Лотта Коняшкина и её вожделения

Лотта Коняшкина когда-то, давным-давно, имела очень высокооплачиваемую работу. Это было весьма приятно, и она старалась изо всех сил. Но однажды у них в управлении (или даже во всей корпорации) был выпущен сборник телефонов сотрудников. Эти сборники телефонных номеров выдали многим начальникам и руководителям групп.
И в этом сборнике были опубликованы все телефоны с руководящими и значимыми сотрудниками по управлениям, отделам и группам.
Однако, имя и фамилия нашей героини тогда остались «за кадром», потому что на тот момент она работала в конкретной группе управления, телефоны которой были опубликованы просто с названием этой конкретной группы.
- Как же мне было бы приятно и кайфово, если бы и моя фамилия фигурировала бы в таком кустарного производства сборнике, - иногда размышляла про себя Лотта Коняшкина…
Это ведь так престижно, видеть свою фамилию, своё имя среди таких фамилий и имён важных персон…
Её желание было ребяческим, констатировало жажду необоснованной известности, в конечном итоге – стремление к славе.
Она тогда этого совсем не понимала. Ей просто хотелось увидеть свою фамилию и имя в таком сборнике, и всё. Она бы тогда похвасталась бы своим родным и близким, друзьям… Хотя такие сборники телефонов внутреннего пользования не рекомендовалось выносить из помещений офисов.
Это как в старом анекдоте, негр мечтал быть белым, чтобы была рядом вода и много обнаженных женщин. И тогда он превратился в унитаз в женском туалете…
В конечном итоге, человек в конце своей жизни получает табличку со своим именем. Но о таких грустных вещах Лотта Коняшкина конечно же не думала и не помышляла, особенно в то молодое время…
Она тогда очень любила представить свои вожделения и потанцевать дома под громкую и ритмичную музыку. Как будто бы это уже было бы осуществлено. И радости было немерено…
А в детстве она вообще мечтала о ходулях и печатной машинке. Желание о ходулях так и не нашло никакого продвижения. Наверное потому, что такие ощущения было бы трудно представить наперёд…
А насчёт машинки печатной – её мама имела дома старинную механическую печатную машинку.
Первое, что бы Лотта напечатала бы на пишущей машинке, это своё имя. Так она всем говорила. Кто-то из старших тогда возражал ей: «Давай, я тебе напечатаю твоё имя на листке. Зачем тебе для этого печатная машинка?»
Этот кто-то не понимал, что ответ Лотты Коняшкиной был просто примером того, что возможно напечатать. И не обязательно это было бы имя Лотты Коняшкиной…
И вот, когда вышел обновлённый сборник телефонов сотрудников, к ним в отдел забежала одна бывшая коллега, которая перешла в другое управление с повышением, и показала Лотте, что теперь, в обновлённом сборнике, фигурирует её, этой коллеги, фамилия с должностью и телефоном. В отделе Лотты все были в отпаде, особенно Лотта, которая так порадовалась за подругу, бывшую коллегу.
Её же, Лотты Коняшкиной, так никогда и никто не разместил в справочнике должность и телефон, а тем более – фамилию, имя и отчество.
Никто и никогда…
Лотта Коняшкина сильно завидовала, белой завистью, той коллеге, которая с радостью в глазах отксерила копию странички нового телефонного справочника и вручила на память ей. В отделе Лотты пока ещё не было обновлённых справочников телефонов.
Потом прошло много времени, и Лотта Коняшкина оказалась совсем на другой работе. На другой работе, от слова «иной», Лотта Коняшкина зарабатывала совсем смешные деньги, ну очень маленькие… Но, о, чудо, на этой работе была возможность публиковать периодически небольшие тезисы на различные интересные экономические темы.
Коняшкина просто обалдела от своего счастья! Плевать на маленькую зарплату! Зато будут публиковаться её светлые мысли и вперёдсмотрящие вычисления, и всегда при этом будет печататься её, Лотты Коняшкиной, имя, фамилия и даже отчество, не говоря о научной должности, о номере телефона и электронном адресе…
О, для неё это было такое счастье! Так было хорошо! Что ни в сказке сказать, ни пером описать!!!
Правда-правда! Честное слово!
И, когда выходил очередной сборник научных тезисов или статей, Лотта Коняшкина, получая новое издание, и, находя свой текст и фамилию, стала регулярно очень громко это обмывать. Она весьма искренне радовалась такому событию! Она танцевала дома с таким упоением и ощущением счастья, что со стороны это, наверное, казалось полной нирваной, упоением, экстазом, вожделением…
Это празднование публикации было сродни веселью спортсмена, завоевавшего золотую медаль на Олимпиаде.
Лотта Коняшкина, не смотря на уже накопившийся собственный вес тела [но не вес в научном сообществе!], радостно скакала на кухне, а когда дети были в школе, то и в большой комнате. Эта радость походила на счастье первобытного дикаря, поймавшего в капкан мамонта…
Лотта ещё и ещё периодически вчитывалась в свои крошечные тезисы, пытаясь понять, где её слова немного подправили, отредактировали. Она думала при этом, что все другие авторы просто в отпаде от её научных строк. Более того, она читала тезисы других коллег, темы которых ей были интересны, или просто был интересен человек, автор тезисов.
Она обнаружила, что тезисы практически каждого как бы адресуют некоторые строки к конкретным сослуживцам.
Это было так интересно!
Это было как скрин огромного чата, где каждый старался высказаться по своей теме, серьёзно или с небольшой долей юмора.
Так продолжалось много лет, но Лотта, обычно молчавшая в начале этой работы, как будто обрела «голос», желание всё время выступать по своим тезисам. Она как будто зарядилась от всеобщей атмосферы докладчиков: юных, средней зрелости, опытных профессоров.
Если в начале она могла просто опубликовать свои маленькие тезисы, то в дальнейшем ей непременно хотелось сделать презентацию доклада на свою тему и обязательно выступить перед секционной аудиторией.
Так продолжалось довольно долго. Некоторые сотрудники никогда не изменяли своей тематики, развивая поступательно своё направление. Лотта же позволяла себе менять темы, писать параллельно на разные, что-то по поручению её начальства, а иное – дополнительно, от себя. Она считала для себя это приемлемым, так как в дальнейшем возможно продолжить каждую из начатых тем, если это будет ей доступно.
Потом Коняшкиной очень сильно захотелось выступить именно на Круглом столе. Она считала к тому времени, что уже созрела для большей аудитории, нежели секционная. Это её желание было осуществлено несколько раз. Однако, на Круглом столе всегда главенствовала какая-то одна директивная, заранее спланированная тема, которая формулировалась перед самым началом мероприятия. И поэтому было весьма сложно подстроиться под неё. Подстроить свой доклад, чтобы он не шёл слишком сильно вразрез с основной тематикой.
К тому же, неосновным докладчикам давалось всегда крайне мало времени для выступления, из-за того, что очень многие непременно желали выступить. А время Круглого стола было ограничено, как правило, временем начала праздничного ужина. Предоставленное для доклада крохотное время жестоко и неумолимо прерывалось писком секундомера, что ещё сильнее сбивало выступающего, помимо волнения, что многое не будет сказано из запланированного.
Поэтому такие выступления не приносили радости, а вселяли только досаду.
К тому моменту времени Коняшкина поняла одну простую истину: если кто-то очень красиво выступает перед аудиторией – это ещё не означает, что его исследования идеальны и правдивы, правильны, не натянуты на некую идеологию. В то же время, есть косноязычные, заикающиеся докладчики, впадающие в волнение от того, что их перебивают преждевременными вопросами, но их идеи могут быть более ценными и истинными, более мощными для преобразования реальности.
Лотта Коняшкина по манере выступать относилась именно к косноязычным и волнующимся при помехах выступающим. Однако, всё равно была благодарна за предоставленную ей возможность выступить.
Лотта была бы не против в какое-то время выступить и на пленарном заседании, правда мало верила для себя в такую возможность. Ведь пленарный доклад делали, в основном, работники с высокими учёными степенями, коих не было у Лотты. Но она не сильно расстраивалась по этому поводу. А точнее, вовсе не переживала.
Потом наступило время, когда Коняшкина могла пропустить очередное мероприятие. Мероприятия со временем становились не так уже важны, так как некоторую сущность всего этого Лотта Коняшкина лет за 15 смогла понять, или уловить.
В начале своей научной деятельности Лотта Коняшкина однозначно понимала, что, если её тезисы публикуют, значит она непременно умна и талантлива. И от этого были основная радость и упоение.
Потом она уже не придавала этому большого значения.
С течением времени Лотта Коняшкина даже немного посмеялась над собой со стороны.
Это, в основном, примитивные чувства, но в начале ты не понимаешь этого, и тебя не оставляет вдохновение и желание не останавливаться на достигнутом… С тобой всегда «гордость» за свои публикации.
Других же, таких же как Лотта, в большей степени привлекает работа с известными, могущественными людьми. Она слышала такое мнение.
При переезде Лотта должна была собрать все вещи, в том числе и книги, и листы разных черновиков, примерно, без малого, за 20 лет работы…
При сортировке книг и сборников тезисов она с ужасом поняла, как много времени пролетело. Время не было потрачено зря, но по книгам видишь, как много времени уже прошло. А до этого не осознаёшь так чётко пролетающее время. До такой разборки всё лежит целёхонько по полкам, отделениям мебели и т. д…. И ты к этому почти не прикасаешься.
Когда Коняшкина расставляла некоторые книги на полках на новом месте, то сборники тезисов расположились в ряд по годам. Каждый год было несколько сборников по секциям, в соответствии с тематикой, плюс пленарные доклады и Круглый стол. Каждый год мероприятия отличался от другого года оттенком цвета обложки.
Ей непременно все они ещё понадобятся, ведь там есть работы самой Лотты, и крошечные работы других сотрудников…
Когда-то ей хотелось обобщить их и сделать обзорную работу, однако это не просто.
Главное, что сегодня перед глазами «проплывает» всё это время, целая эпоха вожделений, глядя на запечатленные сборники работ, видишь, вспоминаешь мельчайшие нюансы, эпизоды, интересные выступления коллег, некоторых из которых уже, к сожалению, нет. Но их тезисы существуют, и, кажется, что и те люди живут дальше вместе с ними.
А это ещё и эмоции, всё вспоминается по тезисам, по листкам черновиков, как будто всё было только вчера. А не 20 лет назад…
При охвате взглядом этих книжек, занимающих всего одну длинную полку, странным становится осознание пролетающего времени.
Немного становится странно, так как время никогда не останавливается. А уже так много прошло. Взять бы эти книжки, спрятать в коробке в кладовую – пока не хочется. Ведь они не дают мыслям заснуть, они зарождают всё новые и новые идеи, они несут в себе оптимизм и надежды на лучшее. А лучшее, как говорится, всегда находится в самом процессе, а не в его скоротечном и порой неправдоподобном результате.
Эта полка, этот ряд сборников тезисов – да это просто виртуальная машина времени. Захочешь побывать в каком-то году или вспомнить, с кем сотрудничал, и тут же оказываешься в этой точке времени.
И Лотта вспоминает сразу всё до малейших мелочей, всё, что происходило с ней и с теми, с кем она работала.
Как это было недавно, как это было давно…
Эмоции будоражат душу, как будто всё только что происходит. Удивительно и непостижимо.
Зарабатывать много, но быть в рутине… Или ничего не зарабатывать, но быть в реальной работе и в жизни… Из-за долгов продать квартиру, но остаться довольным своим прошлым… Фактически, из-за низкой зарплаты продать жильё, в котором не довелось за продолжительное время сделать ремонт… Платить несопоставимые налоги на недвижимость (без возможности сделать в ней ремонт) при копеечной зарплате и с детьми без новой одежды…
Брать потребительский кредит, надеясь на рост зарплаты в будущем (чего не происходит).
Быть без учёной степени, но иметь интерес в работе, или быть со степенью, но не понимать, что происходит в экономике…
Хочется, конечно, и достатка, и интересного… Но это бывает не всегда… И, конечно, всё пока далеко от совершенства…


31.08.2025 – 09.09.2025 – 05.10.2025 – 11.11.2025