Из дневниковых набросков
Молитвы не были услышаны,
И дни ребёнка сочтены,
И вдохи еле-еле слышны,
Тогда, отбросив всякий страх,
Шла мать тропинкою лесною
Туда, где в мшистых полумраках
Жила отшельница седая.
Она не знала докторов,
Но знала шёпот трав и веток,
И силу заговорных слов,
И мудрость праведных заветов.
В её руках — не скальпель, нет, —
А корень, сорванный с рассветом,
И веры негасимый свет,
И доброта, что всем ответом.
Свидетельство о публикации №225112300132