1. Самодержец из Боголюбова

Русь Удельная. 2 часть: СУЗДАЛЬСКИЕ САМОДЕРЖЦЫ.

1. САМОДЕРЖЕЦ ИЗ БОГОЛЮБОВА. Княжество, доставшееся Андрею Юрьевичу Боголюбскому в наследство от отца, было по-прежнему куда менее развитым, чем все остальные русские земли. Однако, помимо перечисленных уже выше преимуществ, оно обладало и еще одним очень ценным качеством – мятежный дух еще не проник в те места, и тамошний люд своих государей не судил и не менял. Князю местные жители подчинялись беспрекословно и, если было надо, в бой шли по первому зову и без лишних разговоров. Боголюбскому, вознамерившемуся утвердить в подвластных ему землях самодержавие, это было лишь на руку. Ему оставалось только разобраться с местной знатью, которая, в отличие от черни, имела определенные привилегии и делиться ими не собиралась даже с самим князем.

На первых порах, впрочем, положение дел в княжестве местных бояр более чем устраивало. Княжество, получив статус «великого», было выведено из-под власти Киева, разорительная никому не нужная война на юге прекратилась, а на троне теперь сидел свой «природный» князь, которого в буквальном смысле слова собственными руками вскормили, вспоили и в люди вывели. Проблемы возникли несколько позже, когда Андрей Юрьевич начал ломать и переделывать на свой вкус всю установившуюся издревле систему власти. Сначала он спровадил в Константинополь, от греха подальше, мачеху вместе со своими сводными братьями Мстиславом, Василием и восьмилетним Всеволодом, который тогда еще не успел стать «Большим Гнездом» в виду малолетства. Затем, не желая делить Суздальскую Землю на уделы, повыгонял из княжества и родных братьев. Позже была распущена поседевшая в боях дружина Юрия Долгорукого и отстранены от дел его старые бояре. Теперь оставалось только разобраться с честолюбивыми, своекорыстными и могущественными боярскими кланами. Задача эта была непростая, но Боголюбский трудностей не боялся. Действовал он просто и незатейливо: недоволен, как с тобой князь обращается, – отправляйся, братец, в Рай, там с тобой обращаться будут несравненно лучше. Непокорных бояр казнили без пощады, не взирая ни на прежние заслуги, ни на положение в обществе. В своей борьбе с заносчивым и властолюбивым боярством Андрей по примеру западных государей опирался на городские сословия. Именно поэтому его главная резиденция размещалась не в Суздале или в забитом под завязку боярскими дворами Ростове, а на берегу Клязьмы, в окрестностях небольшого ремесленного городка Владимира. По приказу великого князя по соседству с городом в селе Боголюбово был возведен каменный дворец, который и стал главной резиденцией суздальского государя.

Утверждаясь в Волжско-Окском междуречье, Андрей Боголюбский, впрочем, не забывал и о своих соседях. Он вел довольно активную внешнюю политику, стараясь при этом в бесконечную мясорубку на берегах Днепра не вмешиваться.

В 1160 году, как мы с вами уже знаем, владимиро-суздальские дружины впервые отправились наказывать половцев за их набеги на порубежные русские села. Первый блин, как это обычно и бывает, вышел комом. Битва в степях за Доном получилась у суздальцев какая-то корявая. Приняв и выдержав удар половецкой конницы в плотном строю, они сумели отбросить врага в степь, а затем всей гурьбой отправились за ним в погоню. Растянувшиеся по степным пространствам русские рати превратились в легкую добычу для стремительных степных всадников, и половцы вновь пошли в атаку. Началась неорганизованная и неконтролируемая свалка. Каким-то чудом россиянам вновь удалось опрокинуть кочевников, но потери в полках были столь велики, что о продолжении похода не могло быть и речи. Пришлось спешно возвращаться на Русь. Куда более успешным оказался поход суздальских войск в Волжскую Булгарию. В союзе с Юрием Ярославичем Муромским Андрей разгромил булгарское войско и захватил город Бряхимов. Война эта продолжения не имела. Стороны сумели утрясти все спорные вопросы, связанные с русской торговлей на Волге, и разошлись по домам.

Меж тем, неослабевающий накал страстей на берегах Днепра задел слегонца и Суздальскую Землю. Киев тогда по-прежнему находился под контролем потомков старшего Мономахова сына, Мстислава Великого, успевших уже к этому времени разделиться на два клана: Волынский и Смоленский. После смерти основоположника смоленской ветви, великого князя Ростислава Мстиславича, великий стол по воле киевлян достался его племяннику, Мстиславу Изяславичу Волынскому. Мстислав от подарка отказываться не стал, но в столицу не поехал, справедливо пологая, что великим князем можно оставаться и, сидя на Волыни. Это был первый пример того, как потомок Рюрика, получив великокняжескую корону, не захотел садиться в Киеве. Вместо себя новый государь снарядил в столицу своего племянника Василько Ярополковича. Пренебрежение великого князя к древней столице стало причиной очередной яростной грызни между теми, кто по-прежнему воспринимал Киев как символ верховной власти. Мстислав, однако, справился со всей этой пузатой мелочью довольно быстро. В конечном итоге они все были вынуждены признать его своим государем. Один только Владимир Мстиславич Вышегородский, последний из сыновей Мстислава Великого, не захотел подчиниться племяннику. Древний обычай был за него, и он отправился искать помощи и суда у могущественного суздальского князя.

Андрей Боголюбский отказывать двоюродному брату в гостеприимстве не стал. Беглецу оказали самый радушный прием, обещали помощь и до поры разместили во владениях Глеба Рязанского, одного из представителей черниговского княжеского дома. Вскоре в Боголюбове пришлось принимать и еще одного незваного гостя. Сын Ростислава Киевского, Святослав, княживший с согласия Андрея Суздальского в Новгороде, после смерти отца стал вечникам неинтересен и был изгнан ими с берегов Волхова. Андрей, будучи одним из «страховых агентов» Святослава решил оказать ему помощь, причем, незамедлительную. Ведомые князем-изгоем суздальские полки разорили порубежные новгородские села и спалили Торжок, а смоленский князь в это же время отомстил новгородцам за изгнание брата разорением Лук. На этом, впрочем, все и закончилось. Пару лет Святослав грабил окраины республики, уклоняясь от прямого столкновения с новгородским ополчением, а потом вдруг взял да и помер, оставив вопрос о том, кому княжить в Новгороде, открытым. Ответ на этот злободневный вопрос вечники решили поискать не в Суздале, а в Киеве.