Главное, что всё хорошо

Зинаида Павловна, в простонародье просто Зиночка, сотрудница Службы домашнего ухода, спешила к своей подопечной Марье Степановне.

Накануне та просила прийти пораньше – хотела похвастаться каким-то сюрпризом.

Утро выдалось солнечное и тихое, голуби ворковали на проводах, воздух был свежим и прохладным. Но стоило Зиночке свернуть во двор пациентки, как тишина закончилась. Возле дома собралась целая толпа соседей. Все с интересом глядели на балкон второго этажа, где как раз и жила сама Марья Степановна.

– Господи, что там приключилось, – насторожилась Зиночка и, протиснувшись сквозь толпу, увидела свою подопечную – в халате, с авоськой, всю раскрасневшуюся и взволнованную.

– Марья Степановна, добрый день! Что у вас стряслось? – спросила она.

– Да вот, горе моё! – всплеснула руками бабка. – Вышла утром за булочками, а ключи, окаянные, дома оставила! Теперь хоть плачь – не попасть никак!

– А запасной ключ у кого-то был, помнится? – уточнила Зиночка.

– Держала соседка снизу, да её дочка на дачу увезла. Видишь – окна закрыты, – вздохнула Марья Степановна. – Всё, пропала я!

Соседи сочувственно закивали.

– Надо через балкон залезть! – предложил дед с соседнего подъезда. – Тут невысоко, второй этаж всего!

– Да ты что, Семёныч, – засмеялась женщина в платке. – Ты сам на табурет без скрипа не залезешь!

– Так я не про себя, я по сути говорю! – обиделся дед. – Мне бы лет тридцать назад – мигом бы влез! Вот помню, как однажды…

– Может, шпилькой замок поковырять? – перебил его другой мужик. – Воры всегда так делают.

– Вот и попробуй, – подначила его женщина в платке. – А то языком ты горазд, а делом – ни-ни!

– Слушай, женщина!.. – начал закипать мужик, но их снова перебили.

– Да чего мучаешься, – вмешалась молодая соседка. – Вызови службу открытия дверей – враз тебе откроют.

– Дорого, – тяжело вздохнула бабка. – Пенсия не резиновая…

Толпа гудела, как пчелиный улей. Советов – тьма, но никто и не думает действовать.

– Может, кто худенький пролезет? – не унималась Марья Степановна. – Балкон-то открытый!

– Худеньких у нас не водится, – вздохнул кто-то из толпы.

Зиночка стояла в стороне, пытаясь сообразить, что предпринять, как вдруг сверху раздалось протяжное, сонное:

– Ба-а-аб... Ты чего орёшь с утра-то?

Мгновенно все стихли и подняли головы. На балконе стоял растрёпанный молодой парень. Он щурился на солнце и зевал во весь рот.

Бабка замерла, хлопая глазами, потом вдруг стукнула себя по лбу и радостно вскрикнула:

– Ой, батюшки! Так это же мой внучек! Вчера ведь приезжал! Совсем из головы вылетело! А я ж в магазин выбежала за свежими булочками!

Толпа выдохнула в унисон.

– Внучек, милый, открой дверь! – позвала бабка. – Я тебе булочек накупила, сейчас молочка подогрею, блинчиков нажарю с вареньицем!

Парень, зевая, исчез в квартире. Через минуту послышался щелчок замка, и Марья Степановна, бормоча:

– Ох, старость – не радость, всё забываю, всё путаю… – поспешила в подъезд.

Зиночка с улыбкой посмотрела на соседей. Те стояли растерянные, переглядывались, не зная – смеяться или молчать.

– Ну, – почесал затылок Семёныч, – главное, что всё хорошо. И все живы-здоровы.

Толпа дружно закивала и потихоньку разошлась по домам.

А Зиночка уверенно нажала на дверной звонок своей подопечной – теперь ей уж точно откроют.