История Николая Платонова

В одном городе, на одной улице, в одной пятиэтажке, жил-был Николай Платонов. Человек он был строгий, но справедливый, а в глубине души — добрый и отзывчивый. Николай Николаевич был профессором, работавшим преподавателем на историческом факультете института. Человек он был почти одинокий. Дома у него была собака-овчарка по имени Рекс. Рексу было уже почти 10 лет. Николай Николаевич и Рекс были не разлей вода. Именно Рекс не давал профессору Платонову оставаться в полном одиночестве, за что он был ему очень благодарен. Любил Николай Николаевич гулять со своей собакой и играть со своим верным другом.

Пришёл февраль месяц. Да сразу же грянули сильные морозы, каких не было уже с начала января. Воздух стал холоднее, а ветер дул всё сильнее да сильнее.

В один из таких дней Николай Николаевич собирался в институт. Он надел чёрное пальто, повязал свой любимый фиолетовый шарф, проверил, надёжно ли закрыт воротник, взял портфель и вышел из квартиры. Спустился по лестнице, открыл дверь и оказался на улице.

Было холодно — очень холодно. Николай Николаевич шёл против ветра на сильном морозе. Стоял туман, ничего не было видно. «Да как же мне идти в такой мороз!» — всё думал Николай Николаевич. С трудом он мог разглядеть тротуар. «Надо бы поскорей добраться до института. Рекс бы точно не обрадовался такой погоде. Он хоть и овчарка, да холод не любит» — думал профессор Платонов.

Наконец добрался Николай Николаевич до института. Вошёл. Поздоровался с охранником — Семёном Петровичем. Профессор Платонов начал рассказывать ему о морозе:
— Сегодня такой мороз! Сильный! Очень сильный! Еле-еле разглядел я тротуар и дошёл до института!
— Да уж, Николай Николаевич! Смотрю я в окно и вижу такую вьюгу, такую метель. Я сюда пришёл раньше. Полтора часа назад такого мороза не было. Хорошо, что я в него попал! — сказал Семён Петрович.
— Студенты поди замёрзнут! — заметил профессор Платонов.
— Да! Замёрзнут! Но всё же они нас моложе, они крепче да бодрей, чем мы с тобой! — добавил охранник.
Побеседовали Николай Николаевич с Семёном Петровичем минут пять, а потом профессор Платонов пошёл готовиться к лекциям, которые он снова будет читать студентам.

Николай Николаевич начал лекцию — лекцию по Смутному времени в России:
— С чего же началось Смутное время в России? Со смерти в 1598 году царя Фёдора Ивановича, сына Ивана Грозного, из-за чего пресеклась династия Рюриковичей.
Потом он задал вопрос студентам:
— Какие ещё причины Смуты вы знаете?
Студент Аркадий Томин, который всегда больше всех отвечал на вопросы профессора, начал отвечать:
— Ещё причинами были: борьба за власть между боярскими группировками (бояре стремились сохранить и приумножить свои привилегии и политическое влияние, а царская власть хотела их ограничить); разорение страны из-за опричнины и Ливонской войны.
Аркадий остановился.

В это время в аудиторию вошёл опоздавший студент Алексей Самохвалов. Причину опоздания он озвучил стандартную, как и в прошлые разы: «проспал». Николай Николаевич, так уж и быть, впустил его, хоть и отчитав его перед всеми: «Наглец!»

Тем временем студент Аркадий продолжил:
— Массовый голод 1601-1603 годов после неурожаев; усиление крепостного бремени после введения заповедных лет в 1581 году и урочных лет в 1597 году; ограничение казачьих вольностей; люди бежали на окраины страны; обострились противоречия между разными сословиями».
— Отлично, Аркадий, спасибо! — сказал профессор. — Не забудем и о внешнем вмешательстве. Династический кризис создал вакуум власти, которым воспользовались соседи нашей страны — Речь Посполитая и Швеция. Они стремились расширить своё влияние на русские земли.

Алексей Самохвалов сел рядом со своими друзьями — Макаром Полежаевым и Дмитрием Разговоровым. Самохвалов, Полежаев и Разговоров стали болтать. Николай Николаевич сделал им замечание, попросил их не болтать. На минуту они притихли, но потом снова продолжили. Профессор Платонов рассердился и сказал, что может выгнать их из аудитории. Три друга резко замолчали. Николай Николаевич продолжил читать лекцию. Самохвалов, Полежаев и Разговоров три минуты не болтали, а потом начали вновь болтать, но уже очень тихо, так, что профессор Платонов их уже почти не слышал.

Немного о студентах, бывших на лекции. Аркадий Томин — умный, добрый, честный, но одинокий. Всегда учит темы, всегда готов. Алексей Самохвалов — самовлюблённый, хитроумный и изворотливый, но смышлённый и сообразительный. Часто опаздывает на пары. Мнит себя избранным. Полежаев и Разговоров — друзья Самохвалова, любят болтать и делать всё, как Самохвалов им скажет.

Через час Николай Николаевич закончил читать лекцию по Смутному времени. Первая пара закончилась. Началась вторая пара уже для другого курса. Профессор Платонов начал читать лекцию об Отечественной войне 1812 года. Прочитал её и ушёл на перерыв.

Опишу я, пожалуй, перерыв профессора Платонова. Николай Николаевич пообедал. Сел у окна да призадумался. Посмотрел в окно. Смотрел на снег, на покрытые снегом ели, на серое небо. Мороз уж давно остановился, но погода таки не стала ясной. Потом профессор начал готовиться к практическому занятию для магистрантов: подготавливал материалы, обдумывал, что скажет, и собирался с духом.

Провёл профессор Платонов практическое занятие для магистрантов. Тема была: «Методы исторической критики источников». Формат занятие был следующим: работа с архивными копиями, разбор материалов, обсуждение методологии. Когда занятие закончилось, часть магистрантов продолжили разговор с профессором, а другая часть поспешила на выход из аудитории.

После того, как разговор со студентами закончился, Николай Николаевич консультировал студентов, готовящих курсовые работы.

По окончании консультаций, профессор Платонов принялся проверять работы студентов: эссе первокурсников и черновики курсовых. Чем-то был он доволен, ну а чем-то нет. Николай Николаевич посмотрел в окно: надвигался мороз. «Вот бы мне успеть до того, как он станет сильным!» — подумал профессор. Закончив проверять работы студентов и попрощавшись с Семёном Петровичем, Николай Николаевич пошёл домой.

Как назло, мороз усилился да со временем стал таким сильным, что продвигаться сквозь него становилось сложновато. Николай Николаевич спешил добраться до дома. Вдруг у него развязался шарф. Видать, спеша домой, в институте повязал шарф он не сильно. Николай Николаевич поспешил сквозь метель за своим любимым фиолетовым шарфом. Но шарф улетел. В метель на улице ничего не было видно. Николай Николаевич так и не вернул его себе, что очень сильно его расстроило.

Пришёл расстроенный профессор Платонов домой. Его встретила собака, скучавшая весь день по нему. Рекс прижался к профессору, несмотря на холод, который он принёс с собой с улицы. Николай Николаевич поделился с Рексом произошедшим: «Рекс, мой дорогой друг, у меня пропал в суровый мороз мой любимый фиолетовый шарф». Рекс, будто понимая, что говорит его хозяин, поспешил его утешить. Он ещё сильней прижался к нему, а потом стремился его чем-нибудь развеселить. Рекс катал по полу мячик, бросал его к Николаю Николаевичу, ожидая, что он его поймает. Профессор Платонов поймал мячик, но не из-за того, что ему стало лучше, хоть лучше ему всё-таки стало, однако ненамного, а для того, чтобы не расстраивать своего верного и надёжного друга.

Николай Николаевич грустил весь вечер. Он не ужинал, так как у него не было аппетита. Профессор Платонов вспоминал, как покупал 8 лет назад этот шарф. Это тоже было в феврале, но морозы в том феврале не были такими сильными, как в феврале нынешнем. Но профессору надо было готовиться к завтрашним лекциям, которые он будет рассказывать студентам. Николай Николаевич с трудом, но всё же стал готовиться.

Настал новый день. Профессор Платонов посмотрел в окно. Мороза он не увидел. Николай Николаевич надел пальто, взял портфель и отправился работать в институт. Идя по улице, он смотрел во все стороны, стараясь отыскать где-нибудь потерянный вчера шарф. Но нигде его он не увидел.

Николай Николаевич пришёл в институт. Поздоровался он с Семёном Петровичем, вот только в этот раз общался с ним он не пять минут, а одну минуту. Расстраивать потерей шарфа он его не хотел. Ещё он боялся того, что охранник скажет: «Не расстраивайся из-за такого пустяка! Купишь себе другой!» Но для Николая Николаевича это был не просто шарф, который можно заменить другим, а вещь любимая, вещь со своей историей, вещь, которую он особенно ценил.

Профессор Платонов вошёл в аудиторию, грустный и печальный. Собравшись с силами, он приступил к подготовке лекции. Подготовившись, он сел у окна и ожидал начала пары. На улице Николай Николаевич увидел Самохвалова и его девушку, гуляющих вблизи института. В то же время он увидел Аркадия Томина, спешившего в институт. Профессор Платонов, увидев Томина, немного успокоился, ведь он понял, что у него есть смысл в жизни — учить таких студентов, как Аркадий.

Пара началась. Вошли студенты, в том числе и Аркадий Томин. Но Самохвалов опять опаздывал, что злило Николая Николаевича. Наконец, профессор Платонов начал лекцию о правлении Михаила Фёдоровича Романова:
— Михаил Фёдорович Романов — первый русский царь из династии Романовых. Правил он с 1613 года по 1645 год.
Потом он задал вопрос студентам:
— В каком же году родился Михаил Фёдорович Романов?
Аркадий Томин поднял руку.
— Я знаю, что ты знаешь, я хочу, чтобы другие ответили, — сказал Николай Николаевич.
Но никто не ответил. Тогда Николай Николаевич позволил Аркадию ответить.
— В 1596 году, — сказал Томин.
— Молодец! Отлично! Очень жаль, что другие не знают, — произнёс профессор Платонов.

Вдруг в аудиторию вошёл Самохвалов. Николай Николаевич был крайне зол.
— Нахал! — произнёс он. — Разве можно постоянно опаздывать?! Удаляю! Вон из аудитории!
Профессор Платонов выгнал Самохвалова и продолжил читать лекцию.

Николай Николаевич, отягощённый страданием по потере шарфа, устал терпеть опоздания Самохвалова и наконец, не выдержав, выгнал его. Большинство студентов просто промолчали, друзья Самохвалова выступили в его защиту, после чего были прерваны профессором Платоновым. Аркадий Томин с пониманием отнёсся к Николаю Николаевичу и, по окончании лекции, подошёл к нему и поддержал его, за что профессор его поблагодарил. Аркадий поддержал Николая Николаевича не при всех, а в отдельности, боясь осуждения других студентов.

После профессор Платонов читал лекцию для другого курса, во время перерыва сидел у окна, грустил и ностальгировал по прошлому, потом проводил практическое занятие для магистрантов, консультировал студентов, готовящих курсовые работы, проверял работы, а затем пошёл домой. И снова грянул сильный мороз. Николай Николаевич еле-еле дошёл до дома. Поднялся по лестнице, открыл дверь своей квартиры и вошёл в неё.

Николай Николаевич ещё немного погрустил, а потом решил купить новый шарф. Он пошёл в магазин одежды, находящийся близ его дома. Но там не было фиолетового шарфа. Вновь начинался мороз, и профессор Платонов поспешил домой. Николай Николаевич решил заказать фиолетовый шарф по интернету. На одном из сайтов он увидел такой же шарф, какой у него был до этого. Шарф должен был прийти через три дня, и Николай Николаевич с большой надеждой ждал его прибытия.

Профессор Платонов читал лекции в институте, во время перерывов сидел у окна и ждал прибытие шарфа, потом проводил практические занятия для магистрантов, консультировал студентов, готовящих курсовые работы, проверял работы, а затем уходил домой. Во все эти дни были сильные морозы.

Наконец, настал день прибытия шарфа. В этот день Николай Николаевич пошёл в институт. Он был более радостный, чем обыкновенно, ведь он был уверен в том, что к нему вернётся его любимый фиолетовый шарф. Николай Николаевич начал готовиться к паре. Но вдруг на его телефон пришло сообщение о том, что шарф не прибудет. Оказалось, что это были мошенники, укравшие деньги с помощью обмана. Николай Николаевич был поражён и подавлен. Но делать было нечего. Вскоре началась пара. Профессор Платонов начал читать лекцию о правлении Алексея Михайловича. Аркадий Томин отвечал на вопросы профессора и добавлял информацию об этой эпохе. Опять в аудиторию вошёл опоздавший Самохвалов.

Николай Николаевич был зол пуще прежнего.
— Опаздывать нехорошо! — начал он. — Как же вы меня, Самохвалов, достали своими опозданиями на пары и болтовнёй своей!
Самохвалов не был расстроен из-за очередного замечания профессора и сохранял гордую улыбку.
— Чему улыбаешься, спрашиваю я тебя? — негодовал Николай Николаевич.
— Я счастлив! — произнёс Самохвалов.
Профессор Платонов был поражён этой фразой.
— Счастлив за счёт других ты! — сказал он. — Катись ты на все четыре стороны! Видеть твою наглую морду я больше не собираюсь! Всё равно на парах ты ничего не делаешь, тварь ты эдакая!
— Вы ненормальный! Думайте, что говорите! — разозлился Самохвалов.
— Ты ещё указывать будешь, что мне делать, а что нет! Ты недостоин этого! — произнёс Николай Николаевич.
— Если вы некомпетентны, если у вас развился старческий маразм и поехала кукуха, вы не можете во всём этом обвинять меня! — сказал Самохвалов.
— Что?! — произнёс поражённый Николай Николаевич.

Профессор Платонов удалился из аудитории. Он еле шёл, всё думая о потерянном шарфе и об обвинении со стороны Самохвалова в некомпетентности. В это время Аркадий Томин, осмелившись, осудил при всех Алексея Самохвалова, назвав его самовлюблённым невеждой. Самохвалов, Полежаев и Разговоров стали оскорблять Томина. Аркадий вышел из аудитории и пошёл искать профессора.

У Николая Николаевича заболело сердце. У него случился инфаркт. Николай Николаевич подошёл к лестнице и хотел спуститься. Но он упал и покатился по ступенькам. Аркадий Томин нашёл его и вызвал машину скорой помощи. Николай Николаевич лежал и думал о бессмысленности своей жизни. Наконец, прибыла машина с красным крестом. Николая Николаевича повезли в больницу. Но по дороге сердце у него остановилось, и он умер.

Алексей Самохвалов, узнав о смерти Николая Николаевича, обрадовался. Он бегал по всему институту с газировкой и рассказывал всем о его смерти. Самохвалов нечаянно пролил газировку и побежал дальше рассказывать о смерти профессора Платонова. Вдруг он поскользнулся, упал и сломал позвоночник. Его девушка и его друзья поспешили к нему на помощь. Они вызвали машину скорой помощи, на которой его и увезли. Самохвалов остался на всю жизнь инвалидом. От него ушли девушка и друзья.

22 ноября 2025.