Внутреннее намерение молитвы...

Во многих публикациях мы говорили о намерениях, как самом главном, что содержится в наших помыслах, делах, поступках и определяет их. Именно намерения есть главное свидетельство нашего душевного состояния и истинности самой нашей веры в Господа! И неважно, реализованы наши намерения или нет, они все равно говорят о состоянии нашей души! Как известно одни и те же наши слова и дела, сказанные и сделанные с разным намерением, по-разному свидетельствуют о нас и идут нам в благословение или в грех. Не является исключением и молитва!

Заболевший страстями человек уже давно стал представлять и понимать Бога по уже поврежденному своему образу и подобию. Эта антропоморфность понимания и восприятия Бога, постепенно ставшая для человека привычной, привела его к неосознанному наделению Бога и Его нравственных законов уже своими чисто человеческими качествами и свойствами.

Халкидонский догмат, исповедующий Христа как Богочеловека «во всем подобного нам, кроме греха» казалось бы, тоже оправдывает этот подход. Но это только на первый взгляд. Как известно этот Догмат преследовал вполне определенные конкретные цели, в которые не входило детальное описание этого тезиса. Известно, что грех - как событие порождают страсти, которых не было у Господа! Это Догмат опускает, указав лишь на грех! Тогда при формальном подходе к Догмату наша подобность Ему «во всем, кроме греха» получается и в страстях, их эгоизме и себялюбии, только нереализованных Господом в грехе….

Так антропоморфность восприятия человеком Богочеловека неумышленно наделяет Его своими больными страстными свойствами! Именно отсюда возникли в христианстве заблуждения о «мстительности» Бога, присущие еврейской ветхозаветной церкви, выражающиеся в намерениях помыслов и дел самих христиан. В молитвенных намерениях это — «умилостивление» Господа, умоление Пресвятой Богородицы на «заступничество» за людей перед Господом, умоление Господа на «заступничество» перед Отцом, и так далее.

Эта же проблема присутствует в теме «страстей Господних», как страданий. Действительно, смысл слова страсти = страдание. Но только сама природа этих страданий противоположна! В людях она от эгоизма и себялюбия страстей, а у Господа — от любви к этим людям! Сама любовь не имеет в себе источника огорчений и страданий. Изначально любовь вообще не знала этого чувства! Сотворенный и пребывавший в любви человек не ведал ни страстей как душевного повреждения, ни страданий от них. Но как только этот злой источник возник в падшем грехом человеке, всегда обращенная вовне любовь сразу обнаружила его в человеке, и возникло сострадание к нему и страдание за него!

Ничего этого не знает антропоморфность вменяющая нашу «подобность» Господу и Его нравственным законам. Именно в этом одна из причин нашей неспособности представить себе во всех важнейших темах «идеальное», то есть изначально данное Богом, что составляет неповрежденную страстями их сущность, постижимую только умозрением и совестью.
 
Приписав бесстрастному, безгрешному, бессмертному, давно простившему всем и все Господу страсти, человек стал воспринимать Его - Любовь не как готового только помогать и спасать, а как грозную силу кары и возмездия! Подумать только, Его – абсолютную любовь и милость, человек начал умолять, чтобы Он простил (любил и простил - синонимы) и был милостивым к согрешившему человеку...!?

Понял ли сам человек, что такой молитвой он (как Каин) возлагает всю вину на Господа за свое не покаяние и за не отпущение своих грехов, тем самым оскорбляя Его? Понял ли, что в своем не раскаянии и потому неспособности принять милость Его, винит не себя, а Самого Господа в том, что Он «немилосерден»…?!
 
Истинно верующему человеку нужно молить Господа не о милосердии и прощении, ибо они безмерны, и без всякого его прошения всегда в избытке подаются ему Господом, а о своем вразумлении и помощи себе в том, чтобы стать хоть немного достойным великих милостей и щедрот Его, и способным принять Его милость и прощение! Преподобный Антоний Великий говорит: «Если … молитвами и благотворениями снискиваем мы разрешение в грехах, то это не то значит, что Бога мы ублажили и Его переменили, но что … уврачевав сущее в нас зло, опять соделываемся мы способными вкушать Божию благодать; так что сказать: Бог отвращается от злых – есть то же, что сказать: солнце скрывается от лишенных зрения» (Добротолюбие, т.1). Нам стоит серьезно задуматься, насколько такое наше душевное молитвенное намерение меняет весь смысл нашей молитвы и обращения к Господу….