Встреча

"Когда я освобождаюсь от того, кто я есть, я становлюсь тем, кем я могу быть".
Лао-Цзы.

- Ты себя не любила. Почему? Почему ты считала, что ты не достойна счастья?
- Знаешь, я тебе не могу сейчас ответить на этот вопрос. Слишком долго я была, словно в коконе. Чужих ожиданий, установок, условий, чужих надежд. Это было их видение меня. Столько лет я была плодом чужих ожиданий. Они хотели, чтобы я не выпадала из их социума. Они поставили мне границы, и каждый отрезок времени измеряли меня, соответствую ли я их стандартам. Это касалось всего: выбора работы, партнера, выбора пальто, места для отдыха. И этот список можно продолжить.
-А сейчас? Какие открытия для себя ты осознала?
- Открытия? Сродни тому, как Колумб нашел для себя Америку? - она улыбнулась и легким движением заправила выпавшую прядь за ухо. Пауза затянулась. Казалось бы, ответ готов вот-вот проявиться в воздухе. Она посмотрела вглубь себя, силясь разглядеть нечто неуловимое, придать словесную форму чему-то неопределенному, неясному...
- Я поняла, что можно жить без суррогатов. Это сложно, но лучше. Не затуманивать себе мозги. Ты острее , точнее, гораздо тоньше чувствуешь, но ты не можешь заглушить эти чувства. Ты обречен на то, чтобы их прожить. Ты можешь скулить от боли, твои глаза могут не выдавать слез, ты можешь тащить этот сдавливающий камень на груди так долго, сколько можешь выдержать, но ты не можешь уйти. Ты не способен залечь на дно. Ты вынужден принять неизбежное и глаза в глаза столкнуться с тем, что тревожило тебя долгие годы. Сначала ты толком не осознаешь источник боли. Ты, как врач, нащупываешь больные места, прислушиваясь к тому, где отдает сильнее. Боль периодически затухает, оставляя размытый след тоски. Тоска и невнятная тревога. Тебя порой пробирает озноб. От воспоминаний какой-то незначительной детали.
Поначалу ты боишься находиться один. Но раз за разом ты стремишься поскорее освободиться от присутствия лишних людей рядом. Тебя угнетает их способность зацикливаться на суетных вещах: коммунальные платежи, ипотеки, какой-то мудак на дороге и вчерашний недотрах.
Тебе хочется тишины и покоя. СТОП. - говоришь себе. Я не должен и не хочу это слышать! Я не хочу присутствия на своей кухне надоедливой соседки, зашедшей на чай. Я могу попить чай в полном одиночестве. Я не хочу провожатых от остановки до дома, ведь выкурить сигарету мне гораздо приятнее в мыслях о прочитанной "Цитадели". И мне не нужен собеседник, который в течение пускай даже и 10-ти минут будет читать нотации о том, как мне воспитывать собственного ребенка. С этим я как-нибудь разберусь сама.
Алкоголь не нужен мне для того, чтобы быть собой. Для того, чтобы быть собой, ничего по большому счету вообще не нужно. Чтобы быть собой, мне нужно только время наедине с самой собой. Время, когда я могу говорить сама себе правду, пусть даже и мысленно. Признавать свои слабости и ошибки, не испытывая чувство вины. Наслаждаться тем, что я именно такая, какая я есть, и любить себя именно за это. Благодарить Господа Бога за каждый прожитый день и час. И ценить каждый миг, каждую минуту своей благословенной жизни. Жизни, когда нет никакого пресса. И даже если он есть, под этим грузом уметь расслабиться, проявляя с каждым днем всю большую устойчивость. С каждым днем становиться сильнее, спокойнее, мудрее, счастливее. Мне для счастья достаточно всего того, что уже есть у меня внутри. И алкоголь здесь совершенно не нужен.
Закончив речь, она резко выдохнула и прикрыла глаза.
- Что я для себя открыла? - прошептала она, расправляя плечи. - Я открыла себе Себя, ту, о существовании которой я давным-давно позабыла.
Мне было нечего ей отвечать. Передо мной сейчас сидела, скрестив ноги в позе лотоса, не 39-летняя особа, а юная девушка лет так 17-ти с изумрудного цвета глазами, отражающими плывущие в небе облака. Я откусил кусок вишневого пирога и расплылся в довольной улыбке.