Большая Катунская тропа или как прогнать уныние Ч7

   Часть седьмая
   
   Неожиданно проглянуло солнце, крупно осыпалась влага, асфальт потемнел от воды. Открылся красивый вид, как награда за усилия, потраченные на подъем и на фоне темнеющих хвойниками гор и светло зеленой травы в долине, на фоне камня темно серого от росы, открылся простор, убегающий с запада на восток. Туман потянуло вдоль дороги небольшим ветерком и во всем этом великолепии сакральный знак местного народа – подвязанные ленты на березах, как раз и выбирается именно это дерево. Конечно, много лент подвязаны туристами, неправильно и в нарушение традиций. Короткие, средней длинны и длиной в два локтя, подвязаны с сознанием обычаев и в дань моде. Но вера в могущество природы, ощущение себя крупицей одного огромного организма – присутствовала рядом с дорогой.

   Прокинулась радуга над дорогой, в той стороне, куда они двигались, ближе к Катуни. Северные склоны еще в тени, а южные парили от солнца и поднимали картинку над бытием. Плыла, качалась она, преломляя линии и соединяясь в самых неимоверных изломах. «Как хорошо, что светло и, наверное, обойдется без сюрпризов», - подумала Светлана. Но с другой стороны она надеялась на новые встречи. Осознать великую суть жизни, через близкую энергию Земли, скопленную в ущельях и низинах, в разломах земной коры. Энергию от потоков рек и ручьев, водопадов, мест впадения и соединения рек. Ведь каждый ручеек приносит в общую копилку большой реки свой кусочек энергии и несет его вместе со всеми к великому северному океану. Дарит страждущим чистоту света, природы и пробуждает душу и чувства.

   Как хорошо шагалось на спуске. Громады скал обрушенных под полотно дороги, проплывали то заслоняя красоту долины, то открывая ее на всю глубину. Сама природа истинно любовалась собой, прорываясь с величием лиственниц, устремленных к небу. Большой Ильгумень скатывал свои воды, теряясь в деревьях у воды и в небольших перекатах, кричал о торжестве природы, наполняя каждое мгновение жизни дыханием величия и спокойствия. Светлане впервые показалось, она знает куда идти. Ведь перед человеком, знающим, куда он идет мир расступается в стороны. Горизонты расступались, и далеко в долине показался провал,  в нем уютно расположилась Катунь, бегущая бирюзой меж каменных берегов.

   Приближались бомы, большие и мощные Катунские бомы. Задравшись камнем к небу с одной стороны и упавшие бессильно к реке с другой. А между ними полоска живой жизни, асфальтовое полотно. и по нему нескончаемый поток машин с людьми, все едут в поисках себя в горы и в конечном итоге оказываются в это месте. Как часто в жизни приходится встречаться с подобной ситуацией: взлет и падение ждут тебя, но и угрожают неминуемым падением в случае ошибки. А ты осторожно пробираешься между: и ничего не нужно тебе в данный момент. Лишь бы быть между падением и полетом в облака. Здесь – в середине живешь и дышишь, и держишь жизнь свою словно пушинку на ладони.

   Тепло дороги  и скатывая холодный воздух от вершин по долине создавали комфортную обстановку и удобство при движении. Как рассказали вчера, это место называют Кор Кечу «гибельная переправа». Сакральная долина, в ней раньше находилось множество археологических памятников. Да при строительстве Чуйского тракта все камни стоящие вертикально и показывающие на места захоронения, выкопаны из земли и вложены в полотно дороги. Уничтожены источники связывающие мир давно ушедших с современным миром. И какие бы легенды не складывал человек в оправдание своих поступков, нельзя простить , что человек сегодняшний отрицает прошлое и отбрасывает за ненадобностью.

   Сколько душ людей, давно ушедших в тот мир, где всегда тепло, много травы, - как говорили старики, беспокоится о нас оставшихся на Земле. Как обеспокоены они ошибками современников, что не всегда понимают сил природы и значение ее в жизни человека. Прорвется иная энергия на поверхность, пытается объяснить нам неразумным, как поступать надобно. Да не слышим мы этих всплесков, лишь душа порой у наиболее чувствительного заболит. Сколько их, любящих и мечтавших, не сумели переступить порог молодости и так и остались в памяти юными. Многие ли прожили человеческий век – чак, обозначенный семьюдесятью двумя годами по тюркскому календарю, чтобы оставить свой род на земле? Мудрость достичь в старые времена сложно доводилось: погибали от погодных условий, замерзая на перевалах, погибали в схватках со зверем с разорванным клыками и когтями телом, ложились в землю от моровой болезни под страшным наименованием «черная чума», сколькие пали от ран пронзенные копьем или стрелой. Все они не передали опыт на земле и вещают из глубины. Да не всякий это услышит.

   Что-то муторно на душе: многое мы натворили, не сообразуясь с опытом предков.
Организаторы приготовили сюрприз, повернули трассу от асфальта и пустили в гору, на старую караванную тропу. Какой вид открывался взору! А следы оставленные купцами, воплощенные в трудную дорогу подсыпкой грунта, укреплением каменной стенки. Да просто убранным с направления камнем, не важно, раздробил ты его или отодвинул. Светлана наступала на мягкий грунт и представляла: вот здесь после скалистого грунта, лошади чувствовали под ногами мягкую почву и изношенные непосильной дорогой копыта, наконец, находили облегчение.

- Что вас заставляло двигаться в таких условиях в далекую Чуйскую степь, где в зимнюю пору на Рождественской ярмарке в декабре температура опускалась до шестидесяти градусов мороза,- спрашивала в душе и удивлялась: кто здесь ответит?

- Тогда все жили в таких условиях,- отвечали безмолвные скалы.

- Сколько труда и сил положили на этом пути? стоило ли того.

- Мы жили этим, без нас не сложилось бы русских поселений в горах. И вера христианская не проникала бы в сердца новокрещенных язычников.

- Но вы оставляли жен, детей, родителей на длительный срок. Не думали, каково им без вас приходится.

- Мы приносили им энергию гор, свежий ветер, горный загар. Нашими товарами жили люди, они ждали караваны с товаром.

   «Скоро должны появиться духи. Появиться и задать вопросы»,- подумалось Светлане. Но, рассмотрев селение Малый Яломан с кручи Айры Таш «раздвоенного камня», поняла: окончание пути рядом и сегодня сюрпризов не ожидается. На юге в голубой дымке показались белые вершины Северо-Чуйского хребта. Ослепительная чистота, ее не касалась нога человека. Вернее очень редко, кто забирается на четырех тысячники. И они стоят нетронутые, распространяя далеко от себя сакральную чистоту и энергию солнца. Показывая, как можно сохранять себя и быть недоступным для современной суеты. Будь недоступным в душе, и ты увидишь, к тебе потянутся. Не все, а кому ты интересна.

    С большим облегчением дошагала до большой дуги, исполненной Катунью под обрывом. Река огибала большой кусок берега, выгибаясь дугой, как дикая необузданная кошка, лаская бирюзой левый берег. Катунской подковой любовно назвали изгиб. Один из переводов названия села обозначает конскую гриву. В этом селе не, смотря на большую высоту над уровнем моря, росли и созревали вишня и слива, груши и яблоки. А может с кручи – прыжок и проблемы решены! И тут же устыдилась: «Боже, о чем это я? в такой благодати даже мысль такую допускать нельзя».

   Остановился туристический автобус, уставшие от долгого сидения в креслах люди разминали ноги. Фотографировались, что-то вещала гид. Единственно на чем остановилось внимание: Улыбкой Катуни называют это местечко.

- Ну вот, едва улыбку не превратила в злобный оскал.

- Мысль материальна, нельзя допускать даже такого, - прокричала из-под небес птица.

- Я чувствую в себе силы! Это временная слабость и лишь небольшая заминка в пути.
Впереди виднелась арка из воздушных шаров. Идущих по Большой Катунской тропе встречали. Показалось забавным, но подобная встреча радовала – третий день пути заканчивался.

   Посреди дороги, упиравшись копытами в асфальт стоял огромный бык. Не бык – бычара. Кожа  на нем лоснилась и отсвечивала в лучах закатного солнца голубоватым цветом. Сомнения в угрожающей позе не возникало, но животное не двигалось. Странно! Ведь показано намерение напасть и вместе с тем нет движения. Света замерла, чтобы не спровоцировать на агрессию. Самое парадоксальное заключалось в том, что встречающие спортсменов люди словно и не видели животного. По всей видимости, она продолжала для них двигаться в направлении финиша, а для нее разыгралась трагедия неожиданной встречи. Сколько они простояли напротив друг друга? Ощущения времени нет, из другого измерения, другого мира возник бык на пути. Чем заинтересовался, что должен передать, а Светлана уже не сомневалась – это и есть то видение, должное прийти сегодня.

   Картинка складывалась интересная: под ногами отсутствует асфальт, вместо домов вдоль дороги неуютные аилы, сложенные из почерневших от времени бревен и остроконечные крыши. Из отверстий наверху выходят дымы и поднимаются вертикально, едва отклоняясь в сторону реки. Переговариваются женщины, бегают дети, но не видно мужчин. Справляются мамки с домашним хозяйством в отсутствии мужской силы. Словно племя амазонок разместилось в долине и оберегает род, от посягательств из вне. Только крупное животное вышло из подчинения и оказалось на пути.

   Неожиданно от деревьев в стороне у жилища выбежал невеликий ростом мальчишка. Значит, все-таки имеется мужской пол, не в полной изоляции живет род. Он подбежал к быку и встал перед мордой в пыльной и грязной рубашонке ниже колен. Чумазый, давно не мытый. Не ухоженный, дети сами должны подниматься и выживать в этом мире. Прозвучало неприличное слово, парнишка оглянулся, что-то прокричал в ответ и не сдвинулся с места. Видимо его позвали: у тюрков принято называть детей неприличными словами, чтобы злые духи отворачивались от них и не приставали. Лишь после того, как подрастет, получает право на новое имя, что сопроводит его до последнего дня в этом мире, до ухода в другой. Откуда вернуться можно только другим семенем, брошенным дождем, градом, ветром и прожить последующую жизнь.

- Не бойся! Бука добрый.
 
- Но он такой страшный.

- Его не любят женщины в семье, от того он встречает любую, пугает и показывает силу.

   Бык действительно присмирел и терся лбом о протянутую руку.

- Бука – мужчина. Он производитель потомства. Старшие  считают от него нет толка. А он все понимает. Только иногда становится буйным и непонимающим. Тогда зовут меня. Мы с ним дружим.

- Хорошо, когда есть близкий друг.

- А у тебя есть мужчина? – совсем не детский вопрос прозвучал.

- Нет, мой мужчина оставил меня.

- Стань моей, я скоро подрасту и буду хорошим мужем.

- У тебя много девочек и женщин твоего рода.

- Старый Аржан говорит, не должно быть смешения крови. А у нас мало мужчин, многие погибли в битве с врагом. Мужчины живут меньше в этом мире, чем женщины. Женщин уводят в рабство, и новая кровь рождает новые народы, способные обустроиться в этом мире.

   Светлана на секунду задумалась: «Такие взрослые мысли от мальчишки странно слышать».

- У меня свой путь и я его еще не нашла.

- Обязательно найдешь! Ты сильная женщина и частицу нашего духа обязательно унесешь с собой. Иди в свой мир, жалко, что не согласилась стать моей, из тебя бы получилась хорошая мать для моих детей.

   Внезапно картинка сменилась и Светлана почувствовала, что продолжала двигаться все это время. По какому миру она сейчас шла? Какому пространству предавалась? Что за предложение сделал ей мальчик? Словно любовь небесная и земная приглашали ее в другое измерение. Простой пацан вдруг сумел увидеть ее ценность! Она сама себя еще не сумела оценить, понять и осознать. Природа сделала уже свой выбор. А может это только мечты? Главное: ее любят и вверху и внизу. В этих двух измерениях, между ними  она сейчас мечется и не знает, как найти свою душу.

   Она уже не держит, казалось, зла на мужа. Ведь он никому, пожалуй, в этом мире не мешает, кроме нее. Той, что все не может отпустить!

   Ее встречали…

   Как тяжело начинался четвертый день пути. Светлана  когда-то читала о том, что трудными являются третий и четвертый дни, недели, месяцы любого начинания. Непривычные для нее переходы не докучали набором высоты, но сказывались количеством километров: сегодняшний, кстати, самый короткий. То ли ожидания, то ли усталость сказались, но подниматься тяжело. Пока раскачалась, умылась и приготовила необходимое в путь время неумолимо отлистнуло действительность вперед. Оставалось время на завтрак, но совершенно не хотелось кушать: попила сладкого травяного чая, засунула бутерброд в рюкзачок и совсем уж понуро, нехотя отправилась к линии старта. Сегодня не нужно спешить, придется втягиваться медленно, словно разгуливаясь.

   Врач на старте смерила давление, поинтересовалась состоянием и дала добро на движение по трассе.

   Донимали не усталость, накопленная с километрами перехода, не состояние организма в условиях высокогорья, а мысли, будоражившие ночь и утро: что еще приготовила природа? Какие такие встречи должны произойти и что нового она узнает и испытает за время перехода. Посмотреть внутрь себя почувствовать слияние с природой, проникновение в нее своим естеством оказалось не так просто. Любой шаг вправо или влево приводил к возвращению мыслями далеко – в городскую квартиру, ломал картину восприятия бытия. Хотелось вновь окунуться в ритм ходьбы и шагать, оставляя за спиной километры, вдыхать хмельной воздух, чувствовать, как тебя обнимают горы и слышать действительность в развитии жизни.

   Раскинулась долина с рассыпанными камнями, некоторые высотой больше человеческого роста. Очередная морена, оставленная ледниками. Невольно чувствовалась мощь ледников, пришедших сюда, а затем в раздумье отступивших на юг. Оставили на земле раны от движения и из баловства набросавших эти глыбы. Для нее это простое движение по спирали времени, а для человека? Существование всего человечества – миг в развитии планеты, не говоря о вселенной. Самое интересное, что местные знали о развитии и о катаклизмах, проходивших некогда здесь, и закладывали свое знание в разложенных камнями обсерваториях, в установке менгиров, повторяющих наклон оси Земли к орбите, в легендах говорящих об устройстве мира. Словно уходили по вертикали времени на миллионы лет назад, и потом взлетали так же легко, рассматривая развитие планеты в будущем. Потому и знают, что угрожает окружающему миру, берегут и потомкам рассказывают золотым горлом кайчи (сказителя) о том, как заботиться нужно.

   Перекинутый мост между двумя берегами и Катынг, поющая вечную песню движения, в глубоком ущелье. Вершина творческой мысли человека воплотилась в инженерных сооружениях. И если понятно, какими силами возведен новый мост, то столь же не принимаются и не укладываются в голове усилия по строительству старого. Одним руками узники ГУЛага соединяли берега: ваяли качающиеся пилоны, пилили лес на настил, на льду реки скручивали троса. Говорят ударный труд, дал возможность досрочного освобождения, только опрокинулся грузовик в реку и погибли строители моста у Айры-Таш бома. Видимо не приняли их усилий духи Алтая, как Бог некогда строителей Вавилонской башни. Наказал за гордыню: какую реку преодолели! А может наоборот осознанно повернул руль в руках стажера и ушли строители в верхний мир, чтобы оттуда смотреть на вершину своего творчества.

   Представились люди, изможденные лицом и телом, в рваных и прожженных искрами костра телогрейках, с тяжелыми от влаги верхонками на руках, - сидящие там наверху и счастливые своему освобождению от земных грехов. Полное освобождение! И звучит им небесная музыка комуса, топшура и икили, зазывает в лучшую жизнь голос сказителя, уводя как тогда в тридцатые годы от земных проблем. И прощенные духами, освободившиеся от грехов – счастливы как в давние те времена, закрывали глаза и проваливались в тяжелый сон на нарах бараков, на охапку хвои возле костра. Вот где разглядишь истинных великомучеников земли русской.

   От таких мыслей на душе безнадежно и тяжко. Какую судьбу преодолели, какую жизненную ниточку раскрутили. А тут Светлана со своими проблемами.

   Окончание следует.