Киносценарий- Возрождение было возможно-23

Киносценарий- Возрождение было возможно-23 (3/1)
Заколдованный круг
Адаптированный киносценарий по книге Вардкеса Тевекеляна "Жизнь начинается снова"(1950 год)

Видеоклип https://yandex.ru/video/preview/4599591119599057521
Словно птица Феникс На стихи поэта Евгения Доставалова
Дата публикации 5 сен 2024

НАТ. РОБЕРТ-КОЛЛЕДЖ. ДВОР. ДЕНЬ.
АВТОР, АШОТ,  СТУДЕНТЫ РОБЕРТ КОЛЛЕДЖА, ЭКОНОМ РОБЕРТ КОЛЛЕДЖА, ЛЕВОН-ПОМОЩНИК САДОВНИКА РОБЕРТ КОЛЛЕДЖА, ПРОХОЖИЕ У РОБЕРТ КОЛЛЕДЖА

На ровной, утрамбованной площадке, окаймленной двумя рядами деревьев, гуляют студенты; некоторые из них ведут оживленную беседу, другие в одиночку ходят в тени деревьев с открытой книгой, а несколько человек, облокотившись на каменную стену, окружавшую колледж, наблюдают за голубыми водами Босфора. Все студенты удивительно похожи друг на друга — коротко подстриженные, чисто выбритые, надменные, краснощекие здоровяки в изящных костюмах.

АВТОР

Ашоту на миг показалось, что он очутился в другом, незнакомом ему мире, и люди в нем тоже не похожи на тех, с которыми ему до сих пор приходилось сталкиваться. Здесь даже воздух был другим — прозрачным, чистым. В этой сытой тишине забывалось все, что было связано с той страшной жизнью, откуда он пришел, с отчаянной борьбой, которую вели люди повседневно за кусок хлеба, за право жить. Бушующие человеческие страсти оставались где-то далеко от этих массивных стен. Крики отчаяния, безнадежности, людской плач, казалось, никогда не доходили до обитателей этих чистых, красивых зданий. Здесь текла своя жизнь, беззаботная, не знающая никаких горестей и печалей.
Ашоту, потратившему последние гроши, заработанные кровью и потом, на покупку ситцевой рубашки и пары ботинок, чтобы явиться сюда в более или менее приличном виде, стало обидно за себя, за своих товарищей, борющихся, мучающихся только ради того, чтобы не быть зарезанными и не умереть с голоду. Перед его глазами вереницей прошли картины недавно минувших дней и событий. Убитый без всякой вины отец. Мать с маленькими детишками на руках в тисках нужды. Необходимость оставить школу. Тяжелая, изнуряющая работа с самого раннего детства. Потом кровавая резня, когда погибли все его родные и он остался один-одинешенек на всем белом свете. Опять вечная борьба за кусок хлеба. Знают ли эти сытые юноши сотую долю той жизни, которую знал он, пережили ли они частицу тех горестей, которые выпали ему? Впервые Ашот задал себе вопрос: почему так несправедливо построен мир, где одному дано все, а другой обездолен? В чем секрет этого? Он задумался и не нашел ответа на этот большой, мучительный вопрос.

(Из задумчивости его выводит вежливый голос.)

ЭКОНОМ

Кого вы здесь ждете, молодой человек?

АШОТ

Господина эконома.

ЭКОНОМ (Пожилой человек высокого роста, худой, как палка, выбритый на американский лад, в хорошем костюме с белым воротником и галстуком. Он скорей был похож на ученого, чем на эконома.)

Пожалуйста, я к вашим услугам.

(Ашот порывисто вскакивает и протягивает ему заветную записку.

ЭКОНОМ (вежливо)

Вы работали где-нибудь раньше?

АШОТ

Нет… то есть приходилось.

ЭКОНОМ

Где именно? И есть ли у вас рекомендация с последнего места вашей работы?

АШОТ

Я работал в порту… на случайных работах.

АВТОР

При упоминании о случайных работах по лицу вежливого собеседника пробежала еле заметная тень, и Ашот почувствовал, что последний надежда о постоянной работе, мечты об учебе рушатся и ускользают от нею. Вздохнув, он торопливо сказал:

АШОТ

Господин эконом, я один из тех, которым удалось по счастливой случайности спастись от резни. Не имея никаких знакомых и друзей, я принужден был браться за любую работу, чтобы честным трудом зарабатывать себе на хлеб…

ЭКОНОМ

Я понимаю вас, но, видите ли, сейчас нам люди не нужны. Заходите через некоторое время еще раз. Впрочем, без солидной рекомендации… не знаю…

АШОТ

Прошу Вас, не откажите мне. Я готов первое время работать бесплатно, пока не освободится место. Мне совершенно некуда деваться.

ЭКОНОМ

А что вы умеете делать?

АШОТ

Все, что угодно. Я согласен на любую работу.

ЭКОНОМ (Еще раз смерив презрительным, холодным взглядом Ашота и, подумав немного)

Раз у вас такое безвыходное положение, то попробую вам помочь. Бог велит не оставлять в нужде своего ближнего. Наш младший истопник заболел, но во время его болезни мы по приказанию нашего директора господина Роджерса продолжали ему платить. Господин Роджерс такой великодушный!

(Смиренно подняв глаза к небу.)

Истопник вряд ли вернется, и до окончательного выяснения этого вы можете работать вместо него. Будете иметь койку с постельными принадлежностями и питание. И если он в скором времени не сумеет приступить к работе, то вы можете занять его место с окладом тринадцать лир в месяц или занять первую освободившуюся вакансию, если за это время покажете себя с хорошей стороны.

АШОТ (искренне и горячо)

Я постараюсь!

ЭКОНОМ (загорелому парню)

Левон, проведи молодого человека в общежитие

ИНТ. РОБЕРТ-КОЛЛЕДЖ. ДОРОГА К ОБЩЕЖИТИЮ. ДЕНЬ.
АВТОР, АШОТ,  СТУДЕНТЫ РОБЕРТ КОЛЛЕДЖА, ЭКОНОМ РОБЕРТ КОЛЛЕДЖА, ЛЕВОН-ПОМОЩНИК САДОВНИКА РОБЕРТ КОЛЛЕДЖА, ПРОХОЖИЕ У РОБЕРТ КОЛЛЕДЖА

ЛЕВОН (Высокий плечистый, с очень длинными руками)

Сколько дал?

Ашот непонимающе посмотрел на своего спутника.

ЛЕВОН

Ты не бойся, я свой, я тоже так поступил сюда и стал помощником садовода.

АШОТ

Мне бояться нечего. Но я не понимаю, о чем ты спрашиваешь.

ЛЕВОН (хохоча)

Вот чудак! Смотри ты на него! Он ничего не понимает! Да кто тебе поверит, что старый Крокодил принял тебя на работу без взятки?

АШОТ

У меня было к нему письмо.

ЛЕВОН

А в конверт с письмом сколько вложил?

АШОТ

Ничего.

ЛЕВОН

Вот чудеса! Ты, наверное, первый счастливец, поступающий без взятки.

АШОТ

Эконом был очень добр, он пожалел меня.

ЛЕВОН (с презрением)

Нашел добряка в американском холуе! Тут кроется что-то другое, только не жалость и доброта. Этими вещами здесь не торгуют…

АШОТ

А, что здесь такое?

ЛЕВОН

Это-«Роберт-колледж»!
Когда то, лет сорок назад, во времена царствования кровавого султана Гамида, одному пронырливому миссионеру за большую взятку и при активном содействии американской миссии в Турции удалось получить у Высокой Порты разрешение на открытие нескольких школ для обучения христианских детей, главным образом сирот и бедных. Такие школы были открыты в Измирне, Ване и Харпуте. В самом Стамбуле был основан колледж, который вскоре превратился в закрытое учебное заведение с пансионом. В этот колледж принимались дети избранной верхушки общества, не только христиан, но и турок. Туда же приезжали юноши из некоторых балканских стран: из Болгарии, Румынии и Греции. Ограниченное количество детей обучалось в колледже бесплатно — это были сироты, окончившие американские школы. Но они жили в особых общежитиях: их готовили к роли протестантских миссионеров в Турции и на магометанском Востоке и еще для кое-каких целей, о которых нигде не писалось и не говорилось. Кстати, подобного рода учебные заведения под названием «Роберт-колледж» появились во многих странах — в Китае, Японии, Персии и некоторых других. В Америке было основано специальное общество для ведения дел этих учебных заведений.
В Стамбуле это общество купило для колледжа большой участок земли здесь, на живописных холмах предместья Бебек. Как видишь, их обнесли высокой каменной стеной, посадили сад. Построили электростанцию, три больших учебных корпуса с лабораториями и молитвенным залом, общежития для студентов, спортивные площадки, мастерские. Обширные коттеджи для преподавателей-американцев размещены в разных концах тенистого сада.

Рабочие и весь обслуживающий персонал — повара, прачки, истопники, садовники — набирались, как правило, из местного армянского населения. Они ютятся в барачных помещениях в самом конце территории колледжа, куда мы и идём. Только многочисленные сторожа черногорцы. Как видишь, они ходят в своих экзотических национальных костюмах и держатся обособленно.

НАТ. РОБЕРТ-КОЛЛЕДЖ. ОБЩЕЖИТИЕ. ПОЛУТЁМНОЕ ДЛИННОЕ ПОМЕЩЕНИЕ С ЖЕЛЕЗНЫМИ КРОВАТЯМИ. ДЕНЬ.
АВТОР, АШОТ, СТУДЕНТЫ, ЛЕВОН


Они входят в полутемное длинное помещение. Вдоль стен его стоят железные кровати, а посредине — большой стол, накрытый клеенкой.

ЛЕВОН

Вот твоя койка. На ней спал твой предшественник, он нажил себе грыжу на работе, здешний доктор взялся оперировать и, как видно, изуродовал, сейчас его отправили в больницу. Когда привезешь свой чемодан, то можешь поставить прямо под кровать, тут чужого не трогают.

АШОТ

У меня нет чемодана и вообще никаких вещей.

ЛЕВОН (недоверчиво посмотрев на Ашота)

Значит, живешь, как говорится: «Все, что имею, ношу на себе»?

АШОТ

Да, вроде того.

ЛЕВОН

А я — то подумал, что ты тоже хозяйский холуй! Оказывается, нашего поля ягода. Ну, так будем знакомы!

(Парень протягивает руку.)

Меня зовут Левоном, я, брат, из пустыни спасся, два года жил у арабов, верблюдов пас у них.

АШОТ

Ашот. Я тоже спасся от резни.

ЛЕВОН

Вот что, Ашот, здесь язык нужно держать за зубами. Каждое неосторожное слово передадут эконому. Мы его прозвали Крокодилом. Он не любит церемониться, в два счета выкинет любого на улицу. Понятно?

АШОТ

Понятно.

ЛЕВОН

Ну так вот, будь осторожен. Конечно, у нас есть настоящие ребята, с которыми можно дружить. Я тебя познакомлю с ними. А с остальными ни гугу! Ну ладно, пошли, поведу тебя в прачечную, там и твоя котельная. Постой! Может, ты есть хочешь?

АШОТ

Ничего, потерплю.

ЛЕВОН

Зачем же! Погоди, мы сейчас мигом сообразим.

АВТОР

Левон куда-то побежал, оставив Ашота одного. Опустившись на скамейку около стола, он задумался над словами своего нового знакомого. Оказывается, и здесь под вежливостью, сочувствием и предупредительностью кроется обман. Кому верить? Где правда?
Левон вернулся с миской супа и большим куском белого хлеба.

АШОТ

На, поешь, потом пойдем.

(Ашот ест торопливо, обжигаясь, с аппетитом проголодавшегося человека. Быстро покончив с супом, он набрасывается на кусок вареного мяса и тоже уничтожает его мигом.)

ЛЕВОН

Видать, ты здорово проголодался.

АШОТ

Вот скоро год, как я не видел горячего, кроме кипятка.

АВТОР

По дороге к прачечной Левон продолжал свои наставления:

ЛЕВОН

Начальницей прачечной работает гречанка. Стелет она мягко, но ты ей не доверяй: эта старая карга мучит девушек, работающих там, и многих парней выжила отсюда.

АШОТ

А старший истопник?

ЛЕВОН

Хороший человек, прямой. Он здесь давно работает. Даже Крокодил его побаивается.

НАТ. РОБЕРТ-КОЛЛЕДЖ. ДВОР КОЛЛЕДЖА
АВТОР, АШОТ, СТУДЕНТЫ, ЭКОНОМ, ЛЕВОН, ПРОХОЖИЕ

Они проходят по тенистой аллее диких каштанов. Вдруг перед их глазами раскрывается широкая панорама. Вдали, над обрывом, возвышаются невысокие, покрытые ковром зеленой травы холмики, они тянутся до полуразрушенных крепостных стен, а там, где стена резко поворачивает на северо-запад, стоит высокая, сорокаметровая, массивная башня с узкими бойницами и круглой, довольно просторной площадкой на самой вершине.

ЛЕВОН

Когда-то, в дни нашествия кочевников и непокорных племен Малой Азии на Константинополь, византийские солдаты наблюдали с этой площади за противоположным берегом и в случае опасности давали сигнал тревоги, а сейчас, как видишь, на вершине башни аисты, свив себе гнезда, спокойно озираются по сторонам, а весной выводят птенцов.

(Между холмами неторопливо течёт речушка. В низинке, неподалеку от крепостной степы, она разливается, на ее заболоченных берегах ростут нарядные тополя. Между зеленой листвой тополей виднеется одинокий двухэтажный домик, покрытый красной черепицей; около него дымит высокая труба.)

ЛЕВОН

Вот и прачечная.

АШОТ

Далековато.

ЛЕВОН

Труба дымит днем и ночью, а из прачечной скверный запах идет, вот поэтому и запрятали ее сюда.

НАТ. РОБЕРТ-КОЛЛЕДЖ. ПРАЧЕЧНАЯ. день.
АВТОР, АШОТ, ЛЕВОН, ГРЕЧАНКА-НАЧАЛЬНИЦА ПРАЧЕЧНОЙ РОБЕРТ КОЛЛЕДЖ, ИСТОПНИК ОГАН-РОБЕРТ КОЛЛЕДЖА

ЛЕВОН

Ну, вы тут уж разберетесь без меня, а вечером встретимся в общежитии.

(Левон подмигнув Ашоту, поворачивается и, весело насвистывая, направляется к колледжу.)
Начальница прачечной долго провожает взглядом Левона, пробурчав себе под нос.)

ГРЕЧАНКА –НАЧАЛЬНИЦА ПРАЧЕЧНОЙ (Седая рыхлая женщина лет сорока пяти, встретив нового работника очень радушно, долго провожая взглядом Левона, после его ухода Ашоту)

Испорченный мальчишка!
Ты не связывайся с такими, дружба с ними ни к чему хорошему не приведет.

(Заходит старший истопник Оган, приветливый старик со следами оспы на лице. Он провожает Ашота в котельную. В темном подвальном помещении топится один котел. Уголь хранится в яме, и его надо доставать оттуда корзиной.)

ИСТОПНИК ОГАН-РОБЕРТ КОЛЛЕДЖА

Ничего, обойдется. Ты, как я вижу, здоровый парень, легко справишься с этой работой. Главное в нашем деле — это аккуратность, чтобы котлы без воды не оставались, иначе они взорвутся, и все время надо держать нужное давление. Видишь ли, я главным образом занят ремонтом отопления, и работы у меня очень много. Здесь тебе одному придется возиться. Следи, чтобы к семи часам утра и к десяти часам вечера подать горячую воду во все коттеджи и общежития, а днем пар потребляют прачечная да амбулатория. Зимой придется топить два котла.

АВТОР

Поздно ночью, выкупавшись под душем, Ашот и старший кочегар отправились в общежитие. Несмотря на большую силу и привычку к физической работе, Ашот все же устал, у него болели руки и ныла поясница. Доставать уголь из глубокой ямы и ворочать лопатой оказалось не таким легким делом, как говорил Оган.

ИСТОПНИК ОГАН-РОБЕРТ КОЛЛЕДЖА

Это у тебя с непривычки, сначала со всеми так бывает. Дней через десять привыкнешь. А насчет платы эконом неправильно поступил. Погоди, я с ним поговорю.

АШОТ

Лучше ничего не говорите. Я боюсь, как бы он меня не уволил.

ОГАН

Ты доверься мне, я знаю, как с ним говорить.

ИНТ. РОБЕРТ-КОЛЛЕДЖ. ОБЩЕЖИТИЕ. ПОЛУТЁМНОЕ ДЛИННОЕ ПОМЕЩЕНИЕ С ЖЕЛЕЗНЫМИ КРОВАТЯМИ
АВТОР, АШОТ, СТУДЕНТЫ, ЛЕВОН, РАБОЧИЕ РОБЕРТ КОЛЛЕДЖА

В общежитии уже собралось человек тридцать рабочих. Некоторые уже лежат, чтобы спать, другие, сидя за столом, читают. Ашоту бросается в глаза их разобщенность. Каждый молча занимается своим делом. Никаких разговоров и шуток, столь обычных в общежитии рабочих.
Левон, издали увидев Ашота, улыбается ему своей широкой, плутоватой улыбкой.

ЛЕВОН

Я твою кровать поставил около себя, будем спать рядом.

АШОТ (шёпотом)

Левон, почему рабочие такие молчаливые?

ЛЕВОН

Разные люди. Одни — шпионы, все, что услышат, доносят Крокодилу, а тот — уже по начальству, другие — забитые люди, боятся потерять место. Поэтому каждый предпочитает жить своей жизнью.

ИНТ. РОБЕРТ-КОЛЛЕДЖ. СТОЛОВАЯ. СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ.
АВТОР, АШОТ, СТУДЕНТЫ, ЛЕВОН, РАБОЧИЕ РОБЕРТ КОЛЛЕДЖ

В столовой, во время обеда, Ашот наблюдает странную картину: некоторые рабочие с мисками в руках ходят на кухню и, возвращаясь, садятся в стороне от остальных.
Левон подмигивает в их сторону.

АШОТ (Левону)

В чем дело?

ЛЕВОН

После скажу.

(Они выходят вместе.)

НАТ. РОБЕРТ-КОЛЛЕДЖ. ОБЩЕЖИТИЕ. ДВОР ОБЩЕЖИТИЯ
АВТОР, АШОТ, СТУДЕНТЫ, ЛЕВОН

ЛЕВОН

На кухне остается много еды от студенческого котла, многие студенты предпочитают обедать в ресторанах или дома, но столовая готовит на всех.

АШОТ

Почему же в таком случае этими остатками не кормят рабочих?

ЛЕВОН

Не полагается. Кормят свиней, но в отношении некоторых рабочих делают исключение.

АШОТ

Почему?

ЛЕВОН

Поживешь немного — поймешь. На, бери.

(Левон протягивает Ашоту сигарету.)

АШОТ

Я не курю.

ЛЕВОН

И хорошо делаешь. Это тебе на пользу: наши хозяева предпочитают некурящих и непьющих рабочих. А сами знаешь, как напиваются?

АШОТ

Понятия не имею.

ЛЕВОН

Это же очень интересно. Преподаватели никогда не пьют при людях, они запираются у себя и пьют до одурения. Это у них называется хорошим тоном. Этикет, значит.

АВТОР

Впоследствии в «Роберт-колледже» Ашоту приходилось на каждом шагу сталкиваться со странными явлениями, о которых он раньше не имел никакого понятия, слышать удивительные вещи, которые приводили его в изумление.

НАТ. РОБЕРТ-КОЛЛЕДЖ. МОЛИТВЕННЫЙ ДОМ. ДЕНЬ.
АВТОР, АШОТ, СТУДЕНТЫ, ЛЕВОН, ПРОПОВЕДНИК

По воскресным дням все рабочие, независимо от вероисповедания, по установленным здесь порядкам, ходить в молитвенный дом, под звуки органа читать Библию и слушать проповеди.

АВТОР

В этих скучных проповедях подчеркивалось, что перед лицом всемогущего и справедливого бога все люди равны. Но даже в «доме бога» для рабочих были отведены специальные скамейки в задних рядах, и им не разрешалось сидеть рядом со студентами.
Ашот был совершенно равнодушен к вере и религии и аккуратно ходил в молитвенный дом только из страха потерять работу.

ЛЕВОН (шёпотом)

Имей в виду, всякий рабочий, избегающий молитв, считается безбожником и в колледже работать не может.

Автор

Слушая вдохновенные проповеди о боге, о добре и зле, о благодеяниях, Ашот на первых порах почти уверился в высоких моральных качествах своих начальников. Ему казалось, что все их поступки направлены к тому, чтобы облегчить страдания людей, избавить их от заблуждений и поставить на путь истины.

(Преподаватели колледжа, с которыми Ашоту приходится сталкиваться, всегда корректны и предупредительны, они никогда не теряют хладнокровия, не ругаются, даже не повышают голоса. Походка у них мягкая, осторожная.)

АВТОР

Ашоту казалось, что они постоянно сносятся с богом, поступая согласно его требованиям, не знают угрызений совести и не боятся Страшного суда. Однако вскоре Ашоту пришлось убедиться в обратном.

ИНТ. ДОМ БОГОСЛОВА ДЖЕКСОНА
АВТОР, БОГОСЛОВ ДЖЕКСОН В РОБЕРТ КОЛЛЕДЖЕ, АШОТ, ДВЕ ПОЛУПЬЯНЫЕ ДЕВИЦЫ У БОГОСЛОВА ДЖЕКСОНА

АВТОР

Однажды поздно вечером, когда Ашот собирался кончать работу и пойти в общежитие, ему позвонили из коттеджа, и потребовали немедленно исправить трубу в ванной, где жил пожилой преподаватель богословия господин Джексон. Старшего кочегара не было, и Ашоту пришлось самому отправиться в дом богослова. Проходя через спальню в ванную комнату, Ашот невольно стал свидетелем того, как проводят свободное время преподаватели.

(За большим столом, уставленным всякими яствами и многочисленными бутылками вина, рома и коньяка, сидит господин Джексон, потный и раскрасневшийся, в компании двух полупьяных девиц. Ашот, покраснев до корней волос, спешит в ванную, и, пока он исправляет там трубу, до него доходят обрывки пьяного смеха и выкриков. Окончив работу, Ашот почти бегом пускается обратно в котельную.

НАТ. РОБЕРТ-КОЛЛЕДЖ. МОЛИТВЕННЫЙ ДОМ. ВЕЧЕР.
АВТОР, АШОТ, СТУДЕНТЫ, ЛЕВОН, ПРОПОВЕДНИК

АВТОР

Хотя он был потрясен виденным, но по-прежнему по воскресеньям продолжал ходить в молитвенный дом…