну, другое там тоже…
 
  Откровенно говоря, Люда не думала, что на ней есть порча и гадания ее не привлекали в том смысле, что ей хотелось чего-то более действенного. Настоящего колдовства ей хотелось, чтоб судьбу совсем поменять. Потому что текущая судьба ее совершенно не удовлетворяла.
  Бабуля словно прочитала Людины мысли и усмехнулась:
- Так хочешь-то чего?
- Любви! – выпалила Людмила и зажмурилась.
  Степанида Матвеевна довольно пристально принялась ее разглядывать. Перед ней сидела молодая еще женщина лет тридцати шести, с желтоватыми блондинистыми волосами, носатая и худощавая.
- А чего ко мне пришла? Вижу, есть у тебя кто-то.
- Эм… Как вам сказать…
- Что? Не женится, стервец?
- Еще чего, - вспыхнула женщина, - Я, может, и сама не больно-то хочу за него.
- Что так? – бабуля как будто насмехалась, хотя могла бы проявить участие.
- Так ведь любви нет. Вот любви мне как раз очень бы хотелось.
- Это, милая, нехитрое дело. Только характер у тебя, вижу, паршивый.
  Люда оторопела, поскольку совсем не ожидала, что ведьмы окажется такой неделикатной. А бабуля продолжала:
- Характер хороший и по хозяйству уметь надо, тогда не будет проблем с любовью.
- Да, я все умею, что надо. Только зачем стараться, если не ценят? Хочу, чтоб ценили, любили, тогда и я все буду делать.
  Ведьма опять неприятно усмехнулась:
- Так ты хочешь, чтобы я тебе любовь наколдовала? С текущим? Или кого получше хочешь?
- Хотелось бы, конечно, получше, - Люда ляпнула без раздумий, но спохватившись добавила, - Хотя если этот полюбит без памяти, тоже нормально.
- И какую ж ты хочешь любовь себе? – бабка явно издевалась и спрашивала очевидно не всерьёз. 
  Но Люда на всякий случай произнесла тщательно продуманную просьбу:
- Пусть он будет нормальный, обычный, но добрый. И пусть в любви будет полное совпадение.
  На этих словах большая черная кошка запрыгнула на стол и начала играть с купюрами, затем улеглась на них, смахнув одну на пол. Люда подняла деньги и подложила под кошку, а та со злобным гортанным звуком ударила женщину когтистой лапой по руке. Царапина оказалась глубокой и начала кровить.
- До свадьбы заживет, - задумчиво произнесла колдунья.

3

  Степанида Матвеевна направилась к раковине и открыла кран. Затем, смочив полотенце, приложила его к царапине на руке Людмилы.
- Ладно, милая, помогу тебе, раз так.
  Люда почему-то вдруг не смогла ей ответить. Она произнесла заготовленные слова вроде бы уверенно, но теперь начала сомневаться. Вдруг она что-то не учла, упустила. И теперь ведьма наколдует ей не то, что нужно, а совсем наоборот. Наколдует ей кучу неприятностей, из которых хрен выпутаешься. Печальный опыт любви научил Люду ждать всяких бед. В конечном итоге без любви жить гораздо спокойнее. И ее нынешние отношения не были таким уж плохими хотя бы, потому что казались понятными. Радужных перспектив они, конечно, не сулили, но ведь живут же люди.
 
  «Какая чушь!» - внезапно подумала Людочка, - «Зачем я сюда пришла?»
Вода меж тем хлестала и хлестала из крана, рассыпаясь по раковине гулким веселым перезвоном. В голове у Люды тоже звенело и еще вертелась мысль, что много набежит по счетчику и надо бы закрыть кран.
- За воду ты заплатила, не тревожься, - ехидно проскрипела бабуля, - сделаю тебя русалкой, так и быть.
- Зачем русалкой? – очнулась женщина.
  Она решила, что пожилая женщина шутит или сбрендила совсем.
- Ну, как в сказке у Андерсена.
- Там все довольно мрачно закончилось, - невесело заметила Люда.
- Но любовь-то ведь была. Согласна?
- А что толку от такой любви?
- А какой тебе толк от любви нужен? – бабуля и впрямь оказалась с приветом, - В любви не толк главное, а смысл.
- Интересное дело! Какой смысл становиться русалкой? Как любить-то тогда?
- Видишь, вот твои проблемы. Думаешь, любовь – это то, что снизу.
  Люда покраснела:
- Это не я так думаю, это мужчины так думают.
- Во-первых, ты за мужчин думать не должна, права такого у тебя нет. За себя думать надо. И если каждому давать, поломается кровать.
  А вода все лилась и лилась из крана. У Люды заныли вески, голова поплыла от звука воды, скрипучего бабкиного голоса и сильного жжения в месте пореза.
  Бабуля продолжала:
- А, во-вторых, не будет никакой у тебя любви, пока не поймешь, что она гораздо выше начинается. Да и вверх стремиться. Вот затем хвост тебе и подарю. Ну-ка, полезай в банку!

  Степанида Матвеевна громко цокнула языком, и Людмила начала быстро уменьшаться. Она съеживалась и съеживалась, пока не оказалась маленькой золотистой рыбкой, висящей в воздухе. Ведьма ловко поймала ее трехлитровой банкой, наполовину заполненной водой. Рыбка сначала пошла ко дну и едва там шевелилась. Потом встрепенулась, заработала радужным стремительным хвостиком, и принялась кружить в тесном стеклянном плену.
  Степанида Матвеевна поставила банку на клеёнчатый стол, рядом с дремлющей кошкой, включила телевизор и пошла заваривать чай, громыхая посудой.
Потом вернулась к рыбке и что-то покрошила в воду:
- На-ка, милая. Посмотрим, что с тобой теперь будет. Даже любопытно! – ведьма вглядывалась в стекло и смеялась, как Урсула в Диснеевском мультфильме.

4

  Люда ничего не успела понять. У нее закружилась голова, и кухня поплыла перед глазами. Потом все тело словно застыло и онемело, не осталось никаких ощущений в нем. А еще через мгновение оно сделалось мягким и податливым, как желе. Сознание растеклось мутной кляксой в теплой воде, пахнущей ржавыми трубами. Казалось, что еще через мгновение и Люда раствориться вовсе, смешается с неясными водопроводными запахами и перестанет существовать. Тогда сожаление, острое и соленое, накрыло ее волной и заставило сопротивляться.

  Сильный и подвижный радужный хвост сделался вдруг центром Людиного существа. Он бился в воде, как мощный двигатель, и во всем странно изменившемся теле заструилась, запульсировала жизнь. И сознание вместо мутной расплывчатой кляксы, собралось в плотный упругий луч внимания. Этим лучом она словно ощупывала себя и мир вокруг, но едва могла различить границу. Ей казалось, что она неотделима от воды, которая стала бесконечным пространством, космосом и живым существом. И где-то там вдалеке била струя из незакрытого крана. Вода менялась каждую секунду, и Люда ощущала тело воды так же ясно, как свое. Впрочем, ясность была весьма условной. Единственное, что позволяло осознать себе отдельно от среды – это движения хвоста, который только и мог спорить с течением этого нового мира. 
Люде не хватало рук. Когда сознание прояснилось, ей сразу захотелось взглянуть на свои руки. Она вообще, не могла увидеть хоть часть себя, только чувствовала, как работают хвост и плавники.

  «Противная, злобная старуха!» - подумала Люда – «Обманула меня! Что же теперь делать?»
  Вообще-то женщине понравилось плыть. Воду наполняли разные вибрации. Строго говоря, вода не была безмолвной, она звучала. Это звучание проникало внутрь, отчего в жизни появлялся смысл. И, похоже, плыть по дивным звукам, слышать их и меняться вслед за ними и означало теперь жить. Что ж, пусть так и будет. Золотистая рыбка, поблескивая перламутровыми бочками, устремилась по течению в неведомые глубины.

  Покой разрушило тревожное чувство чужого присутствия. Огромная зубастая пасть сомкнулась совсем близко, и Люда рванулась в сторону и вниз. От ужаса хвост трепыхался, как огонек на ветру. Луч внимания нащупал корягу на самом дне. Рыбка юркнула под нее, забилась в узкую щель и замерла. Огромное чудовищное тело покружило над корягой, как мрачная туча, и медленно удалилось прочь. Но страх еще долго не разжимал железной хватки. Вода оказалась опасной и злой. Не так уж Люда с ней и едина. Слава Богу, есть спасительный хвост.

  Долго сидеть под корягой Люда не хотела. Во-первых, скучно. Во-вторых, одиноко и нечего есть. В этот момент несколько аппетитных крошек опустились на дно неподалеку от коряги. Люда с опаской выбралась из укрытия, чтобы поживиться. Нет, конечно, сидеть тут всю жизнь глупо. Размышлять на сытый желудок, куда приятнее, поскольку неизбежно находишь благоприятные перспективы. 

  Итак. Раз есть хвост, надо им работать. Стоит, конечно, сохранять бдительность и держаться поближе к корягам. Но плыть лучше, чем не плыть, потому что рано или поздно куда-нибудь да доберешься. С этим мыслями Люда отправилась искать подходящее течение. Стоит отметить, про любовь рыбка совсем позабыла, ведь появились проблемы посерьезней. А, как поется в одной песне, она если и нагрянет, то в самый не подходящий момент, когда ничего такого не ждешь и не предполагаешь. Вот теперь сложились очень похожие обстоятельства.   

  Едва Людочка выбрала, как ей показалось, верное направление, вода снова продемонстрировала свой скверный характер. Точно гигантская змея, она свернулась в кольцо, а затем медленно и непреклонно потащила Люду за собой, нащупав шершавое русло этого странного рассказа. Хвост оказался бессильным, и рыбка осталась во власти стихи, чтобы понять собственную ничтожность пред лицом настоящей силы.
 
5

  Один из секретов рыбьего хвоста в том, что чем больше им работаешь, тем крупнее становишься. Имейте в виду, если вдруг окажитесь в подобном положении.
Вода стала рекой, если вы еще не догадались. Сначала река резвилась и перекатывалась, то зарывалась в плотины, то прорывалась, сметая преграды всей своей безудержной мощью. Крошечная рыбка, точно щепка, повиновалась движению, с помощью хвоста уворачиваясь от опасностей и речного мусора. Со временем течение успокоилось и вода растеклась по долине широко и щедро, зазмеилась меж зеленых берегов в жарких золотых лучах солнца. Люда ощущала себя привольно в такой среде, в этой плавной медлительной неге. То там, то сям жизнь подкидывала ей лакомые кусочки, и наша рыбка сделалась жирненькой и сияющей, как веселый молодой лосось. Другие рыбы больше не пугали ее, но и интереса тоже не вызывали.

  Тогда Людочка захотела посмотреть, что же так сияет там в вышине. Она вынырнула из нежных речных объятий и впервые взглянула на белый свет так, как не могла раньше. Небо накрыло ее синевой, и горячее маслянистое светило безмолвным сиянием коснулось ее холодной чешуйчатой сердцевины. Что-то зажглось внутри, затрепыхалось и отозвалось сладкой тоской. Сухой, обжигающий ветер склеил жабры, и хищные птичьи крики, рассекая воздух, точно смертоносные стрелы, направились в воду. Люда закричала по-человечьи, и ужас отступил.

  Она ушла под воду, понимая, что как-то неуловимо изменилась. Теперь она могла дышать и под водой, и на поверхности. И на поверхности было гораздо интереснее. Особенное любопытство вызывали зеленые заросли с обеих сторон. Людочка курсировала от берега к берегу, опасливо разглядывала их, надеясь обнаружить хоть кого-нибудь живого. Зачем? Да, Бог его знает, что там в голове у симпатичного лосося происходит. Скорее всего она скучала и хотела найти себе хорошую компанию вместо глупой речной мелюзги. Тем более, солнце пробудило в ней жажду, новую жажду, какую не утолить, находясь в воде.

  Вскоре желание достигло такого предела, что Люда едва сдерживалась. Она подплывала к берегу совсем близко и вглядывалась, и высматривала, и выжидала. Отчаявшись, она возвращалась в реку и уходила на дно, чтобы потом вновь надеяться. Она походила на нелепого охотника, который ничего не сможет поймать, даже если встретит добычу. В один прекрасный момент так и случилось.

  В очередной раз наблюдая за береговой линией и размышляя в какую сторону ей направится, Людочка приметила вдалеке справа нечто темнеющее. Она направилась в тут сторону и вскоре смогла различить силуэт сидящего на берегу человека. То есть не просто человека, а мужчины. Какое счастье найти кого-то близкого ей! От радости и возбуждения хвост заходил из стороны в сторону так игриво и весело, что по воде пошли волны и запузырились крошечные барашки. Виляя, поблескивая перламутровыми бочками Люда приблизилась к мужчине и смогла его рассмотреть.
Чем больше она его рассматривала, тем сильнее он ей нравился. «Какой хорошенький!» - удивилась Люда. Ей раньше мало, кто нравился сразу. Обычно она долго приглядывалась к человеку прежде, чем выразить симпатию. Ведь симпатия – это такая вещь, которую просто так не стоит отдавать. Ценность Людиной симпатии заключалась в том, чтобы ее, симпатию, заслужить. Так, во всяком случае, считала сама Людмила. Что по этому поводу думали награжденные таким образом мужчины, выяснить как-то не доводилось.

  Но сейчас было не до светских ритуалов, ведь мужчина остался совсем один и довольно близко. Не хотелось его упустить. К тому же человек действительно попался статный. Немного смахивала на директора с ее нынешней работы. Такой широкоплечий с огромными и сильными руками. Черты крупные, немного грубоватые, а губы казались мягкими из-за полуулыбки, пробегающей по лицу то и дело, как рябь бежит по воде. Кстати, тот директор был женат и по слухам имел множество любовных связей, что указывало на несчастливый брак и семейные проблемы. Он и казался Люде таким немного грустным. Жаль, что не было никакой возможности пообщаться.

  Иными словами, этот человек был похож на того, а значит тоже вполне мог иметь такие вот сложности. На нем был темно-синий деловой костюм и светлая рубашка, расстёгнутая на груди. «Ах, какой!» - невольно облизнулась Людочка. И потянулась всем своим существом навстречу, а хвост заходил ходуном еще активнее.

  Солнечный свет все делает гораздо привлекательнее, вы замечали? Если, на пример, фотографировать какой-нибудь обычный пейзаж на камеру обычного телефона, но в солнечном свете, может получится красивый и даже загадочный кадр. В данном случае солнце сделало примерно тоже самое. Золотистые блики на воде мерцали и манили. По телу реки пробегали радужные волны, точно указывали на нечто таинственное. Сияющая перламутровая спинка то показывалась на поверхности, то исчезала, вспыхивая в лучах, как будто была драгоценной. Человек оживился, привлеченный дивным существом. Он скинул пиджак и направился в воду.

  Людочка затрепетала всей своей рыбьей сутью. «Бабуля все-таки не обманула!» Тут же вспомнилось стихотворение Лермонтова про похожую ситуацию. Да, и потом еще Лорелея у Гете как-то сидела на берегу, и все такое. Ах, как сладко, как сладко оказаться в такой вот сказке. Но! Самое главное сейчас обойтись без вот этих ее обычных заморочек. Не строить из себя никого, тем более что мужчина и сам ого-го! Надо сразу выразить, так сказать, в полной мере, чтобы человек понимал, что она не будет юлить. Ну, Людочка и выразила.

  Трудно сказать, как именно это выглядело со стороны. Но видимо, мужчина все же недопонял Люду правильно. Потому что, подойдя ближе и наклонившись к воде, он тут же отшатнулся и повернул назад. Самое неприятное, что он приблизил свое лицо, видимо был немого близорук, и лицо его исказилось даже не от ужаса – это бы Люда, наверное, еще перенесла – а от самого настоящего отвращения. Как будто оно сказало: «Фу!» и «О, Господи!», хотя сам мужчина молчал.

  «Иж ты, подишь ты!» - сердито думала Людмила, обижено уходя на дно, - «Тоже мне ца-ца!» Сказочной любви не получилось на этот раз. Да, наплевать. И, вообще, она бы все равно не согласилась быть любовницей. И начинать что-то с женатым человеком себе дороже. Тем более он сразу видно из таких… Из каких?... Конечно, сразу видно, что он абьюзер. И будет абьюзать ее по-всякому и в хвост, и в плавники. Такого счастья ей самой не надо!

  Все-таки наша рыбка расстроилась и легла плашмя на дно. Где-то вверху медленно бежала вперед река, светило солнце, а здесь жизнь точно замерла. Люда заплакала и подумала: «Это потому, что у меня совсем нет сисек! Кому я без них нужна?» Она заревела был в голос, но под водой это невозможно.

6

  Люда грустила, наверное, долго. Ей так было жаль себя и своих надежд на счастье. Неужели вот так безрадостно пройдет ее жизнь? Никакой сказки ей не светит, потому что застряла в реке, в этом дурацком облике. А тот мужчина… Жаль, что он оказался… Хотя каким именно он оказался, Люда сформулировать не могла. Кроме того, что он был привлекательным, ничего иного выяснить не удалось. Пожалуй, он олицетворял некую возможность, гипотетическую вероятность любви. И она слишком сильно увлеклась, потому что ей хотелось увлечься. Она вдруг поняла, какой силой может наделять желание. Прежде, ей не доводилось так страстно желать и одновременно осознавать это. Ее сносило все время, хотя она и пыталась сопротивляться. Теперь ее тоже как будто понесло, но что-то новое случилось вместе с этим. Что же это?

  Люда встрепенулась, резко подняла голову и замерла, опираясь… Что? На что она опирается в то время, когда хвост продолжает мирно покоиться на песке? Людочка медленно опустила голову и обнаружила две нелепые конечности со скрюченными пальцами. Рыбка выпрямилась окончательно и принялась рассматривать то, что так внезапно у нее появилось.

  Конечности и впрямь походили на руки, но все же больше на грабли. Вытянутые вперед они совсем не гнулись, а пальцы застыли в попытке схватить. Вот почему Люде трудно было уплывать от мужчины, который и сам убегал от нее, к слову. Должно быть руки выросли на месте плавников рядом с рыбьей головой. Не удивительно, что мужчину всего так продёрнуло. Вспомнился старый фильм «Вий», где панночка померла и после смерти разгуливала с похожими загребушками. Хотя актриса в том фильме выглядела скорее красиво. А как выглядела теперь Людмила, страшно представить. 

  Рыбка снова загрустила, вспомнив мужчину. Может быть, она влюбилась? Конечно, нелепо! Но, с другой стороны, у нее появились руки, которых очень не хватало. Интересно. Грабли упорно не желали разжиматься, как будто возникли только за тем, чтобы загребать и тянуть. Но они были живыми, ощущали воду иначе, чем чешуйчатое тело. Людочка попробовала схватить ими песок, и ей удалось. Как чудесно! Песок наощупь шелковый и мягкий. Она зарылась в него пальцами, чувствовала его податливую крупянистую структуру. И невыразимая радость сияла в ней, отгоняя тягостные мысли. Пальцы в песке постепенно расслабились, она находила в нем крупные камешки и корни растений. Кажется, она смеялась.

  Надо бы рассмотреть их хорошенько. Для этого необходимо подняться на поверхность, но плыть с ними очень неловко. Изучая новые возможности, Людочка внезапно обнаружила, что может теперь изогнуться и рассмотреть собственный хвост. Боже, он прекрасен! Роскошный, сияющий, гибкий он играл разными цветами и переливался. Рыбка взмахнула хвостом и руки неожиданно расправились, точно имели с ним связь. Конечно, они связаны, ведь раньше они были плавниками. Людочка изогнулась в сторону, руки помогли совершить маневр. Затем она покрутилась на месте, руки послушались. Потом она совершила сложный кувырок в воде, стремительно понеслась вверх и, точно дельфин, вынырнула из воды в золото и синеву.
При свете солнца руки ей понравились еще больше. Кожа без чешуи на ветру покрылась мурашками, отчего мурашки побежали по всему телу. «Тонкие, белые, изящные! Чудо, как хороши!» - восторгалась Людмила, - «Надо их испробовать в деле»

  Она направилась к берегу, чтобы ощутить его твердость, коснуться травы, растереть в пальцах ароматную глину. Глянцевые листы кувшинок, ажурная ряска, гулкие стебли камышей – все в ней отзывалось радостью при каждом новом касании. Кто бы мог подумать, что мир наощупь такой прекрасный. Она резвилась некоторое время, двигаясь сообразно течению. Так вода привела ее к новому знакомству. 
Река, изогнувшись, открыла удивительный вид на деревянные мостки. На мостках, похоже, лежал человек. Людочка медлила, она теперь боялась. Хотя желание и любопытство оставались все это время такими же сильными, как прежде. Но, как она покажется человеку в таком виде? Рыбья голова с руками. Как жаль, что в реках не бывает зеркал или чего-то такого. Людмила вздохнула и принялась себя ощупывать, может, у нее еще что-нибудь есть.

  Исследование показало, что у нашей рыбки появились плечи, что неудивительно при наличии рук. Шея, кстати, тоже имелась, очевидно, необходимая для всей конструкции. И голова соответственно абсолютно рыбьей оставаться уже просто не могла. Видимо, сработали законы эволюции. Хорошо, в таком виде можно познакомиться. Людмила повела хвостом и направилась к мосткам.
Деревянное сооружение, вблизи изрядно изношенное, но крепкое, напоминало скелет чудища. Высушенные ветром и солнцем доски серебристо-серого цвета, как реберные кости, будто гудели и поскрипывали. Люда тихонько подплыла под них так, чтобы человек оказался прямо над ней. В широких просветах она видела его одежду. Мужчина лежал на спине и скорее всего спал. Во всяком случае он не двигался, лицо человека закрывала соломенная шляпа. Правая рука откинута в сторону, а загорелая кисть и пальцы, не поместившись на деревяшке, виднелись с краю. При желании Люда могла бы коснуться его ладони, и ей этого очень хотелось.

  Мурашки снова побежали по телу, но не от восторга или радости. Напротив, Людочка трепетала так, как может трепетать только маленькая рыбешка, выброшенная из аквариума в океан. На этот раз океаном казался незнакомый ей мужчина, мирно посапывающий под потрепанной шляпой. Она решила рассмотреть его получше, и ухватилась за край мостков руками. Помогая хвостом, приподнялась над водой и подтянулась, чтобы украдкой взглянуть на того, кто лежал сверху.
Пред ней предстала огромная чумазая ступня, гладкий пыльный ноготь большого пальца, темные волосы на бронзовой ноге. Человек лениво шевельнулся, отгоняя муху, а Люда вздрогнула и спряталась, не разжимая рук. Немного погодя она приподнялась снова, поскольку равномерное сонное сопение не оборвалось. На мужчине были длинные шорты и цветная рубашка с коротким рукавом. Рука совсем рядом такая загорелая и твердая. На запястье фенечка из кожаных ремней и деревянных бусин. Люда приблизилась, закрыла глаза и втянула в себя воздух. Ладонь пахла табаком и жасмином, и еще каким-то горьковатым дурманом, от которого сводило живот.
- Привет! – послышалось вдруг.

  Люда испуганно вскинулась, из-под шляпы сверкнул обжигающий любопытный взгляд. Женщина охнула и с громким всплеском ушла под воду. Мужчина перекатился на живот и наклонился за ней:
- Вы в порядке?
  Людочка вынырнула и кивнула. Мужчина удивленно разглядывал ее безо всякого ужаса и отвращения:
- Такая милая! Ты кто?
  Люда немного успокоилась, из воды плавно появились ее плечи и руки. Человек подал ей свою, чтобы помочь выбраться. И Люда, наконец, смогла прикоснуться. Она погладила его пальцы, немного шершавые, совсем не мягкие, но красивые. Легонько тронула ладонь, которая выглядела такой крупной по сравнению с ее ручкой. Людочка улыбнулась, а потом засмеялась. Так приятно было потрогать, вот за чем нужны руки. Внизу живота сладко ныло и тянуло, хвост выписывал в воде плавные дуги.
Мужчина смотрел на нее таким волнующим взглядом:
- Какая чудная! Иди сюда, - он схватил ее за руку и потянул к себе, а потом выпустил, - Извини. Ты голая?

  Тут Людочка сообразила, что он покраснел, увидев ее грудь, острые и блестящие соски которой открылись нечаянно и некстати. Стыд и нега смешались в ней. Ей захотелось подняться к нему и быть так близко, как это возможно. Как жаль! А впрочем…
  Людочка скрылась в реке, вильнув на прощанье радужным перламутровым плавником. Пожалуй, теперь она осталась довольна встречей. Возможно, она еще раз покажется ему, через время. И, как знать, сказка еще может с ней случиться. Не так все и плохо с ее хвостом.

7

  Людочка медленно опустилась на дно, словно погрузилась в сладкий восхитительный туман. Что с ней произошло? Понятное дело, то самое и произошло. Но ведь и с ним тоже. Он явно был очарован. Этот его взгляд, такой дерзкий и страстный. Как забавно он покраснел. И это чувство внизу живота. Интересно, от чего у нее появилась грудь? Бабушка говорила, что любовь рожается выше. Но у Людочки все не так. Ведь это же именно любовь. Не важно, где появляется. Главное, что появилась.
Рыбка поиграла перламутровым хвостом. Вот он и пригодился. Человек, наверно, остался очень удивленным. А, может быть, даже взволнованным, потрясенным. Наверно, прежде таких не встречал, а теперь встретил и счастлив. Возможно, он теперь тревожится, что больше ее не увидит. Но пусть не переживает, Людочка к нему вернется. Не сразу, а через время. Когда ожидание станет томительным и нестерпимым, появится она. Такая прекрасная и желанная. Немного, конечно, смущенная его темпераментом, она подплывет к мосткам, где он будет несомненно ждать ее, не в силах обрести покой. Так вот, она приблизится к нему и скажет… Нет, пусть он скажет, какая она милая и необычная… А потом она его поцелует. Наверное… Конечно, поцелует!

  Людочка покружилась волчком, сделала кувырок и снова блаженно улеглась на песок, закинув руки за голову. Ради такой любви стоило страдать. Стоило искать и ждать чуда. Стоило верить, что рано или поздно судьбы ей улыбнется. Теперь надо подождать еще немного, чтобы мужчина слегка отчаялся. Сколько же надо на это времени? На само деле, рыбке было трудно усидеть на месте. Нетерпенье нарастало, а вместе с ним возникла и росла тревога. А, вдруг?... Да, нет… А, если?... Ох!
Люда вдруг задрожала всем телом от неясного предчувствия. Что-то заставило ее оттолкнуться от дна и мчаться на поверхность. Предчувствие не обмануло, снаружи разыгралось ненастье. Затяжной дождь лил стеной, а река вспучилась, как мутный пузырь, и разлилась по долине. Мостков не было видно, должно быть, их смыло или затопило. Рыбка заметалась, забилась в панике. Частые тяжелые капли хлестали ее по лицу и плечам, набегающие волны сносили все дальше от места встречи, удушливая дождевая мгла скрывала очертания берега.

  «Я хочу, хочу к нем!» - голосила Люда – «Гадкая, противная река! Что ты делаешь со мной? Разве так можно?» Истерика накрыла Люду, и вода сделалась грязной.
Плыть не получалось из-за быстрого течения. Кроме того, вода прибывала волнами, принося с собой мусор, какие-то бревна и доски. Рыбка едва уворачивалась. Вскоре ей удалось ухватиться за подходящее бревно и немного отдышаться. Люда заплакала. Он ведь будет ее ждать, а она не придет. Надо было ему что-то сказать. Сказать, что он ей понравился. Или, что он вкусно пахнет жасмином. Хоть что-нибудь! Хоть «Привет!» Зачем она такая молчаливая рыба? Обрадовался бы мужчина этим словам или нет, осталось для Люды загадкой. И загадка эта терзала и мучила, ведь полной и абсолютной уверенности в истинных чувствах мужчины не было. В действительности невысказанные слова имеют неприятное свойство звучать и звучать в голове. И человек всякий раз отвечает на них в Людином воображении и отвечает всегда по-разному. И внутри разыгрывается буря страшнее той, какая происходит наяву.
Люду вместе с бревном подбрасывало и закручивало, заливало водой и забрасывало щепками. Пока нечто увесистое не стукнуло ее по голове так, что мысли оборвались и стихли. В полуобморочном состоянии рыбка пошла ко дну. И тут, как во сне, промелькнуло: «А вдруг он просто ушел?» Человек не отшатнулся от нее в ужасе, что само по себе удача. И пока ничего большего с ней не приключилось. Видимо, Людочка бредила перед тем, как окончательно лишится чувств. 

  Через время рыбка пришла в себя. Голова болела, ныли ушибы. И она поняла, что влюблена, окончательно и непоправимо. И, о, ужас, безнадежно! Ведь вернуться и найти то место она не сможет. А, если бы даже и смогла… Вдруг он совсем ее не ждет? Не помнит? Не любит? Люда закрыла лицо руками. Она почувствовала странный стыд, но причины его понять не могла. Это не был тот сладкий стыд у мостков, когда человек покраснел.

  Люда тут вспомнила, что у нее имелась грудь. Хм, нормальная такая и совершенно обнаженная. Вот она, женская непоследовательность. Сначала женщина переживает, что у нее нет сисек. Но когда они появляются, переживает, что слишком рано их показала. В самом деле, к чему приведёт знакомство, если вы с самого начала разыграли один из главных своих козырей в ответ на его бубновую шестерку? Ну, ладно, восьмерку. И чем, спрашивается, ответит вам на этот ход мужчина? У него куда меньше вариантов для демонстрации. И если он тоже начнет показывать, игру продолжать будет сложновато.

  Одним словом, грудь стоит прикрыть. Люда вновь поднялась на поверхность. Погода прояснилась, выглянуло солнце, берега изменились. И справа, и слева громоздилась лесная чаща. То высокие ели, то кудрявые дубы и клены заполонили неровную береговую линию, величаво отражаясь в гладкой и спокойной воде. Людочка раздобыла широкие волнистые водоросли и смастерила что-то похожее на топ. Потом нашла на берегу россыпь розоватых цветочков и украсила ими свое незамысловатое одеяние. Кстати, она еще и голову украсила. Пока она боролась с природой, но больше собой, у нее отрасли длинные темно-русые волосы. Гладкие и прямые пряди расходились в воде темно-золотистым облаком и казались живыми. На пару с хвостом они парили в лазурной волне, сверкали на солнце, и лишь молчаливые лесные исполины могли полюбоваться ими. Людочка ощущала себя единственной живой душой в сердце древнего лесного царства. Но одиночества она не чувствовала, наоборот веселилась и играла, как смешная золотая рыбка. Ее переливчатый серебристый смех рассыпался эхом, а лес отвечал тишиной. Кажется, Люда обрела покой, когда резкий и сухой звук ломающегося дерева нарушил умиротворение.

  Людочка замерла, волнение стеснило грудь, а потом разбежалось радостными всполохами. Должно быть там кто-то есть. Рыбка устремилась на звук. Она подплыла скалистому выступу и спряталась в камнях. Наверху мужчина, одетый по-походному, ломал сухостой. Неловко повернувшись, человек выронил поясную сумку в воду. Сумка булькнула рядом с Людой.
— Вот черт! – выругался мужчина.
Должно быть он раздумывал, как достать пропажу, а прыгать со скалы посчитал опасным. Людочка нырнула за ней, а затем появилась среди камней и громко произнесла:
- Это ваше?
- О, Господи! Да, спасибо! – обрадовался человек, – Там дальше пологое место. Плывите туда.

  Рыбка так и сделала. Она даже не успела подготовиться к разговору, слишком все внезапно случилось. Возможно, даже к лучшему, что знакомство начался легко и естественно. Откровенно говоря, Люда к этому моменту забыла, что непоправимо влюблена в кого-то. Наверное, она еще может влюбиться в другого. Не исключено, что вот в него.

  Они встретились, наконец-то. Людочка протянула мужчине его вещь. Тот наклонился к воде, взял сумку, но не ушел. Они молча рассматривали друг друга. Они оба дивились встрече, но каждый по-своему.
- Вы речная царевна? – мужчина не то шутил, не то говорил серьезно.
- Нет, - засмеялась Людочка, - А вы прекрасный принц?
- Нет, - тоже засмеялся незнакомец, - Что вы тут делаете одна? Где ваша стоянка?
Людочка покачала головой и пожала плечами.
- Вы, наверное, замерзли? Я сейчас разведу огонь. Вам помочь?
  Людочка опать покачала головой. Он ей так нравился. Не слишком высокий, но мужественный. Во всех движениях упругая ловкость, точно в него запрятана сжатая пружина. И неясная особая мужская мягкость просвечивала, когда он обращался к ней. Рыбка решила, что в этот раз молчать не будет.
- Куда вы идете?
  Мужчина достал одеяло и положил его на берег:
- Вот. Я отвернусь, а вы можете выбраться и укрыться.
  Людочка затрепетала, идея, и правда, была хорошей. Пока человек складывал дрова и раздувал пламя, рыбка выбралась неловко на берег и накрылась одеялом.
- Вообще, мне надо на ту сторону. За лесом мой дом, - мужчина говорил между делом.
- Вас там ждут? – неожиданно для себя спросила Люда.
- Конечно. Любого человека кто-то да ждет. Вас нет?
  Люда не ответила и посмотрела на реку. Мужчина тем временем набрал воды в котелок и бросил чайных листьев. Потом достал из кармана горсть брусники и тоже добавил в чай.
- Скоро закипит, и вы согреетесь, - он сел рядом с Людочкой так близко, что она, кажется, могла почувствовать тепло его тела.
- Как же вы переберетесь на другой берег? – она решила, что ему, может быть, интересно поговорить на эту тему.
- Да… - он вздохнул, - Можно связать плот, там много бревен прибило. Но течение сильное, снесет далеко.
- Тут ведь не очень широко? – поинтересовалась Людочка.
- Да, я и сам об этом думаю. То, что снесет не страшно, конечно. Но там в низине топь, не хочется через нее шлепать.

  Мужчина протянул Людочке жестяную чашку с ароматным напитком. Жар через пальцы распространился по телу и только рыбий хвост остался ледяным. Рыбка сделала первый глоток и вспомнила, как хорошо бывает дома по вечерам, когда все дневные проблемы гаснут. Сделала второй глоток и почувствовал, что невероятно соскучилась по нормальным обычным вещам. По звону ключей, по сообщениям от мамы, по покупкам продуктов к ужину, по звуку шипящего масла, когда бросаешь в него сырую котлетку. И еще по тому чувству, когда мужчине нравится приготовленное ею блюдо. Рыбка заплакала, не допив чай.
- Ну, что вы? Что случилось? – мужчина обнял ее так тепло, по-свойски, - Все хорошо.
  Людочка прижалась щекой к его груди и зарыдала. Потом она успокоилась, а мужчина терпеливо молчал и гладил ее по волосам. Она ощутила вдруг неловкость от всей это глупой ситуации, что расхныкалась, когда у человека проблемы. Она отпрянула смущенно и произнесла:
- Я, наверное, могу вам помочь. Только вам стоит связать плот.
С этими словами Людочка откинула одеяло, под которым скрывался рыбий хвост.
- Ого! – только и смог произнести мужчина, - Чудеса!

  Дальше общение развилось вполне по-человечьи. Человек мастерил плот, шутил, а Людочка помогала, чем могла, и смеялась. В итоге он сложил вещи на бревна и разместился сам так, чтобы удобно было грести широкой деревяшкой, которую нашла в реке рыбка. Людочка помогла ему своим сильным подвижным хвостом держать верный курс на другой берег. Вскоре человек достиг цели.
- Спасибо тебе! – он как будто медлил, - Ты тут останешься?
- Ну, да, - неуверенно протянула Люда.
- Ты как-то можешь от него избавиться? Не знаю даже. Глупо прозвучало.
- Да, нет. Совсем не глупо. Если честно, я не знаю.
- Понимаешь, ты у нас с хвостом не сможешь. Без хвоста я бы тебя с собой взял.
  Кажется, мужчина оправдывается. Странный стыд опять прожег сердце.
- О! Спасибо! Но здесь мой дом. Мне к людям нельзя, совсем нельзя – Людочка старалась говорить как можно убедительнее, хотя внутри у нее все рыдало.
- Да? Здесь твой дом? - человек как будто облегченно выдохнул, хоть и пытался скрыть, - Ты счастливая. Здесь волшебно! Наверное, волшебство – это ты.
  Людочка улыбнулась, на этот раз она не притворялась:
- Прощай! Иди, тебя ждут, - она помахала ему рукой.
  Мужчина и правда собрался уходить, но потом вернулся:
- Я хотел жене подарить, но тебе отдам.
  Он достал из рюкзака сверток, развернул и протянул Люде шелковый платок, бордовый с белыми цветами.
- Водоросли никуда не годятся. Бери, - мужчина улыбался, его голос звучал светло и весело. Видно, ему хотелось сделать подарок.
- Ты женат? – некстати спросила рыбка, принимая платок.
- Да.
- Повезло твоей жене!
  Человек засмеялся:
- Я ей передам, - махнул он рукой и пошел в лес.
- Скажи, что от речной царевны.
- Так и скажу, - послышалось и смолкло.

  Людочка не хотела больше грустить и плакать. Она легла на воду, раскинув руки, и поплыла по течению счастливая. Хотя ей самой это казалось странным. Бордово-белый платок, облако русалочьих волос, радужный хвост река бережно подхватила и понесла, возможно, к новой встрече.

8

  Солнце из золотого сделалось оранжевым, предвещая окончание этого долгого дня. Река замедлилась на столько, что, казалась, перестала куда-либо стремиться. В неторопливом сонном забытье она встретилась с озером, круглым, точно серебряная тарелочка. Вот-вот и солнечное яблоко сорвется с неба и упадет, и покатиться по ней, чтобы показать Людмиле невиданные чудеса. Высокая сухая трава по краям указывала, что местность вокруг болотистая и топкая. Где-то вдалеке просматривались кудрявые невысокие деревья на фоне неестественно синеющего неба, по которому неспеша расходились красные и синие чернила.

  Людочка не интересовалась красивым пейзажем, она по-прежнему лежала на воде и держала в руке платок. Вот так она и будет плыть, пока нелепое ее несчастье не разрешиться само собой все равно каким способом. Наверное, она скорее смирилась, чем отчаялась. Тот мужчина был таким добрым и приветливым. Нельзя сказать, что она влюбилась в него. Но сказать, что совсем не влюбилась, тоже трудно. В жизни часто происходит нечто такое. Встретиться тебе человек, но не судьба. А кто - судьба? Да, и что, собственно, надо сделать, чтобы оказалась судьба? Она точно ощутила что-то важное, но разобраться в смутных переживаниях не получалось. Что же с ней произошло? Отчего она так обрадовалась в тот момент, когда ее переполняло горе? Ну, ладно не горе. Тоска? Печаль? А что тогда ее переполняло? Нежность? Да, ну. Ему не нужна была ее нежность.

  Людочка вдруг подняла голову, какая-то интересная мысль вспыхнула и угасла. Она не понимала, что ему было нужно, потому что… потому что… Он другой! Он идет где-то по лесу, улыбается, думает про семью, про дом и может быть немного про русалку. Что он думает про нее? Наверное, он рад, что Люда ему помогла. Благодарность чувствует, возможно. Интересно, ему понравилось, как Люда сказала про жену? Или прозвучало по-дурацки? Хорошо, что он не позвал ее с собой. Ведь она бы была обузой! Ужас! Людочке мысль про обузу показалась очень неприятной. Но стоило признать, что дело именно так и обстояло. Люда в сердцах ударила по воде руками, и тишину раздробили звонкие всплески. По неподвижной воде разбежались круги, и в отдалении задрожали темные, похожие на мираж очертания лодки. В лодке сидел человек и держал в руках удочку. Ну, вот, опять! Русалка приготовилась к новому разочарованию, но все же направилась к рыбаку.

  Спрятаться негде, кругом водная гладь. Хотя с какой стати Людочка должна прятаться, она ведь у себя дома. То есть не совсем дома, но все же это озеро скорей ее, чем рыбака. Любопытство пересилило сомнения. Так, к слову, часто случается с теми, кому довелось пережить бурю. Она вспомнила про платок и наскоро повязала его вокруг себя на груди. После этого медленно подплыла к лодке, человек сидел к русалке спиной и смотрел куда-то вдаль.

  Людочка двигалась вдоль борта, чтобы увидеть его лицо. Тихий плеск воды привлек внимание человека, он обернулся на звук и впервые ее увидел. Можно сказать, что на нее и вправду первый раз кто-то по-настоящему смотрел. Смотрел с интересом, внимательно и деликатно, как будто взгляд был одновременно учтивым вопросом, добрым пожеланием и дружелюбным приветствием. Людочка совершенно перестала стесняться и взглянула на человека открыто и радостно.

- Привет, - она первая нарушила молчание.
- Привет, - ответил незнакомец.
  Людочка подождала немного, надеясь, что он станет ее расспрашивать. А человек только улыбнулся и наблюдал. И чем больше он за ней наблюдал, тем приятнее становилось у нее на душе. Она немного поиграла хвостом, повела плечами, откинула рукой волосы с лица.
- Так ты - рыбак? – не утерпела Людочка.
- Да. А ты - русалка, - человек не спрашивал.
- Наверное, нет, - отчего-то смутилась Люда.
- Почему ты сомневаешься? По виду точно русалка, - заверил ее мужчина.
- Никакая я не русалка. Я обычная женщина. Была. Это гадалка меня заколдовала. И вот! – женщина вдруг поняла, что хочет ему все рассказать.
- Зачем же ты к гадалке пошла?
  Людочке стало неловко рассказывать ему, что она хотела сказочной любви. Про такое ведь не говорят. А мужчина продолжил:
- Это важно, потому что ведьмы просто так не превращают людей. Не знаешь, как вернуться, да?
- Да, не знаю. Ведьма ничего не сказала. Сказала, что хвост мне подарит, так и быть. И оказалось, что с этим глупым хвостом, я никому не нужна, - Людочка смутилась, потому что сболтнула лишнего.
  Рыбак улыбнулся и сказал:
- Не может быть, чтоб совсем никому.
- Я в том смысле, что с хвостом не удобно общаться с людьми, - Люда попыталась исправить ситуацию.
- Мы ведь с тобой общаемся, - рыбак смотрел на нее весело и, кажется, дразнил.
- Ты же – рыбак, тебе, наверное, нормально, - обиделась Люда, - Ты и сам, похоже, странный. Скоро ночь, а ты тут сидишь. Не ловишь ничего.
- Думаешь, не ловлю? Ты же приплыла, - он точно ее задирал, - Хочешь, я тебя с собой заберу?
- А хвост? – недоверчиво спросила Людочка.
- Так я же рыбак, сама сказала. Покажу тебя всем, какая рыбка попалась. Мне завидовать будут.
- Я не хочу быть твоей добычей, - еще больше обиделась Люда.
- А кем ты хочешь быть? – спросил человек.
  Людочка опять смутилась. Что-то в нем такое… Она сердилась на него. Но, чем больше сердилась, тем сильнее к нему влекло. И не ответить она не могла, поэтому сказала:
- Хочу быть, как ты, - неожиданно эта простая и очевидная мысль прозвучала так, как звучит сокровенное желание.
- Ну, я рыбой пахну, - усмехнулся рыбак.
- Я тоже, - засмеялась Людочка.
- Тогда тебе нужно избавиться от хвоста, - заключил он.
- Так как же я от него избавлюсь?
- А это, кстати, просто. Все прочее у тебя по желанию появилось, а с хвостом тебе жалко расставаться. Вон, как он играет.
- Да, на черта он мне, - рассердилась Люда, - Не хочу его!
- Потому что без хвоста тебе нужно будет по земле ходить. При чем самостоятельно. А с хвостом только добычей и можешь стать. Я буду только рад.
- Правда? Будешь рад? – просияла Людочка, потом опомнилась, - Я, конечно, не хочу быть добычей. Но мне все равно приятно.
- Ты зря отказываешься. Вдруг тебе понравится? – рыбак как будто шутил, но возможно и нет.

  Людочка вильнула радужным хвостом, а ведь и правда жаль его терять. В смысле хвост… Или человека? Потом она подплыла совсем близко к лодке и обеими руками взялась за борт. Потянулась вверх к рыбаку, а рыбак и сам наклонился к ней и обнял. Тогда Людочка погладила его по щеке, обвила руками шею и нежно поцеловала.
 
9

  В общем, случился самый настоящий поцелуй истинной любви. Во всяком случае со стороны русалки. А значит он был взаимным, русалки на этот счет не ошибаются. Как и в других сказках, так и в нашей поцелуй снял чары. Заклятие, наведенное даже с добрым умыслом, остается заклятием. А потому разрушается, когда человек отказывается от собственных заблуждений.

  Как и говорила бабуля любовь родилась в самом центре Людиной сути. А сутью человека следует считать душу. Где-то в груди рядом с сердцем вспыхнуло пламя, и Людочку, точно аэростат потянуло вверх. Она едва касалась борта лодки, когда целовала мужчину, как будто русалка парила над водой. Почувствовав прикосновения его губ, она уловила иной пульс жизни, иную волю, иную страсть. Голова закружилась от восторга и счастья. И в горячих ее ладонях родились новые прикосновения, любовные и щедрые.

  Только упрямый хвост не желал мириться с происходящими переменами. В тот же миг он сделался тяжелым, точно каменным, и потянул русалку ко дну. Лодку сильно качнуло, и Люда испугалась, что та перевернется. Она разжала руки, потому что вспомнила, что по сказкам русалочий хвост может затянуть на дно такого вот прекрасного рыбака. Русалка выскользнула из объятий и стремительно ушла под воду.
Очертания лодки быстро исчезли, вечернее солнце гасло, как свечка, брошенная в реку. Люда тонула и тонула, она не могла пошевелить хвостом, как прежде. Тело не слушалось, но страха в ней не возникло. Это ведь удивительно, что она совсем не боится! Видимо, волшебный поцелуй, такой горячий, переплавил ее. А раскаленному металлу нужны еще молот и вода, чтобы принять совершенную форму. Не в том смысле, что идеальную, а завершенную. 

  Люда коснулась дна и смогла от него оттолкнуться, чтобы подняться на поверхность. Она вынырнула и жадно схватила воздух. Оказывается, она задыхалась. Лодка и рыбак исчезли. На небе мерцала большая круглая луна, похожая на елочную игрушку. В ее холодном свечении Люда увидела вместо озера кипучий, бурлящий поток, который понес, а вернее поволок ее по узкому, каменистому руслу.
Русалка билась о камни плечами и коленками, захлебывалась брызгами, раздирала ладони, в тщетной попытке зацепиться за берег. Вода подбрасывала ее вверх, а потом топила и тащила по шершавому дну, оставляя на теле ссадины. Люда даже не могла кричать, да и крик вряд ли бы ей помог. Она подумала, что рано или поздно это все-таки закончится.

  Так и случилось. В равнодушном серебряном свете открылся конец, а именно водопад. Она летела прямо к нему, не в сила спастись. Вода в последний раз проволокла ее по мелки колючим камням и вытолкнула с обрыва. Людочка успела оттолкнуться от камней на самом краю и зависла в воздухе ласточкой, раскинув руки в стороны. Затем сгруппировалась и головой вниз полетела в облако водяных брызг у подножья водопада. Пара стройных женских ножек, сложенных вместе, позволила Людочке вытянуться, и вся она теперь походила на выпущенную из лука стрелу.

  Резкий и грубый звук лопающего стекла послышался сразу после прыжка. Осколки и водяные брызги разлетались по кухне, точно в замедленном кинофильме. И еще Люда увидела черную кошку, которая шипела и выгибала спину.
- Мурка, зараза, кыш! Разбила, тварюка, банку! – Степанида Матвеевна, как и раньше, сидела за клеенчатым столом напротив Людмилы.
  Гадалка раскладывала карты и что-то при этом объясняла:
- Дальняя дорога в казённый дом. Трефовый валет, значит много будешь общаться. Да, сиди, внучка уберет.
  Люда хотела все же собрать осколки, чтобы никто не поранился, поэтому осторожна встала со стула. А бабуля заметила:
- В чужом доме порядок не наводят.
  Степанида Матвеевна произнесла это легко, не сердито, но Людочке сделалось стыдно. Она села и только тут решилась украдкой ощупать собственные ноги. Что же, ей все померещилось?

  Бабушка продолжала что-то говорить, раскладывая карты, но Люда не слушала. В карты она не верила, и теперь особенно. Женщина очнулась, когда гадалка принялась сгребать расклад в кучу:
- Молодец, что пришла. Будет теперь в твоей судьбе перемена, - произнесла бабушка со значением, - Поняла теперь, небось, про совпадение?   
- Чего? – вздрогнула Людмила.
- Про совпадение в любви, говорю, должна была понять, - бабуля говорила с Людой, как с малым дитём.
- Я про это, наверное, прослушала, - лепетала Людочка, - Я не хорошо себя вдруг почувствовала.
- Это нормально, - хитро прищурившись, скрепила бабуля, - Я, когда гадаю, многим мерещится всякое. Ну, раз сейчас не поняла, потом поймешь.
- Я, наверное, пойду, - Людочка сообразила, что ее время закончилось.
- Ступай, милая, ступай. Все у тебя должно хорошо сложиться, каты показали. Я что могла сделала, дальше от тебя зависит.
Перед самым уходом Людмила повернулась к Степаниде Матвеевне и низко ей поклонилась:
- Спасибо, бабушка!
- Во благо, милая!

11.11.2025