Воспоминания из юности

Все чаще встречаешь публикации в соцсетях, или в Whats App с воспоминаниями людей, переваливших за шестьдесят. Они отражают ностальгию по прежним временам. Нередко ты видишь в них то, что наполняло твои годы жизни во времена Советского Союза. И ты чувствуешь как что-то теплое проникает в твою душу. При этом все понимают, что времена те уже не вернуть. Вот и я решил, вспомнить происходившие со мной и уже ушедшие в небытие события. То, что наполняло твою жизнь. И вот что получилось....
Родился я в Тбилиси и наверное поэтому долго считал себя грузином. До сих пор помню слова и фразы: рагинда кацо, генацвали, биджо. Тогда, когда я только научился говорить, мой словарный запас был несомненно богаче и состоял не только из русских слов. Мне очень нравились многоголосые грузинские песни, которые нередко тогда доводилось слышать. Но из своих поступков этого периода могу отметить только то, что однажды, когда матери дома не было, выпил из стоящего на полке пузырька дезинсекталь. После этого у меня началась диспепсия.

Мне три или четыре года. Город Грозный. Я просунул голову между металлическими стойками ограды балкона и не мог ее потом вытянуть назад. Кто-то из соседей выпилил эту стойку ножовкой, чтобы я смог свою голову освободить.

Мне уже шесть, или семь лет. Я ухожу на рыбалку с большими парнями из нашего двора в Таганрогский порт. Ловлю рыбу, как и другие на закидушку. Попадаются в основном бычки, изредка небольшие тараньки. Домой возвращаюсь с длинным куканом, на котором нанизаны бычки, десятка три а то и больше, а мама их потом жарит на сковородке. И это очень вкусно.

Там же в Таганроге иду в школу, где когда-то учился Чехов. В отдельном кабинете стоит парта, за которой он сидел.

Летом, когда льют проливные дожди, бегаю босиком с ребятами по дороге, где изредка проезжают машины, обдавая всех с ног до головы водой из под колес.
Когда приходило время арбузов, мы с пацанами помогали разгружать их и складывать в установленные решетчатые ларьки. За это нам продавец выдавал каждому по арбузу, их мы с удовольствием тут же съедали не смотря на отсутствие ножей или ложек.

Начинаю учиться играть на фортепиано, учительница моя уважает только классическую музыку, а мне нравится джаз, который она не признает и мне не велит даже думать о нем.

Воевали с мальчишками из соседнего двора. Нашим оружием часто были дубинки сделанные из выброшенных елок, утыканных на конце гвоздями. Мы с ребятами выкопали в своем дворе траншею, в которой я установил самодельную пушку, которую заряжал дробью. При атаке на нас я выстрелил из пушки, а наши враги бросились бежать назад на свою территорию. Мы победили. Сделал себе ружье-самопал и ходил в парк с ним на охоту.

В наш двор выходили окна какой-то фабрики. А мы воровали, сняв стекло с окошка, с помощью крючков и прочих приспособлений, подшипники. Эти подшипники потом мы устанавливали на самокаты, которые собирали сами. А потом гоняли на этих самокатах по асфальту нашего двора или вокруг дома.
Самым основным увлечением нашим были рогатки. Для рогаток мы покупали на рынке специальные резинки желтого или красного цвета. Резинки продавали цыгане, которые понимали в этом толк. Резинки были мощные и хорошо растягивались. Где их они брали одному богу ведомо. Тренировались в стрельбе из рогаток мы обычно на ничьей территории между нашими дворами. Мишенью были как обычно банки, бутылки и стеклянные пузырьки. А в качестве снарядов мы использовали битые из чугунных кружков для печек осколки, а лучше всего железные кружки, вырубленные из стальных листов на судоремонтном заводе.

Делали себе мы и луки, из которых стреляли самодельными стрелами с наконечниками. Самые распространенные наконечники делали из винтовочных пуль, собранных на обнажавшихся участках залива во время сгонного ветра. Из пуль на костре вытапливали свинец и затачивали их.

Зимой гоняли на санках с парусом по льду замерзшего Таганрогского залива и рыли с мальчишками пещеры в слежавшемся снегу огромных наносов на берегу. Грелись у костра в этих снежных пещерах. Домой как то пришел с большим опозданием с этих своих музыкальных занятий. Матери наврал что-то с три короба, чтобы не наказала.

Нашли с пацанами старый молоток и стали его метать в стоящий во дворе столб, как томагавк. Когда я замахнулся им, в руках у меня осталась рукоятка молотка, а железка улетела за забор в соседний двор. Раздался глухой удар и затем чей то стон и звук падающего тела. За забором сидели две бабки и железка с молотка прилетела точно ей одной из них в грудь. Вскоре в соседний двор приехала скорая помощь и врачи долго приводили эту бабку в чувство. Слава богу все обошлось и она осталась жива.
Я смастерил себе самопал с латунной трубкой в качестве ствола, зарядил его соскобленной со спичек серой и дробью; отойдя подальше к забору и отвернув лицо в бок, я выстрелил. Раздался взрыв. Ствол разорвало и он куда то улетел, а осколки вонзились мне в предплечье, а деревянная рукоятка осталась в руке. Мне повезло, что лицо я отвернул в сторону, поскольку не сгоревшие частица серы въелись мне в щеку и шею. А ведь мог остаться без глаз.
У моего школьного приятеля Юрки был старший брат, который иногда звал нас половить рыбу неводом. Невод был большой, метров двадцать или даже тридцать и заводить его приходилось всей оравой, а у берега мы с Юркой еще загоняла рыбу в невод. После окончания общих трудов улов распределяли среди участников. Крупная рыба доставалась большим парням, а нам приходилось довольствоваться рыбой поменьше. Потом крупную рыбу ребята относили на рынок, где её с успехом продавали. Мы с Юркой туда приходили тоже и выкладывали на прилавок всякую мелочь, которую хозяйки покупали для своих кошек. Но какую то часть своего улова мы все таки приносили и домой.
В нашем дворе были два старшеклассника, которые часто издевались над младшими пацанами. Однажды они застали меня за соскабливанием выжженной на стоявшей в середине двора скамейки надпись с моим именем. Когда они направились ко мне я сложил ножик и сунул его в карман. Подойдя они заявили, что за порчу дворового имущества я должен быть наказан. Потом стали издеваться надо мной, пинать ногами и выкручивать руки, свалили меня на землю. Я рассвирепел и достав из кармана ножик стал им угрожать. Метнул его в ближнего из них. Полоснув по руке парня ножик пролетел дальше и упал недалеко от скамейки, на которой сидели местные бабки.
В результате у одного из старшеклассников, более крепкого, рука была основательно распорота. Из больницы его привезли с перебинтованной рукой от локтя до кисти. А мой перочинный нож подобрали сидевшие на скамейке бабки в качестве улики. С тех пор издеваться над младшими ребятами эти старшеклассники больше не стали.

Потом отца перевели на другое место работы и мы уехали из Таганрога.

Уже в Краснодаре начал заниматься акробатикой в спортшколе. Работал я с напарником в силовой двойке нижним. Участвовал в областных соревнованиях. Но с напарниками мне не везло: то отчислят из спорт школы за неуспеваемость, то напарник заработал гипертонию и ушел из школы.. Пришлось временно перейти в силовую тройку. В областных соревнованиях среди юношей в составе силовой тройки я занял первое место.

Летом наши ребята решили совершить набег на принадлежащую какому то предприятию бахчу, где росли арбузы. Я отправился с ними. Выбрав себе спелые арбузы, мы поели их, а руки помыли соком из незрелых еще арбузов. Но оказалось, что бахчу охранял сторож. Кое кому из нас досталось солевым выстрелом в зад. А потом этот сторож пришел в городок, где мы все жили и навел справки о грабителях. Нам досталось не слабо…

Продолжал ходить на занятия музыкой в местном клубе. В школе не поладил с одним из одноклассников. После уроков устроили бой с ним за школой в окружении пацанов. Бились с ним круто, у меня от удара противника онемела рука, но я своего противника победил. Так решили зрители.. Он ушел с солидным фингалом под глазом. Позднее мы с ним поладили, и этот парень предлагал мне отлупить кого надо, если скажу. Он стал местным авторитетом и его мальчишки побаивались. Навалял другому однокласснику за то, что мешал прыгать через коня в спортзале. Случилось так, что он пожаловался на меня парню из их района, который только вышел из тюрьмы. Меня прихватили на их пруду, куда я пришел поплавать. Этот уголовник и пара его дружков повалили меня, двое держали за руки и ноги, а их главарь, по кличке Адыга, отбивал мне печенку и живот, чтобы не было синяков.

Я узнал, куда устроился работать Адыга и несколько дней поджидал его с металлическим прутком невдалеке от места его работы. Но он так и не появился. А я не смог ему отомстить. Моя кровная месть так и не свершилась, а мы скоро переехали из Краснодара в другой город.

Следующим местом моего проживания был Ейск. Тогда там жило около десяти тысяч жителей. Я быстро сдружился со своим соседом по подъезду Славкой. В школе мы с ним учились в одном классе. В пятиэтажном доме, где мы жили, у всех жильцов в подвале были свои клетушки, где в основном хранили картошку, банки с соленьями и прочие припасы. Там же мы нашли припрятанный кем-то ящичек с небольшими сигарками. Сигарки были ужасно противные, но мы их исправно выкуривали.

Я увлекся изготовлением ракет. Одна из ракет, начиненная в головной части горюче-взрывной смесью у меня сорвалась с направляющих и полетела в поле, где жильцы наших домов обрабатывали свои грядки. Подлетев точно к району этих грядок моя ракета взорвалась, образовав цветной огненный шар. Народ со страху бросился бежать куда глаза глядят. А мы с приятелем быстро смотались. Петарды, которые я сам делал, также неоднократно взрывались у меня в руках, а приятели мне говорили, что я своей смертью не помру.

Славка до моего приезда играл с малышней и лазил по деревьям, но я его совратил быстро. Мы стали с ним употреблять самодельное виноградное вино, банки с которыми многие держали в своих сараях с резиновыми трубками, опущенными в стакан с водой. Но иногда покупали бутылки с вином, или более крепким алкоголем в магазине. Однажды мы с приятелем в воскресенье выпили так здорово, что на следующий день в школу пришли еще не отрезвевшими. Сидевшие рядом парни увидев нас в таком состоянии, на большой перемене сбегали к одному из них домой, где мать делала самогон из меда, который не знала куда девать после смерти мужа, занимавшегося пчеловодством. Прогуляв следующий урок они пошли в в школу, где во дворе учительница играла с малышами. Парням пришла в голову мысль повеселиться с молодой учительницей. Отняв у учительницы веревку, они привязали её к столбу, а потом заставили первоклашек водить вокруг нее хоровод. В результате они получили тройки по поведению в конце учебного года.

В новой школе мне не сразу удалось влиться в коллектив. На одном из школьных вечеров я попал в невеселую историю. В школьном дворе собралась кучка местных хулиганов, которые решили меня наказать за то, что присмотрелся к одной из местных девчонок. Вызвав меня на двор, они окружили меня и стали задираться. На моей стороне никого не оказалось и в конце концов я решил оттуда свалить. Но двое из наиболее рьяных парней бросились преследовать меня. Когда я остановился, один из них стал меня отвлекать, а другой изловчился и врезал мне в лоб кастетом. Почуяв что мне с ними не совладать, я дал деру.. Домой я пришел, надвинув на лоб свой берет. Но мать сразу увидала, что у меня здоровенный фингал с шишкой на лбу, и глаз слегка заплыл...Не знаю уж как я отвертелся от ее вопросов, но не стал ей объяснять что случилось на самом деле.

В свободное время мы со Славкой ходили в спортивный зал Ейского авиационного училища, где таскали штангу, или взяв боксерские перчатки боксировали друг с другом. А я еще находил себе напарников и среди курсантов, занимавшихся раньше боксом. Курсантам строго запрещено было заниматься боксом, но с сыном начальника училища на это закрывали глаза.

В выходные дни летом, маленько выпив, мы отправлялись в парк, где на танцплощадке не только танцевали, но и завязывались драки. Если ожидалась реальная схватка с кем-то, на поясе у меня вместо ремня висела металлическая цепь, иногда с собой прихватывали завернутый в газету кирпич.

Со Славкой вдвоем мы стали ездить с отцами на охоту. Сначала мне приходилось стрелять перепелок из отцовской двустволки Зауэр три кольца, но потом отец мне купил отечественное ружье Иж 12. После этого я и Славка стали заниматься стрельбой по тарелочкам на круглом стенде в военно-охотничьем обществе, где вскоре получили охотничьи билеты. Тренировки принесли свои плоды - мы стали отлично стрелять по движущимся целям, отработали двигательные навыки и реакцию. Даже получили некоторые негативные результаты. Быстрые выстрелы по взлетающим почти из под ног перепелкам превращали их в комочек перьев с мясом. Увидев свои ошибки я выработал правило вскинув и прицелившись просчитать до трех, а потом стрелять. И это помогло.

На охоте мы иногда использовали казенные патроны для стендовой стрельбы. Они давали хороший разброс дроби уже на коротких дистанциях. И вот как-то мы выехали с прочими охотниками на утиную охоту в копанские плавни. Постреляв по уткам я вернулся к месту, где стояла избушка, в которой мы все ночевали. Рядом на возвышенности было поле, на котором иногда останавливались гуси и водились перепела. Я отправился поискать удачу там. Взяв на перевес ружье я пошел по траве выискивать дичь. В какой то момент я увидел, что впереди в траве мелькает что-то серое. Может это куропатка подумал я и вскинул ружье. Но увидев заячьи уши, я выстрелил. Полагая, что патроном с мелкой дробью №9, зайца не убить я удивился. Заяц пару раз перевернулся через голову и упал. Расстояние было не больше двадцати метров и дробь конечно не смогла сильно разлететься в стороны. Подойдя к зайцу, я увидел, что он мертв. В последствии, когда я снимал с него шкуру, увидел, что ни одна дробина не проникла под кожу. Похоже, что зайца ударила куча дроби как молот, что и погубило беднягу.
Надо признаться, что по молодости и глупости я стрелял почти по всему, что бегало или летало. Однажды я сбил довольно крупную птицу немного похожую на крупного кулика, вроде кроншнепа. Я подошел к лежащей на поверхности воды своей жертве и сплюнул на нее. Это был вовсе не кроншнеп, а тощая птица с длинными ногами и странным длинным клювом. Подобных птиц я раньше не видел и ушел не забрав свой трофей. Потом, когда я рассказал об этом случае своему тренеру по стрельбе на стенде, он сказал, что я убил довольно редкую у нас и очень вкусную птицу, которую называют каравайка, за которую он не раздумывая отдал бы кряковую утку.
Охотой мы с приятелем занимались много, в том числе и на зайцев, и на гусей.... Но это уже совсем другая история.

Поскольку больше не посещал спортивную школу, которая осталась в Краснодаре, я переживал, что уже не могу заниматься акробатикой. В результате я привлек к акробатическим номерам Славика. Мы с ним разучили некоторые трюки и цирковые веселые штучки. На устраиваемых школьных вечерах мы стали выступать с ним, развлекая присутствующих. А для младших школьников я стал вести кружок классической борьбы с элементами акробатики. Пытался создать смешанную акробатическую пару с нашей ученицей, отчаянной двоечницей, но имеющей какой-то разряд по гимнастике. Но эта пара просуществовала не долго. Закинув на свои плечи я ставил ее в стойку, и пытался ею управлять, но она почему-то складывалась в мостик и рушилась на меня как мешок. Короче не задалось у нас с ней собрать смешанную пару и добиться успехов.

Летом нам иногда доводилось выезжать на Должанскую косу, которая находится в нескольких десятках километров от Краснодара, ближе к керченскому проливу, где можно было и порыбачить, и поплавать в довольно чистой и прозрачной ( для азовского моря) воде. Порой удавалось увидеть причаливавших на баркасах рыбаков с немногочисленными севрюгами и редкими осетрами, которые еще тогда попадались в сети. Это было время, когда еще рыба в знаменитом когда-то своей продуктивностью Азовском море водилась. И знаменитые азовские бычки, и судаки, и сазаны, и многие другие.
Но время вносит свои поправки в нашу жизнь и теперь уже в копанских плавнях не увидишь многочисленные стаи уток и гусей, пропали удивительные птицы дрофы и стрепеты, а Азовское море основательно засолилось и перестало удивлять всех своими богатыми запасами рыбы.

Оценили 7 человек
Показать список поделившихся