Теория Марика

Мне позвонил Витя, приятель ещё со школы, и в ходе разговора поведал, что вчера случайно встретил нашего одноклассника Марка. Мы меж собой называли его «Марик-комарик», настолько он был субтилен, что не удивительно. Вернувшись из школы, Марик обедал и садился за уроки. Потом ужинал и шёл спать. Он даже не гулял!
Ничто, кроме предметов, что нам преподавали, его, казалось, не интересовало.
Надо сказать, он уверенно шёл на медаль. Друзей у него не было.
Поэтому я не представлял: что интересного сулила нынешняя встреча с ним. Тем более, что он, оказывается, по-прежнему выглядел как старшеклассник, хотя прошло немало лет со школы, то есть, своим привычкам Марик, очевидно, не изменил. И обручального кольца не наблюдалось. Какая девушка у такого?
Но Витя меня удивил.
- Представляешь, когда я спросил его из вежливости, чем занимается, он начал мне развивать теорию невероятности.
- Что?
Я решил, что ослышался.
- Теорию невероятности, - подтвердил Витя.
- И в чём она заключается?..
- Он говорил долго, наукообразно, словно лекцию читал. Упоминал факториалы, степени неопределённости… Я уже проклял себя за вопрос.  Но тут он взглянул на меня, видать, понял и стал упрощать. А я вынес я из его слов вот что… Есть теория вероятностей, слышал, небось? На ней тотализаторы и казино зарабатывают.
- Разве что слышал. Даже не проходил.
- А я проходил, но мимо. Так вот, большинство событий по теории вероятностей, подавляющее большинство, если правильно его понял, не случаются. Следишь за мыслью?
Я решил пошутить. Не хватало мне ещё слушать этот наукообразный бред. И сказал:
- А как же с вероятностью для блондинки встретить на Невском динозавра?
Витя этого анекдота не знал и переспросил:
- Что?
Я поведал ему, что блондинка расценивает такую вероятность как 50 на 50. Либо встретит, либо нет.
Витя хмыкнул и продолжил:
- Ты меня не сбивай, я сам собьюсь. В общем, поскольку огромное количество событий не случаются, то они… накапливаются.
- Где? – спросил я, настроенный на дурашливую волну.   
Витя немного помолчал, а потом ответил:
- Не знаю, но в теории Марика точно.
- Ладно, - я понял, что придётся выслушать эту чушь, - продолжай.
- Так вот, фишка в том, что иногда они происходят всё-таки, хотя их не ждут.
- Аа… - у меня забрезжило узнавание, - это теория «чёрного лебедя», а не Марика!
По Витиной паузе я понял, что придётся разъяснить и это. Разъяснил.
- Нет, - упорствовал тот, - это – другое.
Я вздохнул и ничего не сказал. А Витя продолжил:
- Твои лебеди, - сказал он, -  как я понимаю, это как раз следствие его теории, объясняющей их появление.
«Что?» - опять захотелось сказать мне, но я удержался. Всё же дураком Витя не был, а в практической жизни понимал больше меня. Однако я не выдержал:
- Но «чёрные лебеди» непредсказуемы в принципе…
- Видимо, - согласился Витя, - так и есть. Но речь о другом. Дашь договорить?
Я закрыл рот.
- Так вот (прибег к своему любимому слову-паразиту Витя), те, что всё-таки происходят, не столь опасны, как те, что не происходят. 
Я потряс головой, не решившись попросить его повторить. Кто из нас сошёл с ума? Но судя по продолжению, я не ослышался.
- Не случившиеся в какой-то момент обрушиваются с такой силой и количеством, что можно ждать беды. Причём, ты прав, случается это «чёрным лебедем».
Некоторое время мы молчали.

  Затем Витя сказал:
- После этого он спросил меня: что считаю самым невероятным?
- Уу? – заинтересовался я.
- Сначала я пошутил, что возвращение моей бывшей, но он так скривился в ответ… Чувство юмора у него так и не появилось. Так вот, пришлось подумать, и я угадал. Скажи, что бы ты назвал?
Я подумал, перебирая варианты и выдал:
- Прилёт инопланетян.
- Точно!
- Серьёзно?
- Да. Оказывается, по Марику, самая малая вероятность события. Это не невозможное событие, вероятность которого равна нулю, но ничтожно вероятное. Видишь, я даже запомнил это выражение у него.
- Хорошо, но что это нам даёт?
- Ха, мы теперь подошли к самому главному… Он каким-то образом вычислил, что этот прилёт вскорости произойдёт. Точнее, его невероятность настолько выросла, что можно этого ожидать в ближайшее время. Может, я что-то не так говорю, но смысл тот. Я больше скажу, тот интервал, в который сие событие может случиться, охватывает и некоторое время до нашего с Мариком разговора. То есть, оно могло уже произойти. Просто его не заметили.
- Ну и ну…
Марик не мог дурачить Витю, чтобы посмеяться над ним. Марик и чувство юмора – две вещи несовместные, говоря словами классика. Не свихнулся ли он, а из психушки на время выпустили?
О чём и сказал Вите.
- Кто знает… на этой теории свихнуться можно, - согласился он. – Но выглядел аккуратно, вёл себя адекватно, а в конце глянул на часы, извинился и побежал в метро.
- Н-да, - только и выдавил из себя я, и со смешком добавил, - тогда впору в интернете собирать ставки на вероятность этого события.
Витя присвистнул:
- А это мысль! Рискнём небольшими деньгами… а выиграть можно немало.
- Нет, я пас. Смотрю, встреча с Мариком на тебя плохо повлияла. Безумие заразно. Им заражаются и целые нации, как известно.
Витин смешок и его слова:
- Конечно, я пошутил. Ну, бывай!
- Бывай!
Он дал отбой.

  Я усмехнулся. «Их прилёт уже мог произойти, но его не заметили»? Так он сказал? Разве что они величиной с кузнечиков. Пресловутые зелёные человечки… Да, бедный Марик.


  Я забыл бы этот разговор навсегда, если б через несколько дней не узнал в новостях, что новая комета, похоже, и не комета вовсе, ибо меняет скорость и курс. И всё равно не поверил. Сколько уже было баек про летающие тарелки (не только на кухнях у женатых)!
И решил пропустить мимо ушей, более не интересуясь. Тем более, что приближался Новый год, нужно было прибавить на работе, а впереди маячил корпоратив, вследствие коего можно было и с девушкой уединиться в итоге. А кандидатуры имелись.


  Корпоратив проходил в большом ресторане, и в соседнем зале гуляла другая фирма. Приняв на грудь, они попадали к нам, танцуя вместе, мы заглядывали  к ним.
Я никогда (ну… почти никогда) не напивался до бесчувствия и потери памяти. Тем паче, что изобрёл способ правильно пить. Нет, не просто поднимая градус, как вы подумали. Я требовал большой стакан и апельсиновый сок. Лучше, вишнёвый, а на худой случай, грейпфрутовый, но апельсиновый бывал чаще в наличии.
Так вот (чёрт, Витя заразил меня своим выражением), в стакан, производивший на всех впечатление, я наливал на палец водки, а основной объём заполнял соком. Получалось вкусно, не столь крепко и, главное, беспохмельно. Какая-то химия той кислоты в соке с водкой способствовала последнему.
Этим курсом я плыл уже несколько часов, то слушая приглашённого певца, то пялясь на стриптиз и его жертву из наших рядов, кого уже эти девчонки на сцене тоже раздели до трусов, после принял участие в конкурсе на популярность двух наших девиц. В их честь мужчины раздевались, кидая одежду к их ногам, а потом пересчётом кучки у каждой выяснялось, кто из девушек самая-самая… 
Было и горячее, но до десерта я не дожил, поскольку в какой-то момент мои «коктейли» привели меня в соседний зал, где я, позабыв о планах закадрить у нас одну из трёх намеченных девушек – по обстоятельствам, познакомился с девахой необычной внешности. Всё было при ней, а на лице с правильными чертами располагались необыкновенные глаза. Дело было даже не в том, что она была брюнетка с синими глазами, что само по себе производило, но глаза, огромные, словно скошенные по сторонам. Возможно, кто-то из её родителей был из Азии, но там таких глаз не делают.
Я шутил, делал ей комплименты, она смеялась, показывая прекрасные зубы.
В какой-то момент я предложил ей удрать отсюда, подышать и прогуляться. Она взглянула на меня своими огромными очами и кивнула. Может, она была ещё пьянее меня.
Мы оделись и ушли. При этом, я не знал, как её зовут, а она – как меня. Ничего, в таких ситуациях говорят, что секс – не повод для знакомства.

  Видимо, я был хорош, раз даже не обратил внимания, что помимо смеха, моя спутница за всё время, в лучшем случае, несколько раз сказала: «Нет» и пару раз: «Да». Но мне ж от неё не умные разговоры нужны были. И я разошёлся, вываливая на неё свой запас анекдотов.

  До меня было идти не близко, но на такси у меня с собой не было, а иной транспорт уже не ходил. Мы шли в обнимку через мосты, дурачась и распевая песни. Точнее, пел я, а она подтягивала.

  Мы спустились с Биржевого моста, оставив ресторан-парусник позади, и я чуть не увёл её к Петропавловке. Но у Зоопарка опомнился и повёл к Зверинской.
Недалеко от спортплощадки «Космос», она же бомбоубежище этажом ниже, навстречу нам из темноты нарисовались три фигуры. Я, увлечённый рассказом, не сразу их заметил. Точнее, не заметил бы до последнего, если б девушка не скинула вдруг мою руку со своего плеча. Мы остановились. Троица особей мужеского пола зловеще приближалась.
Поневоле, я даже слегка протрезвел, но решил изображать совсем пьяного.
Краем глаза заметил, что девица сняла сумку с плеча и открыла. Я не успел задаться вопросом: для чего? как парни оказались совсем рядом. Один был здоровый, остальные – не выше меня. Мы стояли и ждали. Не знаю, что она там доставала из сумочки, не до того было.
- МАни! – потребовал здоровый.
Я тихо сказал спутнице: «Беги, я их задержу». Но она не пошевельнулась, стоя с руками в карманах куртки.
Тогда я ответил главарю:
- Мужики, мы идём с корпоратива. Будь у нас деньги, взяли б такси. Сами понимаете… Вам не повезло в нашем случае. Сочувствую, но ничем помочь не могу. Пьяные не врут, парни.
Почему-то я не волновался. Думаю, пьян всё-таки, потому происходящее воспринимал как в кино, будто не со мной.
Они переглянулись, и тот, что поменьше, произнёс:
- Телефон!
Я развёл руками:
- Не взял. Боялся потерять спьяну.
- Выверни карманы! – угрожающе проревел здоровый. Что-то у него было в руке. Не понял: кастет или зажатый в кулаке кусок металла…
Я подчинился, даже расстегнул куртку и показал внутренние карманы. Вынул платок, ключи, которые сжал в кулаке.
Убедившись, что с меня взять нечего, они повернулись к девушке. В этот момент она бросила свою сумку здоровяку и сунула руки в карманы. Он принялся искать молнию, чтобы открыть, а она вынула руки. Первый раз я увидел, как стреляет электрошокер. Здоровяк, в которого полетели, словно на верёвочках, электроды, сначала замер, покачнулся и рухнул на спину с сумкой в руках. Остальная парочка застыла, онемев. Надо ли говорить, что я тоже? Но моя девица подскочила с перцовым баллончиком к тем двум и вот уже они хватаются за лицо, отворачиваясь и пытаясь увернуться.
Тут я словно очнулся и подскочил к лежащему здоровяку, начав рвать её сумку у него, безжизненного, из рук. Еле вырвал. На правой у него был таки кастет. Успел удивиться насколько тяжёлая сумка. Камни у неё там, что ли?
- Бежим! – крикнул я ей, протягивая сумку. И мы рванули.
Я старался бежать с поворотами, чтоб, если что, сбить с погоню с толку, но через какое-то время запыхался, тогда как она бежала легко. Спортсменка, что ли? И такая боевая. С ней надо вести себя осторожно.
Но об этом я подумал позднее.   
- Идём… пешком… - с трудом выговорил я, тяжело выдыхая, - Оторвались… Тут недалеко.
Дорогой я восхищался её поведением, она скромно молчала.

  В квартире она попросила поставить заряжать шокер и проследила куда. Потом спросила о ванной. Показал, включил там свет, дал полотенце.. Пошёл на кухню. Услышал, как она включила воду, подождал немного и на цыпочках прошёл в туалет, где имелось замаскированное отверстие наверху. Встав на унитаз, опять прислушался. Ничего особенного. Тихонько вытащил затычку, надеясь узреть её формы ещё до того, как узнаю их наощупь.
Не сразу понял, где ж она? Вода текла с крана в ванну, но девушки там не было. Вот… она стоит одетая… и, похоже, не собирается мыться. Что она делает?
Трудно было разглядеть, а когда увидел, то не поверил глазам. Она стояла спиной к розетке, завернув руку за спину. Не сразу, но разглядел, что на пальцы её завёрнутой руки одето нечто вроде двух концов проволоки, которые… были вставлены в розетку!
Я закрыл глаза и открыл. Картина не изменилась. Что это??
Это было невозможно, но это было. Неужто допился?
Взглянул ещё раз.
Кого я привёл в дом? Если она – робот,  то таких пока не делают. Неужели… проклятый Марик! Надо бежать. Не вспугнуть бы, а то лежать мне, как тому здоровяку…
Я осторожно вернул затычку на место. Упёршись рукой в батарею, спустился с унитаза.

  … Мне удалось уйти незамеченным. Но куда деться? Ночь. Угораздило же! Идиот, ведь было же три девахи с работы – выбирай! Нет, потянуло на экзотику. Поистине, «меньше пить надо». Меня покачивало. А ведь дело государственной важности… Её надо задержать.
И тут я заметил машину ПМГ и проголосовал. То, что случилось дальше, не укладывается у меня в голове до сих пор. Вместо того, чтоб предпринять решительные действия, эти церберы, выслушав, скрутили меня и отвезли в ваше учреждение. А у вас меня приняли, как пациента. Колют, держат в смирительной рубашке. Чему вы улыбаетесь?

В ответ на это доктор набрал что-то в телефоне, подождал, полистал и сказал:
- Вот это место… «распорядитесь сейчас  же, чтобы  выслали пять мотоциклетов с пулеметами  для поимки  иностранного консультанта. Что?  Заезжайте  за  мною, я  сам  с вами поеду...  Говорит  поэт Бездомный из  сумасшедшего дома». Вы, случайно стихов не пишите?
- Понятненько, «док»… А вы от розетки заряжаетесь или меняете аккумулятор?