Идеальный Беннигсен - 9

Глава 9
«Спешу уведомить вас …»

Те данные, которые мы получили из биографических справочников, никак не приблизили нас к объяснению  вопросов, которые возникли при чтении первых абзацев письма Беннигсена к фон-Фоку. Да, Беннигсен  был значительно старше генерала фон-Фока по возрасту и по служебной субординации. Да, начало текста больше похоже на политическую декларацию, чем на приватную переписку. Да, граф Панин мог быть знаком с Фоком по русско-шведской войне.  Но всё же есть мнение многих поколений профессиональных историков, которые, ничтоже сумняшеся, приводят текст Беннигсена, как конечную «правду» о событиях той ночи – с 11 на 12 марта 1801 года. Причем никто из них никак не комментирует ни нехарактерный для боевого генерала текст, ни монотонно декларативное начало письма и прочие странности текста.
Как же быть? Пропустить эти абзацы и читать письмо далее? Да и зачем читать, когда историки уже зачитали его "до дыр"?

Ну а если взять и сравнить этот текст с тем, что и, главное, как писал Беннигсен своему другу фон-Фоку в других письмах? Ведь из других его посланий составлены, так называемые, «Записки о войне с Наполеоном». Записки эти являются единственным текстом, составляющим мемуарное наследие Беннигсена, поскольку рукопись фактических мемуаров, как мы уже знаем, утеряна или похищена - словом, нет её…

Ну, так вот, достаточно открыть какое-нибудь издание «Записок о войне…» и, так сказать, сличить стиль, характер изложения и прочие особенности текста. Так что займемся этим в этой главе, впрочем, особенно не углубляясь в детали.

Предваряет «Записки о войне …» предисловие, написанное российским историком П.М. Майковым, который более столетия назад взял на себя труд отредактировать и издать перевод нескольких пространных писем Беннигсена об участии его в войнах с наполеоновской Францией. Нам также придется остановиться на некоторых моментах этого предисловия, поскольку в нем Майков достаточно подробно излагает, когда Беннигсен имел удовольствие познакомиться с фон-Фоком и как состоялась их дружба. Вот что об этом сообщает Майков:
«Во время кампании 1806—1807 г.г. Беннигсен близко сошелся с лицом, обращавшим на себя внимание современников по выдающимся способностям, и именно с Александром Борисовичем Фоком, с которым и сохранил дружественные отношения до конца жизни».
Ну а познакомились генералы, согласно Майкову, значительно раньше, еще в польскую кампанию 1794 года, приведшую к третьему разделу Польши, именно когда фон-Фок «…  участвовал в сражении под Вильно, во взятии приступом укреплений и занятия самого города, за что, по окончании войны, в 1794 году, произведен в майоры. В делах под Вильно Фок состоял под начальством Беннигсена, тогда уже генерал-майора; здесь было их первое знакомство, обратившееся позднее в искреннюю дружбу».
Далее Майков кратко излагает последующую военную карьеру фон-Фока: «Со вступлением на престол императора Павла, последовало переформирование артиллерии в отдельные батальоны, причем Фок поступил в конно-артиллерийский батальон. В 1797 году он был произведен в полковники, а в 1799 году — в генерал-майоры и назначен начальником артиллерии в Финляндии. Но вскоре Александр Борисович, как и многие другие, подвергся немилости; 21-го января 1800 года он был отставлен от службы и поселился в Петербурге. Император Александр I принял опять Фока на службу в 1801 году и поручил ему сформировать 2-й конно-артиллерийский батальон. Исполнив очень успешно это поручение, он, 21-го мая 1803 года, был назначен шефом сего батальона, но через несколько месяцев, по прошению, был вторично уволен от службы».
Таким образом, уже при Александре I генерал А.Б. фон-Фок, которому не было еще и сорока лет, опять оказывается не у дел. Дальнейшее сотрудничество Беннигсена и фон-Фока продолжилось, «благодаря» Наполеону: «В войну 1806 года Беннигсен, назначенный главнокомандующим, выразил желание иметь ближайшим своим помощником Фока, который 10-го января 1807 года и был назначен состоять по армии. Он немедленно отправился в главную квартиру Беннигсена, куда и прибыл накануне сражения при Прейсиш-Эйлау, а затем был назначен дежурным генералом армии. Фок принимал живое участие в сражении 27-го января; он командовал артиллерией на нашем правом фланге и способствовал отражению маршала Нея, появившегося позади нашей позиции. За это сражение А. Б. награжден был орденом св. Георгия 3-го класса».
Но нас по-прежнему интересует, собственно, переписка двух генералов. Согласно Майкову, вот как могла происходить та её часть, которая являла основу «Записок»:
«Из писем Беннигсена, с 1807 по 1811 гг., видно, что в это время он жил в Вильно в своем имении «Закрет», и притом был болен, вероятно, водянкой (Письмо его Фоку от 25-го ноября 1807 года, из Вильно). Он опух до такой степени, что не мог надевать платья, которое носил во время войны, но благодаря каким-то травам, присланным ему из Петербурга сенатором Тейльсом, почувствовал значительное облегчение. Кроме физических страданий Беннигсен испытывал и душевные мучения. Его обвиняли в неудачном исходе кампании 1807 года. Множество пасквилей и всяких брошюр, направленных против него, было тогда в ходу».
Таким образом, можно определить время начала тесной «эпистолярной дружбы» генералов – конец 1800-х годов. Ну а какова стилистика этих писем? Для примера можно дать себе труд прочитать начало первого письма, составляющего «Записки о войне …»:
«Спешу уведомить вас о получении мною вашего последнего письма. Вы упрекаете меня в том, что с заключением Тильзитского мира я очень неисправен в моей переписке. Признаюсь, что виноват, но обстоятельства, в которых я нахожусь, могут значительно меня извинить. В продолжение всего хода войны я сообщал вам последовательно мои мнения о всех бывших выдающихся событиях; это были только отдельные факты, которые я обещал вам, после заключения мира, изложить в общей связи и последовательности, присоединив к ним все подробности моих военных действий. Стараюсь сдержать свое слово и занимаюсь теперь приведением в порядок всех бумаг, имеющих отношение к этой войне. Это занятие содействовало перерыву нашей переписки, которую возобновляю сегодня снова с удовольствием.
Не стану отвечать отдельно на большую часть делаемых вами вопросов, касающихся меня лично; дальнейшая моя переписка должна служить на них ответом; ограничусь теперь повторением еще раз, что я не только не добивался командования армией, но неоднократно просил, чтобы меня от этого избавили». И так далее…
Перед нами вполне читабельный текст, явно имеющий своим адресатом человека, находящегося, что называется, «в теме». При этом отсутствуют политические рассуждения о судьбе отечества и прочих высоких материях. Стилистика текста вполне характерна для людей, близко знакомых друг с другом и с обсуждаемыми вопросами.

Так какой же из вышесказанного можно сделать вывод для нашего дальнейшего повествования …?