В портретах людям я не льстил...

    Первый и пока единственный полноценный опыт рисования портретов на улице я получил в Евпатории в году 1987 или 1988. Полноценный в том смысле, что рисование моё длилось не один день, как это случилось в Данилове в День Патриотической песни, а целый месяц, без всяких выходных. Прекрасное было время! Может быть, оно такое прекрасное было только в Евпатории, а в других городах было уже не столь прекрасно, но это мне неведомо, потому что нигде больше никаких попыток заработка денег от рисования портретов я не предпринимал. Возможно, где-то в других местах надо было кому-то заплатить, отстегнуть часть своей прибыли – не знаю, но в Евпатории никто ко мне ни разу не подошёл, как это случилось много позже - в начале нулевых в Сочи – всё, что нарисовал, всё твоё и ничьё больше! Это ли не рай для художника, умеющего создавать на бумаге образы схожие с оригиналами? Почему я выбрал Евпаторию? Потому что песок, детская здравница. Потому, может, и спокойно было, что детей много.

        Ну вот приехал я в Евпаторию, комнату недалеко от пляжа снял за два рубля в день и сразу на пляж! Комнатка так себе, но переночевать можно. Ну не пиршествовать же и получать всякие удовольствия от моря, солнца и комфорта я приехал! Приехал рисовать, деньги зарабатывать! Потому и сразу на пляж, тем более что денег на обратную дорогу я не взял абсолютно.  Искупался и иду по пляжу с папкой для рисования и карандашами и думаю: надо как-то первого клиента найти… А как их найти, если нигде никто никого не рисует, то есть никаких художников нигде не видать. То есть, не так, как где-нибудь на Арбате, где места для рисования были, можно сказать намоленные, а целина – похоже, что именно там никто никогда не рисовал. Возможно, я ошибаюсь, но в том, что такого количества художников, как это произошло через месяц, там действительно не было, я уверен.  Впрочем, это я забежал чуть вперёд, а пока иду я по пляжу и думаю: кого бы мне нарисовать… И вот вижу: парочка сидит – люди с виду вполне адекватные. Ну я и предложил: «Давайте, - говорю. – я вас нарисую! Всего за три рубля!» А они взяли и согласились! Тут же! То ли они такие хорошие люди оказались, то ли в целом тогда люди были хорошие, но их я ни секунды не упрашивал. Рисовал прямо на пляже. Солнце, конечно, мешало, но я справился. По крайней мере несчастных выражений лиц у них не было, и деньги мне заплатили сразу. Точно уже не помню – нарисовал ли я кого-то ещё в этот день, но на следующий день я уже не ходил по пляжу, а сел в тенистой алее с рекламой портретов и ценой не по три рубля, а по пять. Хороший обед в Евпатории тогда стоил копеек 70, так что 5 рублей, считаю, цена была вполне нормальная. И вот пошла моя работа в полном смысле этого слова. На портрет в среднем я тратил минут 45 – 1 час, а заканчивал обычно тогда, когда за спиной слышал восторженные восклицания типа: «Как похоже», «как вылитый», «взгляд прямо как в жизни»… А народу за моей спиной обычно стояло немало, наверное, человек до 10-15 порой доходило, так что случайные необоснованные суждения, по моему мнению, исключались совершенно. Разумеется, я не сию же минуту прекращал рисовать, а сколько-то минут слушал, но не ради слушания, а ради достойного завершения рисунка. Хотите самокритику, друзья мои? Пожалуйста! Завершение рисунка я считаю не самым сильным своим местом. Дело вот в чём: похоже у меня обычно получалось буквально через пару минут, но это что-то типа наброска-почеркушки – взгляд уже тот, общие черты тоже те, но объёма нет и никаких деталей. И длительный рисунок я тоже могу исполнить достаточно, на мой взгляд, хорошо… Но кто же будет сидеть долго на улице? И это тот момент между наброском, где уже всё похоже, и законченным академическим рисунком, на которые обычно отводится часов не менее 12, когда я чувствую себя не так уверенно, как в случаях наброска или полноценного академического рисунка. Удачен ли был опыт рисования портретов на улице в целом? Судите сами. За месяц работы я привёз домой чистыми одну тысячу сто рублей. Что-то ушло на жизнь, получается, я заработал где-то 1250. 1250 делим на пять – выходит, я нарисовал примерно 250 портретов. (Самое большое количество портретов за один день - 19) Из 250 портретов отказных было только два. Причём, в одном случае одна мамочка не узнала своего сына, хотя за моей спиной все восклицали «как похоже», и она (?) к тому же обиделась, что одного мальчика я рисовал тремя карандашами, а её сына только двумя. Про второй случай сейчас точно не помню, (скорее всего, что-то подобное), но точно помню, что отказов было только два. Не исключаю, что два этих эпизода тут я объединил в один. Ведите дневники, друзья мои – тогда вы не будете мучительно вспоминать что было, а чего не было! Моё главное дело – не наврать! Потому здесь у меня и знаки вопросов в скобках время от времени.

В гордом одиночестве в тенистой алее возле пляжа я рисовал всего пару дней. Сначала один подошёл, спросил, не возражаю ли я, если и он тут рядом рисовать будет, потом другой, потом пошло – поехало, так, что в конечном итоге, то есть к моменту завершения моей рисовальной деятельности, с бумагой и карандашами, ретушью или другими подобными материалами там сидело уже человек 15. А как я долен был поступить? Тому, кто первый спросил у меня, ответить: мол, возражаю, лучше бы ему поискать какое-то другое место, хотя бы вне зоны прямой видимости? Нет, я даже не возразил! Более того, даже не выказал и не высказал своего неудовольствия! Художники там рисовали по-разному. Один, бывший моряк, Сергей из Волгограда, художником вовсе не был – он только мечтал быть художником, мечтал научиться рисовать профессионально и таким способом зарабатывать себе на жизнь. Мы с ним в то время сдружились и часто рисовали вместе. Ко мне садился клиент, а Сергей подсаживался рядом и рисовал этого же моего клиента, так сказать, дублировал. Получалось у него не очень, и про нас нередко говорили как про учителя и ученика.  Один парнишка рисовал очень классно, так классно, что я даже немного завидовал, и ко мне в такие минуты приходили мысли: зачем они эти деньги, если делать столь совершенные рисунки… Не подумайте, что я не могу рисовать так же хорошо, как он. Тут дело, вероятно, в том, что его деньги вообще не интересовали, а я такой стадии совершенства психики ещё не достиг. Почему не достиг? Возможно, потому что очень хотел быть с одной женщиной, которая очень любила деньги.  Потому в те времена я обычно старался чередовать свои интересы: то эта женщина, то чистое искусство, то как-то наполовину. А разве искусство не ревниво, не способно отомстить художнику за увлечение ещё чем-то или кем-то помимо себя? Опять же не подумайте чего плохого – просто рисунки этого парнишки мне действительно очень нравились. Однако там был и такой художник, портреты которого мне не нравились ни грамма, но он зарабатывал много больше меня. К нему даже записывались на завтра и послезавтра! Ко мне тоже иногда записывались, но только один или два человека и только на завтра. А к нему записывались на послезавтра!  То есть не один- два человека, а, как, минимум, 5-6!  И это не смотря на то, что портреты у него стоили в 3 раза дороже моих! Почему так? А он рисовал людей красивее, чем они есть на самом деле! Я, конечно, тоже какие-то случайности типа временных прыщиков не рисовал, но он даже глаза рисовал больше, чем они были на самом деле! На такое бессовестное враньё я пойти не мог даже ради денег! Моя логика такая: если кому-то что-то в себе не нравится, то пусть он эти недостатки устраняет в реальности, и я желаю, чтобы человек нравился сам себе в реальной жизни, а не виртуальной, а моя задача лишь не преуменьшить хорошее и не добавить негативное и временное, случайное. Короче говоря, этому художнику, который льстил своим натурщикам и натурщицам, который, надо полагать, загрёб там явно не тысячу сто, как я, а гораздо больше, ему с этими своими деньжищами и мучаться…

         А я по истечении примерно месяца рисования посчитал, что денег я заработал достаточно, чтобы поделиться ими со своей возлюбленной, и поехал домой. Правда, тут я вынужден признаться, не сразу, а через две короткие романтические истории. Это уже другая тема, тут лишь замечу, что в условиях, когда ты в центре внимания прекрасных, добрых, ничем, кроме отдыха, не занятых девушек, сопротивляться романтическим историям, как минимум, невероятно сложно. В этом смысле, по-моему, уже то хорошо, что я поехал домой, а не куда-нибудь в Витебск или Чапаевск…

          Вторая моя попытка порисовать месяц-другой была, повторю, много позже, где-то в году 2003 (или ещё чуть позже) в Сочи. Но там атмосфера была совершенно иная: сначала всем заплати, а потом рисуй, ну или подойдут поздно вечером за процентом. Там я нарисовал только один портрет, и то только потому, что люди сели ко мне сразу, когда я только этюдник ставил, и служащие парка Ривьера разрешили мне заработать на обратный билет, так как денег на него я по своему обыкновению не взял…

…

17 ноября 2025