Сентябрь

Тёплый и с солнышком был сентябрь.

В один из таких погожих дней ушли мы рыбачить на дальние озёра. Рыба поднялась неохотно, а к полудню и совсем перестала брать. Душным и тихим был тот день. В розовых от млеющей калины лугах зеленело сено приземистыми тёплыми стогами. В тихие озёрушки смотрелось светлое, выцветшее, в серебре паутины небо.

Уже дома, к вечерней ухе, обложило вокруг сырой, холодной мглой, и как засыпать, бросил сиверко в стекло мелким и частым дождём. Всю ночь поскрипывал ставнями порывистый холодный ветер и валил на крыши жёлтый лист пополам с дождём.

Устал к утру ветер, вытек с небес дождь. Из-за Иртыша, с фиолетовых увалов, явился деревне розовый и умытый день, преисполненный несуетными заботами. Зашагал он неспешно гулкими тротуарами по деревням и васильковым проселкам к своему недалёкому уже теперь закату.

Небо и земля, и леса на ней, и обречённые реки, волной бегущие на Север, — всё это наполнено тайным, глубоким средоточием. Природа после буйства молодого лета как бы остепенилась, задумалась перед тем, как решиться на неотвратимый шаг в другое время года.

Такими днями глубоко и о хорошем думается, а на душе празднично и печально. Печально, должно быть, от сознания…
скоротечности времени и от болезненной хрупкости светлого настроения, которое тоже нечасто в череде буден, как нечасты и такие вот благословенные дни в нашей северной осени.

Уват, 1979