По волнам памяти. Ералаш для взрослых-1. Истор. 13

         Вот  пришлось глубоко окунуться в свои закрома памяти, и выбираясь зацепил  еще одну историю, но ведь закругляться уже надо! Она будет последняя, что я написал в поздравлении тебе, сколько можно – пора бы и честь знать, а то задолблю тебя окончательно, а ты водку не позовешь пить! Но рассказать её всё равно придется, будоражит – в ней столько всего забавного, что, уверен, поднимет тебе настроение.
             
           Когда-то мы с тобой заочно обучались в РЗИТиЛП, расшифруй быстро! Получилось?  Был такой момент, что подошла пора нам сдавать экзамен по математике профессору из самой Москвы. Очевидно, он проголодался после дальней дороги и назначил нам  с устатку место встречи и проверку знаний  в одном из ресторанов Уфы. Естественно, с башкирской кухней. Он был неоднократно в нашем городе, и ему очень понравилась традиционная еда башкир! Вот блин, какой гурман нашелся  этот московский гусь!

            А что сделаешь – хозяин барин, тем более он высокий гость, с кремлевских звезд, его слово закон и наше робкое словечко против  не прокатит, – перебьет на раз!? А неповиноваться себе дороже – влепит неуд в зачетку, как пить дать и даже к гадалке ходить не надо! Он сегодня банкует и музыку заказывает именно он!  А мы лишь скромно киваем и должны подпевать в такт.

           Такова вся заочная жизнь вечных студентов:   ресторан – так    ресторан!   С нашей стороны это только приветствовалось, чаять не обеднеем: не на последнее будем пить, мы люди привычные – знали, на что идем! Нарываться тоже  не резон, поперек идти – тем более, нам в учебном процессе это  разве надо? Не ищите дураков!

         А че и сами заодно попробуем, когда еще придется вкусить изумительную башкирскую кухню да под водочку!  Мы накануне всю центральную часть нашей столицы объездили в поисках лучшего ресторана. И нашли, в конце концов! Заказали столик, привезли старого профессора, а ему было в то время – ни много ни мало аж целых 70 лет, но смотрится молодцом-бодрячком, сохраняя степенность и достоинство московского барина!
    
          Присели за стол. И тут же вскоре появился бешбармак и другие блюда национальной кухни. Ну, а как быть без башкирской водки? И она мгновенно тоже появилась как по волшебству и не  раз в этот  вечер! Профессор горазд оказался заложить за воротник – на то и профессор: талант ведь не пропьешь!  В нем, несомненно, чувствовалась старая советская  закалка,  если здоровье позволяет, почему бы не  залить, как следует за галстук и не набить живот!? 
          
        Оказывается возраст вовсе не преграда красиво пить водку да еще под хорошую закусь и под разговор с такими парнями как мы! А уж мы тут вовсю готовы были расстараться и за ценой не постоим!
               
            Встреча носила неформальный характер, она проходила в расслабленной, непринуждённой обстановке – без жёстких правил, строгой повестки и формальностей.  А за застольем действительно состоялся доверительный мужской разговор на разные темы и   иногда даже  на дружеской ноте.

      Профессор обладал громким и хорошо поставленным  голосом. Как раз такой нужен был для больших учебных аудиторий. Но через какое-то время у него язык стал немного развязываться как шнурки на ботинках  – от бешбармака и  других национальных блюд. Каких угощений здесь только не было: эх, как наша столица родная расстаралась вовсю для московского гостя,  тут тебе, пожалуйста: казы (конская колбаса), какланган  (вяленое мясо), эчпочмак (печеные пирожки), кыстыбый (лепешки с начинкой)  – пальчики оближешь, а в дополнении к минеральной воде Кургазак стояли еще кумыс и айран на выбор.
 
          Но подозреваю, скорее всего, он начал много говорить от водки и наших заинтересованных и преданных взглядов – мы смотрели во все глаза как дураки на него. И профессор, видимо, решив, что раз он «бодрячок», можно позволить себе чуть больше, чем следовало. И тут началось! Из него полилась  история его жизни. Очевидно, устал от лекций и  в силу своего почтенного возраста решил, что пора подводить кое-какие жизненные итоги. Мы же с  интересом его слушали.
 
           И теперь его речь стала громче, жесты – размашистее, а истории – откровеннее. Он начал делиться воспоминаниями, которые явно не предназначались для ресторанной обстановки.

         Он продолжал, как на лекции, выстраивать свои истории в логическую цепочку, а мы – ловили каждое слово, порой краснея от неловкости.
 
          Наша благодарность могла бы не иметь границ, и  мы были самыми порядочными слушателями, таких покладистых среди студентов еще  надо поискать днем с огнем! Но, проза жизни у математика быстро закончилась. И чтобы, закрепить прослушанный нами материал и плавно перейти потом на жизненную "лирику", он еще попросил заказать водки. Сказано – сделано!

            А после пошли  откровения! Он нам ни с того ни сего вдруг начал рассказывать об интимной стороне его жизни. Мы были в шоке, чего это он вдруг? И вообще притихли, сидели  от удивления   с открытыми ртами и слушали. Ну ладно, если бы только мы!
 
             Его речь лилась так  громко и на весь ресторан, как будто говорил в микрофон – со всеми подробностями: мыслимыми и не мыслимыми, что нам с тобой очень стало даже неловко. По крайней мере – мне точно! И мои робкие намеки ему перейти на международные отношения, на футбол или хоккей с убавлением силы его голоса на профессора ровным счетом никак не действовали!
 
            Он же наоборот, сильно возбудился от своих воспоминаний и продолжал дальше шпарить как на собственном экзамене, где хотел обязательно, чтобы ему поставили высший бал – пятерку!
            
           Надо признать, риторикой он владел  классно, и его развязанный язык только добавлял красоту изложения. Старик вошел в раж.  Если и встречались какие-то математические выкладки, то они  шли только по нарастающему счету от очередной его пассии к следующей. А так побед, которых он добился –  пальцев на своих ногах и руках ему уже не хватало. Стал приплюсовывать твои, Саныч!

             А ты сидел как дурак с  открытым ртом до ушей   с жадностью и изумлением продолжал слушать  старого лавеласа, то бишь московского профессора, покорно и торжественно загибая свои пальцы, чтобы он не сбился со счета.

      Мне же стало неудобно за Вас обоих, и я быстро встал и, сгорая от стыда, с красным лицом  пошел, какой там пошел – соколом полетел  к барной стойке, чтобы прибавить громкость музыки и ею перебить его дотошные рассказы!
         
        Народ не оценил моего рвения и деликатность, но дружелюбно рассмеялся  и, сказал, что не надо делать громче, ведь тут тоже сидят люди, и что они пришли отдыхать и их музыка сейчас совершенно не интересует.  Мне стало понятно, что народу очень понравилась эта тема нематематической лекции профессора.
            
       Тогда я вернулся к столу и через какое-то время предложил тост на посошок, профессор, как ни странно тут, же согласился, видно уже тема иссякала. Тем более уже давно сидим – наговорился уже вдоволь!  И он довольный сказал нам напоследок, чтобы мы завтра принесли зачетки на подпись, экзамен сдали успешно, раз сполна и без ошибок рассчитались большими рублями при нем с официантом! 
          
        После погрузили его с учтивой осторожностью в такси и доставили  московского гостя в гостиницу. Но мы ж не лохи какие-нибудь непонимающие, а студенты-заочники и там, в руки ему передали в нагрузку пакет со всем необходимым, чтобы на утро он выглядел как огурец!
   
          Как тебе подобное воспоминание!? И чтобы уж закрыть тему нашей  учебы до конца, хочу восстановить в памяти только один еще эпизод. Мне от него смешно до сих пор! Да мы успешно окончили институт, и в ознаменовании  этого события у тебя дома устроили пир горой с приглашением нашего, так сказать, куратора учебы – Евгении (отчество, к сожалению, забыл; глубокая ей благодарность).
 
         Все нормально было, сидели за ужином очень прекрасно! Вы с Людмилкой остаетесь дома, а мы  с Евгенией пошли на выход. Только вот мне до сих пор не понятно, почему Богом данная тебе жена, самым настоящим образом  преградила мне дверь руками и не хотела, чтобы мы уходили вместе.

              На тот момент у нас с куратором отношения сложились самые благоприятные, и самое главное теплые и почти уже дружеские! Закусь и водка еще не то сделает! Ха-ха! Мы оба просто жаждали продолжения банкета! А тут такой облом!  Но после долгих препирательств Людмила наконец-то разрешила нам вместе уйти, строго наказав мне сопроводить ее только до остановки, а дальше ни-ни…         
          
         Теперь  аккуратно спроси свою женку: зачем она своим телом, преграждала мне выход,  отсекая куратора  от меня?  А ты че, смотря  на эти безобразные действия, не  урезонил её тогда? Где мужская солидарность или имел свой собственный интерес? Колись шельмец, ты эдакий!
          
          А дальше вспомни заодно и другие событие, связанные с нашей учебой в институте. Во-первых, при первом занятии, когда мы зашли в аудиторию, получилось так, что были самыми последними, кто переступил порог, и вся группа радостно встала, приветствуя нас как преподавателей! Элементарно перепутала нас с ними. Еще бы зашли какие-то два солидных дядьки с умными лицами и возрастом на пятом десятке и вполне респектабельного вида, да еще и при галстуках!

           Наша группа состояла сплошь из молодых парней и девчонок. Их девчонок, конечно, как водиться  было больше. А молодежь была при всем притом моложе нас  почти в два раза! Вот так началась наша заочная учеба и продолжалась целых пять лет!

           Ночи с тобой не спали, в выходных себе отказывали, постигая премудрости разных незнакомых нам доселе предметов. А уж про то, как мы  недоедали, копили по крупицам деньги на учебу – тут даже всякому ежу станет смешно и ясно.   Потом после семестров сдавали сессии. Трудная и одновременно веселая студенческая  пора была!

           Как-то быстро приноровились, помолодели сами, находясь  среди молодежи и ничего, что за спиной нам уже за сорок с лишнем! Точно скинули половину своих годков,  сравнялись с ними, а по задору даже здорово оторвались вперед! 

    А куда деваться то было, надо было учиться, как завещал Великий Ленин! Решение важных учебных дел делали  в самом институте,  а также и в стенах общежития. При этом тесно взаимодействовали и нередко выступали посредниками между старостой группы и нашими московскими и местными преподавателями.
 
           Поскольку иногда, мы были все  не всегда  подготовлены по отдельным предметам в соответствии с требуемыми знаниями, и  в аудиториях  сдавать сессии не решались. То ребята выдвигали нас на первый план, и мы вынуждены были стать, защитниками интересов  всей группы, выступая иногда от её имени и подставляя свои головы под мощные удары преподавателей!

             И ребята нам в этом вопросе полностью делегировали свои полномочия и слепо доверяли. Даже руки нам заламывали, чтоб мы не смели отказаться принять огонь на себя. Ха-ха!  И  нам было проще и удобнее организовать экзамен не в просторных кабинетах института, а на нейтральных территориях.  В таких как, например: в тавернах,  кафе и ресторанах. За что неоднократно получали от сокурстников  благодарности.
 
           Разумеется, наша коммуникабельность, опыт и знания обычной жизни играли важную роль в этом щепетильном вопросе! И получалось. Мы ведь все вышли из народа, учителя тоже и всем кушать хочется! Ха-Ха!  Понятное дело преподаватели не могли отказать двум таким импозантным и возрастным мужчинам, каковыми мы были в ту пору и нам  шли навстречу.
 
             Мы умели находить тонкие пути подхода к стрункам их сердец, зная также и их определенный интерес в «энтом» деле.   Да, это ж надо, что   мы только на пятом десятки лет нашей жизни узнали, что  преподаватели в неформатной обстановке такие же как и мы добрые и отзывчивые люди. И не чураются и могут даже позволить себе выпить с нами рюмочку другую, независимо от половой  принадлежности! Дай им Бог всем здоровья и благ на этом и том свете.
         
         Но справедливо будет также сказать, что таким способом сдачи экзамена или зачета пользовались не часто, приходилось корпеть над учебными науками, а тут уже каждый сам по себе!

           А вспомни, как состоялась защита диплома  и однокурсники, стоя за большими стеклянными дверями аудитории, были буквально поражены нашими знаниями. Я первый пошёл на амбразуру! Не случайно они тебя спросили, чего это я так разошелся и бойко шпарю на одном дыхании, даже не заглядывая в написанный материал, которым было разрешено пользоваться.   

       Да, весь огонь мы приняли на себя; вслед за мной пошел «сдаваться» ты!  Мы показывали пример молодежи, и вслед за нами потянулась вся группа.  А потом после успешной защиты  состоялось  вручение дипломов. Жаль мы были заняты на основной работе и не пошли с группой на выпускной вечер!

            После получения дипломов поехали ко мне на дачу обмывать их. Говорил тебе, давай пригласим сразу цеховых ребят! Но хрен там, ты зачем-то уперся рогом и сказал, потом как-нибудь соберем! 

       Так что Саныч, за тобой огромный должок перед цеховыми!  А то смотри, выражаясь твоей известной фразой – никто не придет на могилу к тебе поссать. Ха-ха ! Хоть ты и не шестерка, а семерка, ха-ха, но все равно тебя – головой об стенку и ногами, об забор!

          Теперь уже, точно все:  я закончил писать веселые истории для взрослого ералаша! Шибко не прощаюсь, Саныч, а вдруг как еще что-то веселенькое  вспомню! Ха-ха! Жди, пока.

          Постскриптум: если кто-то решит сделать такой юмористический журнал для взрослых, ради бога, чем не сюжеты –знай только пиши сценарии уже по подготовленным материалам!