Дом. Женщина. Роман. Продолжение

ДОМ, ЖЕНЩИНА, РОМАН.

© В.В.Луговский


Я усталый, старый клоун,
я машу мечом картонным…
А.Вертинский


И снова я влюблен впервые,
Навеки снова я влюблен…
М.Кузьмин

 

1. Мужская берлога.

     Никита Александрович Белов построил к семидесяти годам коттедж, о котором мечтал ещё с девяностых. Строил все десять лет с двумя большими перерывами - из-за потери работы с последующей депрессией и из-за тяжёлой болезни жены, когда уже ничего лишнего не надо….  Жена Таня не отговаривала его от накладной цели и даже иногда напоминала о начатом строительстве, но Никита знал, что сей дворец  для семейного счастья  ей был  не нужен ни в каком виде. Просто боялась, что без цели  и без любимой работы мужу  будет сложнее жить. И мудро, не настойчиво поддерживала  тлеющую идею.
- Может бросить мне всё это дело к чёрту, - спросил Никита, когда они потратили изрядную сумму на кладку стен. – Продать, может быть?
- Не думаю, - отвечала жена. – Ты просто не торопись, не напрягайся, делай понемногу. У мужчины должна быть серьёзная цель, - с улыбкой добавляла она. И Никита понимал, что Тане нужен он, а совсем не коттедж, она хотела привязать мужа к цели, что было в принципе правильно. Таня была мудрой женой. А он знал - мужчина с целью более устойчив в жизни и легче переносит всякие  мужские переживания. Да и в чём вопрос? Даже слона можно съесть по кусочку в час, а время – это великий инструмент для тех, кто знает куда идёт. И дом мужчина должен построить обязательно, сын у него есть, дерево и колодец на даче тоже имеются.
     Теперь он квартиру сдаёт – после ухода жены трудно было там жить, особенно первые два года. Живёт в большом двухэтажном доме с несколькими комнатами, кабинетом, встроенном гаражом, который превратил в мастерскую. Изредка  что-то там сверлит… Никита любил работать руками, правда из-за болячек имел на это не очень много сил. Особенно любил электричество и электронику – свой дом давал ему возможность развернуться в этом вопросе, тем более что в продаже появилось разнообразные евро-материалы и прочие комплектующие  для устроения жилища. Многие сложности ни к чему на даче, а вот в доме, где живёшь постоянно – здесь другое дело. Как написал Булгаков, жилище есть основной камень жизни человеческой.
     Кабинет обставил хорошей мебелью, как когда-то мечтал. Конечно, главное – большой письменный стол и настольная лампа  с зелёным абажуром как у Булгакова. Задумал роман написать на основе прожитой жизни типа «друзья вспоминают минувшие дни и битвы, где вместе рубились они». Выложить всё, что пережил, сыграть, что не доиграл и осуществить свои мечты в придуманном мире, которые не сумел ….. по разным причинам.  Причем завершиться роман должен вполне оптимистично, то есть неизбежным «happy end». В этом смысле пример английской писательницы Джейн Остин привлекал Никиту. В знаменитом романе «Гордость и  предубеждение» она описала свою историю с той лишь разницей, что в реальности «happy end» не случился. Да, не все мечты сбылись, но Никита теперь не жалел, что они у него были.
     Прежде  нужно обставить кабинет, решил Никита, – обставил. Стол приобрёл добротный, тёмно-коричневый, двухтумбовый,  Несмотря на стол, роман не писался. Гулял каждый вечер вдоль забора по мощёной дорожке и думал, думал….  Почему не усадить себя писать? Какой-то опыт писательства имелся, если зачесть пару десятков статей в технических журналах в его советском прошлом, изданную десять лет назад небольшую книжку по лазерной обработке поверхности и пространную диссертацию. И дошла, наконец, банальная истина – есть большой фактический материал, есть воображение и уже сюжет просматривается. Нет на данный момент музы… Короче, ищите женщину.         По-научному, катализатор любого творчества. Когда-то он легко писал научные статьи – может быть потому легко, что хроническая  влюблённость в жену позволяла парить над хаосом в жизни и …. в голове.  Теперь же прошлое с каждым годом, прожитом без Тани, всё более отдалялось,  превращалось в миф и уже не питало Никиту эмоциями. Даже, если начать писать о прошлом, старых эмоций не хватит,  они всё равно нужны настоящие, сегодняшние. Иначе, заставив себя сесть за стол, ничего  не напишешь, а если и напишешь, то вряд ли это будут читать. Кажется, безнадёжное дело он задумал, однако разобраться с прошлым и тем самым очистить душу время пришло….
     Сколько лет он один? Почему бы не попробовать завести себе подругу – ну, не жениться, конечно. Такая идея даже в голову ему не приходила. Зачем лепить копию уже прожитой жизни – и не получится! Копия всегда хуже оригинала в понимании Никиты – в ней тоже может быть душа, но её так мало в копии. Ему точно не хватит. Он понимал, что миновал счастливый и неповторимый отрезок жизни. И всё же - если бы случилось подружиться, слегка влюбиться…. Потом поехать с этой воображаемой женщиной в длинное путешествие на машине - всё равно куда пока не надоест. «О, дорога, дорога! Сколько раз, как погибающий и тонущий, я хватался за тебя….». Останавливаться где-то, заезжать в маленькие города, ночевать в местных гостиницах, гулять в городских парках и по набережным в нашей российской глубинке – в Псковской, Новгородской. Он вспомнил – ведь  именно это когда-то очень хотела Таня, а ему было некогда, всегда некогда. В отпуске даже на неделю он  не мог отключиться – начинал писать, звонить на работу. А с работы звонили каждый день – замы, большие и малые начальники. Нужно было постоянное место, чтобы в случае чего быстро связаться или вернуться…. Спал с двумя телефонами – личным и рабочим. Спонтанно он только писал свои статьи, а поездки всегда тщательно планировал. Всё  заказывал, бронировал, соблюдал намеченный маршрут путешествий. Не было лёгкости бытия хотя бы в отпуске. Бедная моя Таня… Какая теперь досада. Не так просто, оказывается, уплыть из прошлого – вот, кажется оно уже совсем в тумане, но вдруг вылезает в мечтах о будущем. Всё же ехать куда-то (как и писать) надо с подругой. Нужен кто-то для такой поездки и для того, чтобы  вернувшись, сесть за  коричневой стол под лампу с зелёным абажуром….
  Итак, спустя четыре года после Тани он поднял взгляд от пола и стал смотреть по сторонам. Его приятели – те, кто сумел пережить жену (их было двое) давно завели себе подруг – молодух, как высказался один старый шапочный знакомый, а Никита всё достраивал коттедж… Наворотил там всякой автоматики, её работа делала жизнь в коттедже комфортной, но, как понял впоследствии Никита, только усиливала пустоту одинокого существования. Тем не менее, благоустройство дома поддерживало  связь с прошлой жизнью, в которой существовала Таня и их семейные планы.

Вот тот мир, где жили мы с тобою,
Ангел мой, ты видишь ли меня?
Ф.Тютчев

     Постепенно он полюбил дом как живое существо и даже, обходя его на прогулке, разговаривал с ним о всяких недоделках, обещая всё скоро исправить. Но не забывал и хвалить за удобства и комфорт, которыми с удовольствием пользовался, понимая, что мелкие радости теперь, в его возрасте, имеют большой смысл.
     Сначала поиск женщины показался Никите очень непростым делом. Он жил на коттеджном участке на окраине города,  нигде не бывал кроме своей почти заброшенной дачи. Да и дача уже ни к чему – завёл небольшой огородик рядом с домом для зелени и кабачков. Однако это дело случайно получилось. Стоит только начать думать о женщине, как она… может нарисоваться самым естественным образом, как этот…., ну не будем называть. Пока не будем…
     Он с детства любил фотографию, потому, закончив с работой, стал больше времени отдавать старому увлечению. Фотографировал дом в разных ракурсах, лес, птичек-синичек, кошечек-собачек, какие-то зимние пейзажи, занимался макросъёмкой жучков-червячков, но не было портретов, а он любил портреты. В кабинете на стене рядом с письменным столом висели портреты Тани – те из них, которые он тщательно отобрал из сотен снимков. В них удалось поймать любимое выражение её лица,  неповторимый никем взгляд её серых  глаз.  Ну, что ж…. Никита стал делать автопортреты. Потом поискал подходящий сайт для демонстрации своих фоторабот, однако сразу не  вполне разобрался. Сайт оказался не столько посвященным фотографированию, сколько сайтом знакомств, игр, тематических конкурсов  и прочих развлечений, которых здесь хватало кроме фотографии. Неожиданно ему стали писать женщины. В основном тётки его возраста – примитивно так писали: привет, познакомимся? Или того интереснее – привет, полагаю, мы должны познакомиться. Фотографии были «зафотошоплены» до неузнаваемости или  в основном десятилетней давности, о чём указывала дата их размещения. И ничего такого, тётки никак не стеснялись… Это Никита понять не мог, а они, конечно,  не догадывались, что женские фотографические портреты для него так много значат. Возможно,  в них он теперь пытался найти схожие черты с Таниными чертами. Или разглядеть свою внутреннюю женщину, на которую без сомнений была похожа только Таня. И никто другой никогда…
      Размышляя  во время прогулок по дорожке, он решил не отвечать на сообщения обитательниц весёлого сайта. И вообще на этом сайте всё было по Гоголю – «Всё обман, всё мечта, всё не то, чем кажется!». Большой обман начинается с малого обмана – как всегда серьёзно рассудил Никита. Позднее догадался, что и насчёт возраста врут…  на три-пять лет в минус обязательно. Он не стал разбираться в загадочной женской психологии, подверг сомнению комплименты его фотографиям и уже решил свалить в никуда, но получил сообщение от симпатичной блондинки. Её фотографии были размещены совсем недавно, что  как-то меняло отношение. «Добрый вечер, Никита! У Вас красивые фотографии. Я была бы рада с вами поговорить, если вы свободны и не против….».  Никита, не поверивший сразу в такое чудо, попросил ещё одно фото крупным планом – может быть даже надеялся, что женщина возмутится, и тогда всё в его жизни будет как прежде. Однако блондинка Ольга спокойно предложила поговорить в режиме видеосвязи: «Если у вас есть Ватсап, могу показать себя по видео». И показала…

                ***

    Его уединение нарушил старый приятель, с которым они давно не виделись. Сергей Васильевич часто болел, много лечился в последнее время, но после ухода жены завёл ту самую молодуху, с которой жил теперь в собственной  квартире. По информации от бывших коллег в последнее время женщина водила его машину, так как зрение у приятеля сильно упало. Однако на этот раз он был за рулём сам. Посидели,  поговорили, вспомнили, как в оборонке вместе работали. Как под занавес «плохой» советской жизни врагов проглядели - их считали дураками, а они оказались умными, то есть себе на уме….. Никита вообще многое из происходящего в общественной жизни считал малозначимыми пустяками, но «пустяки» связались в нечто важное и со временем превратились в очень разрушительные вещи. Впрочем, когда-то пустяками для Никиты было почти всё, что не касалось его работы. За разговором приняли по сто грамм виски, который принёс с собой Сергей.
- Ты всё бобылём, Таню забыть не можешь?- спросил приятель, когда уже наговорились про войну, про тревожную ситуацию в мире и предательскую прозападную «элиту» во власти. – Несмотря ни на что, Никита, продолжай жить. Таню не вернёшь, а женщина тебе нужна – ты, я думаю, в норме, если уж я ещё…..  Дом какой отстроил, хозяйка здесь нужна – комфорт, конечно, есть, но уюта нет. Так, мужская берлога. Слышишь, что я говорю, Никита?
- Слышу, слышу…. В принципе познакомился я здесь с одной через Интернет. Завтра встречаемся, - отвечал Никита.
- Ну, вот это правильно! Давай по двадцать грамм за это дело, за то, что мы с тобой ещё мужики…., хоть и советскими остаёмся. Такими нас воспитали, кстати, жёны наши тоже….
- Как ты живёшь со своей… любовницей или сожительницей, не знаю, как правильно назвать? – прервал Сергея Никита.
- Понимаешь, вроде бы всё хорошо было. Прямых наследников, как ты знаешь, у меня нет, я на неё завещание написал. А что делать? Для женщины в отношениях должен быть какой-то плод, представь себе, в любом возрасте. Совместные дети – давно мимо, некоторые заводят в доме собаку и вместе её воспитывают. Моя собственность – хороший для неё плод. Пусть теперь ждёт, пока он созреет…
Никита покачал головой и сказал: - Не знал, что ты такой стратег, но неприятно как-то…
- Да, ничего… Проживёшь ещё десять лет и будешь на многое плевать. Перестанешь за нажитое цепляться.  Освободишься, так сказать от верёвок… Я иногда Омара Хаяма стал почитывать, знаешь, очень помогает - "сокровища свои истрать пока ты жив...". Я, как видишь, уже практически истратил.
 Так вот… Смотрю, довольная ходит, хозяйничает, стала в квартиру кое-что покупать.  Приболел я прошлой осенью, пока операцию сделали, потом провалялся в больнице два месяца – подлечили. Вышел оттуда, прихожу домой – её нет. Потом стала появляться, но ночует не каждый день. Думаю что-то не так. Узнал  всё же через её подругу на  бывшей работе – загуляла моя Лиза с мигрантом, говорят, водителем  маршрутки. Поговорил с ней, мол, давай определяйся – он или я…. 
- Ну, и? – не выдержал Никита.
- Сказала, там развязалась. Плакала, просила прощения. Хотя…. я  пальцем её не тронул. Теперь с работы сразу домой. Даже в магазин я хожу.
- Как же ты можешь так жить, Сергей Васильевич? Ты не боишься, что, в конце концов, эта женщина превратит тебя в зайчика и съест? Выжмет из тебя всю энергию такими предательскими поступками, так сказать, несовместными с нормальными отношениями.
Сергей засмеялся шутке Никиты.
- Как, как…. Кому я нужен теперь с моими болячками. Машину водить боюсь, до тебя пару километров разве что могу, а на дачу уже нет. Она пока летает – у нас двадцать лет разница. Про завещание помнит, конечно. А про зайчика ты правильно сказал – постараюсь не забыть…
- Ладно. Твоё дело – я бы не смог…. , - сказал Никита и про себя подумал – дремучесть какая-то. Или мудрость, которая ему пока не доступна?
     Подвыпивший  Сергей уехал домой на такси, оставив свою «вольво» рядом с домом и Никиту, озадаченного  рассказом приятеля. Конечно Сергей старше почти на десять лет, но и  сам он уже пожилой мужчина – давление иногда беспокоит, и бывает, чувствует то там, то сям. Стоит ли ему связываться с женщиной? Он ведь привык к искренности и верности Тани, её жертвенности и заботе. А здесь какая-то чужая женщина… Можно ли ей доверять? Однако с его мужскими амбициями давно нужно что-то делать. Короче, надо попробовать с этим разобраться – с облегчением решил Никита.
     Если бы знал он, как это всё бывает в реальной жизни, и какими могут быть отношения с женщиной, то вряд ли поверил бы. Оказалось, что за границами семейной жизни, текущей из советского прошлого,  находятся эмоциональные джунгли, где главной задачей путешественника становится не только поиск заветной тропы для выхода, но и элементарное выживание. Там, в этих джунглях всё не так как на самом деле…..
     Через пару месяцев после  разговора  с Сергеем Никита увидит приятеля случайно в МФЦ и подслушает отрывок  разговора. «Ну, чего ты опять боишься? Тебе же так лучше будет!» - настаивала его подруга. Похоже, Сергей со своей близорукостью не заметил проходящего Никиту. Стало неприятно – куда же тянет эта молодуха своего постаревшего зайчика? Надо бы позвонить ему, но так и не позвонил… Не нашёл бы нужные убедительные слова.

2. Блондинка пенсионеру не положена?

     Кафе «Алион», второй этаж… Они сидят вдвоём за столиком, пьют кофе с миндальными пирожными, поглядывая друг на друга и в широкое арочное окно с видом на проспект. И говорят, говорят…. По профессии Ольга дизайнер-иллюстратор, она же вечный театрал и любитель всяких художественных выставок, включая фотографические. Наверно внимание к фото Никиты неслучайно – что-то понравилось в них. «Или во мне?» - думает Никита.  В её анкете в графе образование – несколько высших. Слегка подавленный  необычной эрудицией Ольги, он не стал уточнять  дипломы. Разговаривать интересно, даже приятно. Сама она одета, можно сказать, стильно – ухоженная женщина с хорошей фигурой. «Приятная полнота», как пишут про себя женщины в сети, её обошла, оставив свой след там, где надо оставить. И возраст, всего-то… Теоретически Никита мог бы быть ей папой – дурацкая мысль, но почему-то его радует…. по-мужски. «Пожалуй, привлекательная женщина, любопытно какая она….».
- Я вас утомил своими рассказами, но не сказал главное – в прошлом, кроме технического менеджера (как сейчас это называется), я был ещё немножко учёным. Проще говоря, технический менеджер с творческим уклоном. Писал научные статьи, а сейчас… Сейчас неожиданно захотелось написать прозу. Отсюда литературная тема в нашем разговоре.
- Нет, не утомили, мне интересно вас слушать, да и мой рассказ о выставке Брюллова вы тоже слушали с интересом – у нас, кажется, много общего, чему я очень рада… Вы не против ещё по чашечке кофе?
Он не против, да и встреча получилась интересная – «а, поговорить?» Никита считал важным делом в отношениях с женщиной. Секс занимает не так уж много времени в общении, а что потом? Неужели грядки на даче в соответствии с возрастом? Или бесконечные путешествия по развалинам и пляжам? Нет, конечно, не только это – без «поговорить» и общих целей отношения уйдут в никуда. Между тем, женщины, которые иногда возникали на горизонте Никиты как раз и отталкивали его пустотой, которую (по мнению Антона Павловича) не заменит красота. А секса без симпатии и удовольствия от общения Никита не хотел – не двадцать лет, можно и потерпеть.
     Потом они гуляли до Александровского сада, темой разговора была архитектура – здесь уже Никита был не силён, а его подруга и в этом, кажется, преуспела. Никита вдруг заметил, что их пространный разговор о шедеврах заводит Ольгу – у ней появился лёгкий румянец на лице, мягкость  во взгляде и ещё что-то… Обедали в чебуречной, затем зашли в «Спас на Крови», в котором оба давно не были. Незаметно день склонился к вечеру, и с этим надо было что-то делать….
     И вот уже они сидят на кухне у Ольги в квартире на Фонтанке… Стандартное занятие только что познакомившихся людей – бокалы с вином у каждого в руке и первые попытки перейти на «ты». Быстро получается на «ты» и даже поцелуй в щёчку по этому поводу. Однако разговор какой-то странный… про политику, который всё более начинает Никите не нравиться. Ольга критикует нашу власть, а вроде как в Евросоюзе премилая жизнь, но жить ей лучше в Питере. По ходу разговора выясняется, что первый муж у неё умер от тяжёлой болезни, а второй финн – в Финляндии он и проживает. После развода Ольга вернулась в Петербург, где эта самая квартира её дождалась. А где же дети?
- Есть такие, - отвечала Ольга. – Дочка от первого брака во Франции, сын в Финляндии в папиной фирме работает менеджером по продажам. Дети редко ко мне приезжают, а я часто там бываю…
- Там -  это где? – спросил Никита.
- Чаще всего в Финляндии, у мужа большой дом на побережье  рядом с Хельсинки.
- Так муж, как я понял, бывший, или нет?
- Да, бывший – мы в разводе, но я и дети часто у него гостим. Я  иногда месяц-два. Звонит мне почти каждый день, обычно как раз в это время. Так что не удивляйся, если мне придётся поговорить минут пятнадцать-двадцать.
     Никита не любил что-то личное выспрашивать, но видимо в нём уже просыпался писатель, и он решил подробнее выяснить про личную жизнь новой знакомой. В это время действительно в прихожей зазвонил телефон, Ольга улыбнулась и развела руками – мол, вот – я же говорила…
Из прихожей послышалась незнакомая речь, бывшие супруги разговаривали по-фински – почему-то Никите было неприятно, что он не понимал о чём.
     Поговорив, Ольга вернулась за стол слегка возбуждённой и, глотнув вина, предложила:
- Тебе где-то часа полтора до дома, так что оставайся у меня.
«Ну, Ольга – красавица!» - подумал Никита. «Решила обойтись без спектакля с соблазнением». Какая ему в принципе разница – какие у неё отношения с мужем.
- Поговорим ещё, - сказала она после того как Никита кивнул в ответ на её предложение остаться. –Потом я тебе постелю на диванчике в отдельной комнате. Там телевизор, компьютер, если захочешь в Интернет. Ты поздно ложишься? Я-то раньше одиннадцати не могу – с дочкой пообщаюсь, кое-кто ещё собирался позвонить….
После таких заявлений, Никита понял: что-то пошло не так. Однако Ольга предложила выпить ещё и спросила:
- А чем же ты занимаешься теперь, пенсионер? Работа в прошлом, дом достроил, дача – не твоё, говорил - даже кошку не завёл. У тебя после жены уже кто-то был?
Выдержав небольшую паузу, Никита ответил: - Ну…, было что-то сто пятьдесят лет назад.
На самом деле не было ничего, однако такое дело он счёл не солидным для зрелого активного мужчины, которым сейчас себя почувствовал. И добавил, чтобы не было расспросов:
- Ерунда… Уже ничего не помню. А что касается моих занятий – отдыхаю на пенсии. Заслужил культурно отдохнуть, как сказал мой сын.
Заметив неодобрительную лёгкую гримасу на лице Ольги, он тут же добавил:
- На самом деле много времени отнимает быт, поддержание дома в порядке, машина и даже прогулки. Потом чтение, кино – вот уже и вечер наступил. Чуть-чуть новости, немного подумать о завтра – день прошёл….
Ольга внимательно смотрела на Никиту изучающим взглядом. Предупредив её вопросы о том, что «было» сто пятьдесят лет назад, он спросил:
- Если возможно, несколько слов о твоих мужьях, и почему ушла от второго мужа. Ну, и всё такое прочее…
- Ладно, расскажу немного. Первый муж был художник, преподавал в академии – поженились, как говорят, по большой любви. Я была простой студенткой. Высот не достиг в профессии, мужчина без больших амбиций. Хороший и нескучный был человек – с ним можно было долго жить. Первые годы замужества были яркими, романтическими, но  и голодными. Внимательный, много красивых слов говорил – он умел, я чувствовала, что он меня любит даже после многих прожитых лет. Договориться с ним можно было всегда. Если поссоримся, я сразу предлагаю сесть и поговорить. После разговора всё становится на место. Он всегда краснел после разговора и уходил куда-то. Может быть, стыдился, что не то сказал мне. А потом вдруг заболел. Я его в Израиль возила, как могла пыталась вытащить, потом ухаживала за лежачим. Нашлась одна доктор – обещала за 100 тысяч подлечить мужа с помощью дорогих импортных таблеток. Ничего не помогло. Правда, половину суммы потом вернула, мол, не получилось. В последние месяцы муж почему-то постоянно молчал и смотрел на меня каким-то странным взглядом. Очень чувствительный был человек – художник…. Ой, что-то я тебе уже не то говорю.
      Никита слушал, не перебивая Ольгу вопросами. «Нет, это как раз то самое, что я хотел узнать»- подумал он. «Похоже, не хотел с женой скандалить. Сесть и поговорить – это значит принять её мнение». Кое-что на  тему «выноса мозга» Никита уже замечал в семьях знакомых - женщины это умеют делать. И проще сдаться в таком случае, чем помереть от инфаркта. Неожиданно он подумал, что в отношениях с женой и сам вёл себя как Ольга – говорил, а жена чаще не возражала. Возникли неприятные догадки…..
     Между тем, Ольга перешла к истории второго замужества….
- Познакомились в ресторане «Бахрома» - мы с подругой были. Я думала, что он русский, а оказался финн. По-русски почти ничего. Только Ойли, Ойли, а смотрел как кот голодный. Представительный мужчина, иногда щедрый, но конечно не настолько как мой первый муж Стёпа. После двадцати лет семейной рутины начал чудить и вдруг как-то быстро сдулся. Стал избегать, я даже подумала, что завёл себе любовницу. Свой бизнес, хотя внешность не идеальная, но богат и выглядит солидно – любая клюнет. В конце концов, он сам сказал, что устал и хочет жить один – это когда  сын уже в университете учился. Обещал помогать материально, и насчёт редких встреч был не против.  Дуру нашёл – эскортницу бесплатную. Однажды приехала летом, и он вечером пришёл ко мне в комнату с намерением залезть  в постель – мол, я - твой муж, ничего такого страшного. Послала его к чёрту и предупредила, что если повториться, то ноги моей у него не будет. Мне и в Питере хорошо, а если захочу - к дочке в Париж. А он пусть со своей финкой чухается, если ему надо так было…
Ольга запьянела и открыла ещё бутылку «Мерло». Вино явно было куплено не в «Ленте» – уходило хорошо и создавало атмосферу. Неожиданно Ольга поднялась и сказала:
- Это нормально, что у тебя уже было после жены. Кажется, я напилась… Ты посиди немного, сейчас тебе постелю. Ольга ушла, оставив Никиту в недоумении, но и в надежде, что продолжение возможно….
     - Целоваться на ночь будем? – спросил Никита, когда Ольга провела его в приготовленную комнату. Она замерла на какое-то время, но потом бодро подставила щёчку. – И всё, всё… Не обижайся Никита, хочу тебя предупредить – не надо приходить ко мне ночью. Дверь будет закрыта и вообще, я это проходила….
«А поговорить?» получилось на все сто…- с досадой подумал Никита. «Ты ведь такую женщину искал, Никита Александрович? Чтобы разговаривать умела, а обнимания – как-то сами собой прилагаются». Утром – домой! - решает он.
     Утро было вежливое, завтрак сносный, кофе крепкий. Слегка удивлённая его побегом Ольга проводила Никиту  до метро. Расстались так себе – ни о чём…
     Потом прошло два дня взаимного игнора, и вот её звонок… За прошедшее время Никита вспомнил о пользе самоиронии и уверенности в себе, он был готов к разговору.
- Ты не очень занят? Как настроение? – спросила она. В голосе Никита не почувствовал недовольства.
- Нет, не очень. И сам хотел позвонить, - добавил он, хотя уже не собирался.
Поговорили  о чём-то не существенном, но так или иначе надо было решать о продолжении знакомства. Он склонялся к неопределённому окончанию разговора, типа – хорошего дня, я позвоню. Неожиданно Ольга «подняла градус»: - Я могу тебе задать вопрос?
- Ну, да. Люблю вопросы от красивых блондинок, - неловко пошутил Никита.
- У меня серьёзный вопрос… Для меня очень серьёзный. Как бы тебе сказать, чтобы не оттолкнуть совсем – мне бы этого не хотелось.
Никита молча ждал…
- Знаешь…. Ты, конечно, знаешь, что в жизни бывают непростые ситуации. Как ты считаешь, прежде чем начать новые отношения, нужно ведь закончить предыдущие? Это же правильно?
- Более чем…, -ответил Никита, начиная догадываться.
- Мне бы не хотелось тебя терять, но мои отношения с мужем ещё не совсем закончены. В то же время, начиная новые отношения, я хочу быть уверенной, что для тебя это не просто лёгкая интрижка. Что ты  мне скажешь?
«Какой бред…..» -подумал он. «Симпатичная дама, а с головкой не то. И хорошо, что это так быстро проявилось. А могли бы геометрическую фигуру нарисовать, где он, Никита, лишь один из углов. Ну, эмоциональный треугольник ещё можно как-то пережить, а биологический – нам это точно не надо!».
- Никита, ты молчишь?
А как  её теперь аккуратно послать? И ведь на дуру была не похожа…
- Думаю… Думаю, что тебе надо сейчас отказаться и от меня и от мужа. Пожить одной полгодика, а там видно будет -  кто-нибудь новый нарисуется, кому ты такие вопросы не будешь задавать.
- Ты меня не понимаешь – я столько вложила в мужа, любила его. И сейчас ещё наверно люблю. Но он  не оценил меня. Кажется, ушёл даже не к другой женщине, а просто… Точно не знаю. Не так это всё просто для меня.
- Ольга, я примерно понял. Давай закончим нашу историю – разбирайся с мужем сама, а я не участвую в треугольниках и прочих многоугольниках!
- Подожди, но дружить мы ведь можем?
- Нет, не можем. Я не гожусь для френдзоны, для эмоциональной помойки. Слишком ценю физическую любовь. И в дружбу между женщиной и мужчиной не верю и не хочу. Ты меня поняла?
Ольга некоторое время не отвечала.
- Ты меня поняла, Ольга? - повторил вопрос Никита.
Ольга молчала…
- Ты здесь?
- Я поняла, а вот ты не способен понять женское сердце. Зря я тебе всё рассказала. Тебе бы только…
- Давай прекратим этот бесполезный разговор. Думаю тебе нужно взять паузу и пожить одной, - подвёл итог Никита.
- У тебя, Никита, совсем нет опыта с женщинами. Прёшь как бульдозер, а мне нужны слова. Вот мой бывший муж….
- Всё на этом! Никита устал от бессмысленного разговора.
- Ну, хорошо, я решу твои проблемы. Приглашай в гости…., - неожиданно выдала Ольга.
- Очень тебя прошу, не звони мне больше, - рассердился Никита.
- Постараюсь…..
«Дурацкий разговор! Спасибо, что призналась в отношениях с бывшим.  Спит с ним конечно, а ищет замену. Но боится прогадать. Чёртова баба! Надо скорее  забыть эту историю.

                ***

     Очевидно, в любой жизни есть свой порядок, свой ритм, согласно которому что-то в ней начинает происходить – хорошее или плохое. Есть годы удачные и неудачные, а уж дни…. Однажды случился такой удачный день, который принёс Никите сразу два события: первое – очень неожиданное, нежданное, но очень-очень важное для него. Утром пришло письмо по электронной почте от издательства, в котором была издана монография. Вдруг предложили переиздать, готовы выслать договор на прежних условиях – ни то, ни сё… Но условия совсем не важны для Никиты, главное, что самому не надо платить за издание, а издательство даже «накапает» немного деньжат после реализации тиража. Стоило, конечно, немедленно согласиться, однако Никита предложил главному редактору переработать текст, внести новый материал, который постоянно накапливался за последние годы несмотря, что практическая работа была давно кончена. Неожиданно главред согласился, посетовав сначала на необходимость дополнительных затрат на новый макет книги и дизайн, и…., но готовы издать. Мол, промышленность, оборонка поднимается, технологов в институте  учат – книга пойдёт.  Никита вспомнил сразу два высказывания: Бунина – всякая рукопись непременно дождётся, когда её напечатают и Булгакова - в каретах будете ездить…. Вот не переиздавали десять лет, а тут, пожалуйте, договорчик извольте. Насчёт последнего – перебор, а вот переиздание  уже переводит его как инженера в разряд основоположников. Неожиданная плюшка… И это через десять лет после первого издания или даже одиннадцать. Сразу вылетела из головы неудачная блондинка – Никита сел за стол в своём кабинете, окинул взглядом его поверхность, взглянул на Танин портрет напротив, подмигнул ей и застучал по клавишам, внося важные, такие очень важные дополнения в его книгу. К вечеру он уже вспомнил про роман, который задумал написать о своей жизни. Вот теперь…, почему нет? Теперь у него есть моральное право писать что-то близкое к своей биографии. Походив вокруг дома и полюбовавшись вдоволь его треугольными, бескомпромиссными формами, Никита рассмеялся нахлынувшему    на него чувству собственной важности и тут же вынес себе  банальный вердикт – человек слаб, т.е.  повёлся на иллюзию, которая называется «жизнь удалась».
    Он тут же уже вполне хладнокровно решил книгу доработать и тем самым поставить последнюю точку в своей профессиональной карьере. Роман начать писать сразу после выхода книги, что, вероятно, даст ему необходимую энергию и амбиции. Как бы в подтверждение  вывода,  сделанного  о своей слабости, Никита вскоре отступил от принятого на днях решения не дружить с Ольгой. Тогда ему подумалось, что книга и женщина это явления одного порядка… Для него, по крайней мере.
     Она позвонила к вечеру и снова попыталась объясниться:
- Я, кажется, тебя запутала. Извини. На самом деле всё совсем не так – это я ушла от мужа. И никаких интимных отношений уже давно не было, что тебя так волнует. Вообще, это такая история… Была бы я писателем, что-нибудь написала бы, но мне трудно выразить словами.
- Ну, а я здесь причём? – спросил Никита.
- Притом…. Мне с тобой было интересно, и ты меня поймёшь. Я не хочу тебя терять, а у нас теперь совсем ноль – такого у меня ещё не было. Про отношения с мужем ты пока меня не понял – давай встретимся. Я тебе всё объясню….
Никита молчал – в нём боролась плоть и амбиции.
- Давай опять в кафе – эта встреча ни тебя, ни меня не к чему не обязывает. Мы просто поговорим… и тогда решим.
«Ей надо за кого-то зацепиться – вот и всё» - подумал Никита. «Думает, что я помогу ей изгнать дух мужа из её жизни, заодно и поплачет на моём плече. Мне это надо?». С другой стороны он почувствовал какую-то общую решимость и отвязанность после сообщения о переиздании его книги. Хотелось ещё поднять градус….
- Ты предлагала приехать ко мне в гости и даже решить проблемы. Не передумала?- обозначил свой интерес Никита.
- Может всё же в кафе…., - слабо возразила Ольга.
- Ладно, приеду… завтра, говори адрес - сказала она в ответ на молчание Никиты.
«Живёт в аквариуме – совсем одиночество достало» - предположил он.
     Полдень, конец августа, солнечная приятная погода…. Показав дом внутри, Никита пригласил Ольгу прогуляться по участку – он очень любил смотреть на дом со стороны, любил его формы и цвета, в которые были выкрашены стены, фронтоны, крыша, терраса. Это более всего тёмно-коричневый, затем бежевый в меру, был даже ультрамарин – немного. Большие окна из толстого стекла в форме трапеций. Маленький пруд перед домом, обложенный камнем, с дорожкой к нему, украшенной фонариками. Никита рассчитывал, что Ольге всё это понравится, как нравилось ему – такое не может не понравится…
- Ты, знаешь, - сказала она, -- у мужа шикарный дом на  заливе. Слишком много комнат, удобно, красиво, конечно, но холодной красотой. Я бы даже сказала – стандартной красотой дорогого жилья. Таких домов много в том районе….     У тебя …. У тебя дом – твой автопортрет, - засмеялась Ольга. – А вообще мне дом нравится. Тебе, я думаю, очень хорошо жить в этом доме – заметно, что ты его любишь.
«Она меня поняла» - подумал Никита, - и не так всё оказывается плохо может быть с этой женщиной. Хотя её мелкая ложь об отношениях с мужем с самого начала ему неприятна…
- Одно замечание – совсем нет цветов. И дома и возле дома – нигде нет. Хочешь, я тебе сделаю план, где их разместить? Могу даже нарисовать клумбы, выбрать цветы. Расставить по комнатам…

                ***

     Они пили кофе на террасе, говорили о картинах Вермеера в кабинете Никиты. Как ни странно для всесторонней Ольги, она совсем не была знакома с этими  картинами, хотя знала, что был такой художник Ян Вермеер – это всё. И здесь Никита с удовольствием объяснял, за что он полюбил его картины.
 Неожиданно Ольга переменила тему: - Я хочу рассказать тебе свою историю. Прошу, выслушай меня, не перебивая – ты умный. Мне кажется, ты должен понять. Я ещё никому не рассказывала. Некому рассказать – дети… Дети и слушать не станут, да и не удобно об этом.  Подруг потеряла, когда уехала в Финляндию. Муж не любил, чтобы кто-то приезжал в гости. Пока сына растила, ещё как-то была при деле, потом сон какой-то напал. Поздно, но поняла, что просыпаю свою жизнь. И реально начала спать больше – и вставать не хотелось. Читать тоже перестала. Гости к мужу заходили – зевота нападала. Хотелось спать, спать…. К дочке муж отпускал пару раз в год, а в Петербург ни за что! Несмотря на финское гендерное равенство. Потом стало ясно почему так…  И, понимаешь, однажды всё оказалось не нужно. Ни дом, ни катер, ни машина – красный любимый Пежо, ничего…. А ведь сначала очень любила Антти. Он совсем был не похож на моего первого мужа Стёпу. Высокий,  всегда собранный, подтянутый, с улыбкой,  вежливый, обязательный, сдержанный. На лицо не то чтобы некрасивый – обычный.  На удивление пил немного – иногда вечером виски. Стёпа …, тот бывал  на грани запоя. Слов от него очень мало, почти не было, но я видела что любит. Был более расчётливый, жесткий прагматик в бизнесе.  Неревнивый или очень скрытный в этом, я привыкла к нему и особенно первые годы старалась  понравиться. Хотела, чтобы он оттаял и стал в чём-то похожим на моего Стёпу. Тщетно. Уют, романтические ужины…. , как в России. Но потом прекратила – Антти это было не  надо.  Обижалась…. Неприхотлив в еде, готов помочь по дому. Правда, когда сын учился, домработница приходила – мне самой делать было нечего. Он очень хороший отец, заботливый…. Материальных проблем не знала…
У Ольги заблестели глаза. – Никита, ничего, если я попрошу тебя ещё кофе?
Он сходил за кофе на кухню, когда вернулся, Ольга сказала: - Потерпи ладно? Я  тебе очень благодарна за твоё приглашение и что слушаешь меня. А там будет, что будет…
- Ты что имеешь ввиду? - спросил Никита.
- А, это так…. Если надоем, вечером я уеду. Наверно слишком подробно я о муже…
- Продолжай, раз уж начала, - сказал Никита. Обниматься ему с Ольгой уже не хотелось. И как он вообще влип в такую историю? Ведь решил закончить с ней, а получилось… Может в писатели меня готовят?
-  Дальше будет интересней, - предупредила Ольга.
- Оля давай сначала пообедаем, у меня вино и пицца…
За вином отвлеклись на итальянскую кухню, из которой кое-что  он пытался освоить, но по напряженному взгляду Никита понял,  надо дать возможность Ольге закончить историю.
- Короче, работала два дня в неделю переводчиком с английского на финский, а дальше делать нечего. Сходить там особо некуда и не интересно для меня. Чёртов холод зимой в доме. Антти всё время на работе, часто в Бельгию уезжал по делам. Взвыла я, в конце концов, попыталась с ним поговорить, отпроситься на пару недель в Питер. Но, нет… Стоял, как скала. Во всём и всегда шёл навстречу, даже частично финансами я распоряжалась. Ничего делать особо не заставлял, а здесь упёрся. Потом поняла – боится, что в России останусь. Мы уже зарегистрировали давно брак, до регистрации год жили гражданским браком. Потом Армас родился – расписались… у них там.
     Начала я истерить… каждый день. Думала, достану его этим. Финны вынос мозга вообще терпеть не могут. Наши мужики хотя бы иногда терпеть согласны, а они совсем не способны. В результате виски каждый день – помногу стал пить. И… спать стали отдельно. Не получалось у него ничего, извини за подробность. Наступил край, а что делать не знала. Жалко его стало, вроде бы ему хочется чего-то, но никак. И с тех пор никак, а ты меня в чём-то подозреваешь. Вместо секса этот чёртов велосипед, на котором там все помешаны.
Ольга выпила подряд два бокала вина – сознательно, скорее всего, что бы выговориться до дна. Вдруг засмеялась…
- Понимаешь, он мне как-то предложил голыми ходить по квартире. Ну, чтобы получилось…  И, представляешь, ходили. Только опять ничего.
- Я напилась, да? Думай про меня что хочешь, только плохо мне было и сейчас плохо…  А пицца у тебя вкусная, налей мне…
Никита молча налил вина и подумал: «Принести ещё бутылку и напоить, чтобы уснула и забыла всё. Иначе ей потом стыдно будет.
- Я так отвыкла от мужчины… Вот сейчас думаю, придётся с тобой как обещала. Раздеваться надо… Смешно. Раньше мне всего хотелось, а теперь всё равно – я как жить не знаю – я потерялась, представляешь?
- Оля, может быть тебе отдохнуть часок, потом прогуляемся.
- Ни фига! Ты ещё самого интересного не знаешь!
Задумала я сбежать от него в Питер. Граница закрыта, но на пароме в Таллин можно, а дальше …. В Россию! Начала готовиться – документы, маршрут и всё такое… Но не решится было. И вот как специально однажды посмотрела старый французский фильм. А там похожая чем-то история с побегом. Муж как будто стал что-то подозревать, повёл меня в ресторан, что в последние годы совсем не случалось. Я предложила на моём Пежо поехать, мол, выпьешь там много - нельзя за руль. Поехали в прибрежный ресторан неподалеку…   Я понимала, что теперь будет. Заранее собрала вещи дома, документы, евро. Карты бесполезно брать в Россию, но я взяла свою – в Таллине  обменять евро на  рубли.
      Никита налил себе вина из новой бутылки и неуверенно добавил чуть в бокал Ольги. Слушая её, он подумал, что в принципе женщина помимо всего приятного для мужчины несёт какую-нибудь проблему. Она сама и есть проблема. Вспомнилась история с Сергеем Васильевичем – это вообще …  Пришло на ум не литературное слово.
 - Вышла я на минутку из-за стола, как  бы в туалет, а сама в Пежо и домой. Схватила сумку и… Билет купила на паром онлайн. Как во сне… И энергию такую почувствовала, даже в Таллине отдыхать не стала – ехала и ехала. И вот я в моём любимом Питере. Сыну и дочке ещё из Таллина написала. Потом мужу написала длинное письмо.
- А зачем было бежать таким странным образом из ресторана, можно было просто уехать в любой день пока муж на работе? – спросил Никита.
- Сначала и я не поняла зачем… Потом поняла, что начала ненавидеть Антти за его финскую упёртость и недалёкость. Что не чувствует он меня. Что я его себе придумала когда-то. Не виноват он, конечно, ни в чём – и что с финна взять. Вот Стёпа был не такой.  И ты меня сейчас не совсем понимаешь, наверно, а он… Он…мой Стёпа…
     В молодости Никита получил совет от своего старшего товарища – жизнерадостного молдаванина Сашки, которым часто пользовался в те самые молодые… «Какую бы хрень женщина не несла – это не причина отказываться переспать с ней» - примерно так, но это всё же перевод, а на самом деле там были другие слова. Поэтому, видимо, совет и запомнился. И сейчас он как раз к месту.  И вдруг Никита ясно понял, что надо сделать. Иначе ему придётся ещё какое-то время слушать эту фигню про то, как у этой ещё привлекательной блондинки в бардовом платье с глубоким вырезом жизнь в Финляндии не удалась. Сначала она не удалась в России, потом там, а теперь у неё происходит всё не так, как могло быть с ним. Сейчас она выговорится и уснёт прямо за столом, а утром уедет с видом побитой собаки. И всё этим закончится – она высказалась, наконец, а его видеть больше будет неприятно, может быть даже стыдно. А он, Никита, сыграл свою жалкую роль подружки. Нет!
- Пошли! - решительно сказал он Ольге и взял её за руку. Ольга пошла за ним следом. – А куда? – спросила она, поправляя другой рукой прическу.
- Наверх! С лестницы только не упади – предупредил он и крепко сжал её руку.

                ***

     Спал Никита всегда недолго и беспокойно, особенно в последнее время – почему-то всякие недомогания происходили ночью. Отчего-то появлялся озноб почти каждую ночь, потом сам пропадал на несколько месяцев. Но вдруг возвращался, чтобы портить сон. Чаще болел живот в определённые ночные часы, но к утру боль проходила. Однако повертеться в постели приходилось, чтобы найти какое-то положение для сна в эти беспокойные часы. Сейчас он проснулся оттого, что вдруг почувствовал свободное пространство рядом – это было привычно, но вызвало у него тревогу – что-то было не так. Оля? Он увидел её силуэт против окна, освещённого светом ночи.
- Я тебя разбудила? Вставала осторожно – извини…. Какая звёздная ночь – давно такого не видела. И звезды падают…. Как ты думаешь, звёзды падают к счастью…. или к чему они падают?
- Иди ко мне, я расскажу тебе про звёзды.
Ольга присела на край кровати.
- Уже и оделась – ты куда-то собралась? - спросил Никита.
- Вообще-то я хотела уехать, потом поняла, что мне не выбраться из дома – у двери мигает что-то. Да и ворота…
- А зачем это ночное бегство? Я тебя чем-то обидел?
- Да, не в тебе дело – кажется, я  наговорила много лишнего. На душе  непонятно – неприятно и легко… Просто хотелось давно с кем-нибудь поговорить. Понимаю, что тебе не интересны мои проблемы.
Никита вспомнил их разговор и противоречия между её первым рассказом в кафе и вчерашней версией её отношений с мужем. Похоже, она замужем?
- Раздевайся, - сказал Никита.
     Они пили кофе на кухне и разговаривали про цветы, которыми, по мнению Ольги,  стоит украсить комнаты и участок. В её глазах  Никита теперь заметил какую-то тревожность и почувствовал нежелание возвращаться к вчерашнему разговору, но он всё же спросил:
- Так ты не разведена до сих пор?
Ольга замерла на мгновение, посмотрела куда-то мимо Никиты и ответила:
- Это только формальность, фактически у меня нет отношений с мужем как с мужчиной. Только по делу…. Надеюсь, ты не забыл, что у нас с ним  есть сын?
Никита подумал, что обнимания с замужней женщиной он в принципе даже теоретически не допускал, хотя в прошлой жизни эта самая жизнь несколько раз проверяла его на соблазн. И вот – отношения с первой женщиной после Тани, которая замужем.  А верить Ольге, скорее всего, не стоит….
- Пожалуй, останусь. Я давно ничего вкусного не готовила, хочешь финскую уху, пирог с рыбой? Давай съездим в магазин. Это только сегодня, завтра с утра мне надо быть на работе….
«Ну, куда же теперь без Финляндии – муж, наверно, обожал ушицу» - подумал Никита, понимая, что мужской инстинкт может его в конце концов разозлить.
А Ольга неожиданно  повеселела и начала улыбаться….  Был действительно вкусный обед, прогулка по участку и обнимания. После чего она уехала домой, заявив, что  появились идеи по дизайну нового выпуска журнала, а завтра как раз совещание у главного редактора. Договорились, что вернётся завтра же  к вечеру.
     Кажется, блондинка удалась…., если не глубоко «копать», конечно.

3. «Нейтронная» Ольга.

      Прошло четыре месяца…. Пожалуй, это было самое счастливое время за  все годы без Тани. Никита по-прежнему часто вспоминал жену и по привычке мысленно разговаривал с ней, иногда это происходило во сне. Но Ольга всё же чем-то зацепила его. Он понимал – зацепила по-женски, нюансами в постели, сильными эмоциями, которые вернулись в его жизнь и наполнили её ощущениями физической любви. Душевная любовь по-прежнему принадлежала Тане, а физическая….. И он также понимал, что происходит, даже привык к ситуации, которую сначала счёл не вполне правильной. Ситуация отчасти напоминала ему сюжет американского фильма «Она», когда роман писателя Теодора случился с искусственным интеллектом, а реализация  его на физическом уровне происходила с реальной женщиной. Самое печальное в этой истории, что Ольга что-то чувствовала и  часто задавала вопросы. Спрашивала прямо в момент обниманий. Это Никиту сильно напрягало, но подруга, заметив его напряжение, продолжала настойчиво спрашивать. Например, зачем она нужна Никите. Пыталась вывести его на признания, что, впрочем, не имело успеха. Никита не мог даже притвориться, сыграть роль влюблённого мужчины. Хотя на самом деле Оля ему нравилась и как женщина и как подруга – с ней и «то» и «это» было интересно. Никита уважал, ухаживал, они проводили время за разговорами и просмотрами кино, вместе готовили на кухне, много гуляли по заснеженному посёлку. Решено было купить сначала лыжи, а к лету велосипеды. Вот только подобрать нужные слова у Никиты не получалось….
     Весной начались ночные налёты БПЛА на завод, который располагался в паре километров от коттеджного посёлка. Ночью они просыпались от взрывов – Оля боялась, переживала потом весь день. Приносила вечером чужие переживания и слухи с работы – это несколько отравляло жизнь. В бочке мёда ложка…., всегда появится. Так в этом мире давно устроено. Ей было физически страшно. После очередного налёта под утро Оле хотелось любви, яростных обниманий, которые удовлетворяли жажду продолжения жизни. После такой любви они уже не могли спать и обсуждали – нет, не близкую смерть, пролетающую почти над ними, а роман, начатый Никитой пару месяцев назад. Он читал ей фрагменты, написанные, когда Ольга была на работе. Это добавляло остроту ощущений и уводило Ольгу от физического страха, а Никиту от морального ущерба, который он испытывал от  пролетающих вражеских беспилотников. Они время от времени, не смотря на десятки сбитых,  достигали своей цели и сносили установки на заводе. Счастьем было, что из людей пока никто не был убит. Как это всё могло случиться? Можно было задать себе такой абсолютно бессмысленный вопрос. Но и ответ для Никиты был вполне очевидным – мы уже давно не Советский Союз. Скорее всего, для советского человека другие объяснения не понадобятся. И вообще лучше не думать об этом – уйти в любовь с Олей и в роман…..
      На его письменном столе лежали пять авторских экземпляров только что вышедшей книги. Тоже удовлетворение конечно – банально повторять, что книга для автора как появившийся на свет ребёнок. Но  это истинная правда…
     Во время одного из разговоров по телефону с главным редактором московского издательства Никита вдруг получил толчок на дальнейшее творчество.
- Ваша книга продаётся – ажиотажа нет, но покупают. Так что если есть ещё похожий материал, особенно по лазерам, советую писать. И попробуйте чуть полегче слог, чуть попроще. Хотя, это конечно не проза, где больше свободы автору….
     Предложение редактора обрадовало Никиту, однако планы были другие. Неожиданно пришла идея попросить совета. Издательство не выпускало художественную литературу, тем не менее, главный редактор опытный в писательском деле человек – из журналистов вышел.
- Алексей, задумал я написать роман. Представляю вашу улыбку, но  соскочить с научных текстов на прозу – для меня это точно полезно… может быть. Обдумываю книгу уже давно, ясно сложились отдельные главы, а в целом сюжет не складывается. Поэтому никак не могу начать. Не подскажете, как выбраться из этого окопа?
И Алексей Васильевич тут же подсказал…
- Понимаю вашу историю, как говорится, не вы один… А решение уже найдено, и найдено давно. Вот Антон Павлович советует: если не получается роман, надо сократить его до рассказа. И ещё кто-то сказал, что книгу надо не обдумывать, а писать. Просто сесть за письменный стол и начать писать…
     Анализируя потом разговор с Алексеем Васильевичем, Никита вдруг ясно понял, что надо делать. Главы задуманного романа следует писать как новеллы и не обязательно в хронологическом порядке, а в дальнейшем уловить их, несомненно, существующую связь друг с другом. У Толстого он читал, что герои романа поступают так, как не могут не поступать, поэтому они и выведут автора на определённый сюжет и помогут придать смысл книге. Всё это было несколько сложно, неопределённо, опять же надуманно, но позволяло Никите начать писать нечто, что должно когда-то превратиться в роман. Роман, составленный из новелл, возможно без чёткой хронологической связи…
     И сразу одновременно случилось: он начал писать новеллу, полетели беспилотники на нефтяной завод, ночи с Ольгой стали ярче, а дни с ней…. Дни, когда она не ездила на работу, приносили вынос мозга из-за её попыток чего-то от Никиты добиться. Он стал чувствовать, что не выдержит эти американские горки, несмотря на их ночи и утренние страстные обсуждения новелл, безусловно приносящие ему пользу как писателю. Уже явно угадывалась ревность Ольги к его прошлому и недовольство уровнем их отношений. Возможно, ей нужны были слова и эмоциональная зависимость Никиты – не имея подходящего опыта отношений в прошлом, Никита понял это не сразу. Когда понял, то удивился упорству, с каким Ольга пытается эмоционально его подчинить. Он почувствовал как что-то в нём медленно начало умирать от её нарастающего «нейтронного» разрушительного влияния. После того, как он прочитал  набросок новеллы  «Башня»,   недовольство Ольги вырвалось наружу…..
- Ты продолжаешь любить свою жену! Кто я для тебя тогда? И зачем мне всё это?
     Неожиданно Никите пришла идея, что женщина и книга для него – существа одного порядка. Отношения с ними, по крайней мере, до некоторого момента, неопределённы  и не могут быть им осознаны  в полной мере.

4. Башня.

     Я начинал семейную жизнь в крохотной «хрущёвке» у моей мамы. В проходной комнате спала  мама, а в маленькой спальне разместились мы с женой. Мне было 25, а жене 18 только исполнилось. Она была красавица и умница, вскоре закончила медучилище, а я амбициозный перспективный инженер и уже начальник техотдела на заводе. Была любовь, страсть, неплохая зарплата, большая материальная помощь от тёщи, довольной приобретением серьёзного зятя – ей было с кем сравнивать. Сразу же после свадьбы тёща купила нам машину – белые Жигули третьей модели, на которой мы ездили  в деревню каждые выходные за продуктами с её обширного хозяйства. Причём для неё снабжение нас продуктами было в приоритете, а тесть в этом деле слова не имел, работал кузнецом в совхозе и одновременно  пахал на  хозяйство, не разгибая спину. Правда, чтобы получить машину пришлось оформить тестя передовиком производства, чему он тоже не сопротивлялся. Зато многолетняя очередь на приобретение вожделенной для советского человека «копейки» была преодолена за три месяца (т.е. в следующем квартале). Но и тесть не остался в накладе, его неожиданно и дальше стали выдвигать… в президиум.
     Таким образом, у нас почти всё было, если бы не одно важное обстоятельство, которое нам сильно осложняло семейную жизнь с зашкаливающими, но законными для молодой супружеской пары желаниями. Любить друг друга было негде – места не было в нашей так называемой квартире, в ней даже одному человеку тесно. Кухню вообще невозможно сейчас представить – узкая короткая щель между туалетом и спальней. Но не в кухне дело, а как уже догадался читатель, в отдельной изолированной комнате для молодых супругов, точнее в её отсутствии. А если к этому прибавить и отсутствие водопровода, то, как говорится, тушите свет. Трудно предположить современному человеку, что думали наши вожди, когда строили по пятилетним планам такое жильё. Скорее всего, они точно знали, что секса  в советских семьях нет и  не должно быть, если кто-то думает иначе. Хотя есть мнение, что в то время  в народном хозяйстве денег не было на приличное жилище для советского человека. Склонен думать исходя из своего производственного опыта, что этой причиной всегда что-то объясняют, а деньги при большом желании можно найти. Тем более, что секс в советской семье всё же существовал, несмотря на передовую идеологию,  надо было как-то любить друг друга и заводить детей. И что же делать было мне в той конкретной ситуации? Не хотелось смущать маму и напрягать жену, но плоть требовала своё, не отступая ни на минуту. Я искал вариант переезда на работу в перспективный город, где высокими темпами строилось новое жильё. Моим условием (о котором пока знал только я) было получение квартиры сразу по устройству на работу. Это  почти фантастическое требование явно превышало мои возможности, и могло прийти в голову только наглому оптимисту. Для отдела кадров любого советского предприятия – неприемлемое требование ни в каком варианте. Тем более, что я был не доктором каких-нибудь важных наук, а простым инженером, случайно выскочившим в начальники – ни инженерного, ни руководящего опыта у меня не было. А что же было? Было ощущение полёта к какой-то важной цели, чувство перспективы и светлого завтра, если уж не скорого коммунизма, то скорой карьеры и семейного счастья. Жилищная проблема могла затянуться на годы, поэтому  стратегия была ясна – поскорее найти, уехать, получить. А что было делать с «этим» сейчас? Решение неожиданно нашла моя жена, моя умница Таня. И помощь свыше тоже отрицать нельзя.
    - Сегодня главный врач предложил мне перейти в наркологический кабинет. Он сам будет вести приёмы два часа в день. Ему нужна медсестра для организации кабинета. Как ты думаешь, Никита, мне соглашаться? – спросила Таня за ужином.
- Вряд ли… Зачем тебе эта вредная работа? И чем не устраивает  сидеть с терапевтом?
- Устраивает, но ты кое-что не знаешь….. Большее время я буду одна в кабинете и смогу пригласить тебя на свидание…. в обеденный перерыв.
- Это как? Я пытался оценить предложение – похоже, Таня шутит.
- А вот так…. Место для наркологии выделили в старой водонапорной башне – там сейчас архив. Нужно подняться по скрипучей лестнице, чтобы в него попасть.  Я там уже была – нам это подойдёт, - вполне серьёзно рассуждала Таня. - И расположена башня на краю территории больницы, но есть проход к ней со стороны дороги. Ты уедешь чуть раньше на обед, потом ко мне, после заедешь домой и быстро пообедаешь. Если кто-то вдруг пойдёт в кабинет, то об этом нас предупредит скрипучая лестница. Кстати, там есть обогреватель и водопровод….
     Глаза у Тани сияли. – Ну, как тебе мой план?
Действительно, как теперь выражаются, это был целый бизнес-план моей влюблённой жены, от которого невозможно отказаться. Так мы начали встречаться, и градус наших отношений из-за этих свиданий превысил уровень конфетно-букетного периода.
     Однако в этой истории было ещё одно действующее лицо, которое звали Анатолий Борисович Полубеев – главный врач нашей районной больницы. Про него в самом начале я совершенно  не подумал – оказалось зря…
     Однажды я заметил, что Таня стала часто вспоминать своего шефа в наших вечерних беседах. Мол, Анатолий Борисович – очень внимательный. У него такой голос бархатный, когда он разговаривает с пациентами. И он их лечит гипнозом. Все его так уважают…. Умный мужчина. В следующий раз – Анатолий Борисович утром заходил ко мне чаю попить, принёс краснодарский чай. Сам он, оказывается из Краснодара, приехал год назад на должность главного врача. Как я поняла, он вернётся туда после двух-трёх лет работы у нас. Там у него родители остались, и квартира записана за ним.
- Он женат?- спросил я.
- Да, его жена в отделении работает лечащим врачом. Мне она не понравилась – тощая и, по-моему, злая. Анатолий Борисович, сказал, что с женой вместе в школе учился.
    Такая дружба мне не понравилась, но я своё отношение не выразил, тем более, что свидания в «Вавилонской» башне продолжались. 7 марта Таня явилась с роскошным букетом из десятка белых роз, она была явно в приподнятом настроении и с ярким румянцем на щеках. Я приготовил к завтрашнему празднику букет только из пяти роз, но даже не это было неприятно.  Румянец…. Я видел такой у Тани в определённых обстоятельствах, но это было уже давно.
- Похоже, тебя твой Борисович, решил очаровать, - не стерпел я. – Уж не влюбилась ли ты, Таня, в твоего начальника. У нас на заводе такой случай был недавно, если помнишь. Если бы не покровитель в райкоме, вряд ли бы директор отвертелся от вставшей на защиту жены общественности. Как там   общественность в вашей больнице?
- Не смешно, Никита. И я уважаю Анатолия Борисовича – он очень умный и хороший человек, - возбуждённо отреагировал Таня.
Я разозлился… - Твой Борисыч не человек, а мужчина! И больше я в твою башню не приду. Борисыч наверно ходит на чаёк каждый день, а?
- Не каждый…, - растерянно отвечала жена. – И вообще, я тебе больше по работе ничего рассказывать не буду – ты всё неправильно понимаешь!   
- Что тут понимать – АБ ухаживает за тобой, а ты принимаешь его ухаживания! Кабинет, понимаешь, устроили… В нашей башне! Меня, что называется, понесло, а уйти некуда – на кухне мама ужин готовит, а комната по сути одна. И я решил пойти на улицу, посидеть на скамеечке и подумать. Тем более заметно потеплело сегодня. Завтра праздник 8 марта….
     На скамеечке сидела соседка с нижнего этажа Семёновна, которая знала меня с детства. – Как живёшь, Никита? Прибавление не планируете? - бесцеремонно спросила она. – Пора уже…
Я пожал плечами и пожалел, что сел на эту скамейку с соседкой. – Смотри, не затягивай с этим, а то уведут твою красавицу, даже женатые на неё облизываются, мой говорил. Какие вы мужики  охочие до женщин, вот нам бабам всё равно…
    Из подъезда вышла Таня в куртке с поднятым воротником и направилась к нам. Села рядом и положила голову мне на плечо. Заметив это, соседка поспешно встала. – Ну, вы тут подышите воздухом, да долго не сидите – холодно ещё,  а мне ужин готовить….
- Никита, давай не будем ссориться. Ведь ерунда же….
- Не ерунда! Скажи честно, понравился главврач?
Таня неожиданно улыбнулась и сказала: - Да, Анатолий Борисович видный мужчина и немного за мной ухаживает, но это ничего не значит для меня. Может быть, я еще слишком молодая, чтобы правильно отшить такого зрелого мужчину, но в одном я уверена – я тебя люблю. И ничего другого быть не может.
«Опять хвалит АБ, хоть и косвенно» – решил я. «Подумаешь, зрелый, а я ещё не зрелый». Дернул плечом. Таня убрала голову, потом обняла меня и, заглянув  в глаза, сказала:  - Хотела завтра…, ну ладно. Никита, а я беременна. Скоро я рожу тебе сыночка, как ты хотел. И он будет такой же умненький и красивый, как ты у меня….
     Вскоре свидания в башне прекратились, но она не исчезла из моей жизни  совсем….

                ***

    Роддом расположен недалеко от башни, поэтому я останавливался на прежнем месте и проходил мимо башни всякий раз, когда шёл за запиской в приёмную роддома. И всякий раз меня ждали несколько записок от Тани, которые сообщали  последние новости о ней и маленьком желанном сыночке. Иногда разрешали Тане выйти ко мне ненадолго, тогда мы обнимались – страстно и тихо.
    В каждой из записок после восторгов от узнавания  моих глазок, губок и описания всех прочих достоинств нашего сыночка,  ее пронзительный крик о любви.
     «Миленький, очень хочется к тебе…. Так хочется с тобой целоваться, целоваться, а пока только представляю, как это хорошо….Ты меня так обнял, что я от удовольствия закрыла глаза и голова закружилась. Никита, миленький, любименький, обнимай меня еще крепче… А если бы ты только знал, как я скучаю, как мне хочется тебя видеть. Вот и сегодня тебя долго не было, я вся перенервничала, ничего не хотелось, ни с  кем не разговаривала, зато и расплакалась, когда ты пришел…. Ты знаешь, вот говорят, ребенок появиться и отношения изменяться. Чепуха! Меня к тебе тянет еще больше, я чувствую, что ты мне стал еще роднее и ближе…».
     Когда я лежал один в нашей маленькой спальне, в соседней комнате спала моя мама, уставшая за смену в ресторане, я думал, думал…. Думал, что непременно сделает Таню и своих детей счастливыми. И начинать надо с жилья, но как? В мечтах я строил свою башню, где мы будем счастливы….


5. Финская гражданка.

     Весной Никита застеклил террасу на втором этаже,  теперь они с Ольгой там пили кофе по утрам и обсуждали  общие темы – его роман, который новеллами пробивался сквозь «туман», и журнал, для которого работала Оля. Фотография, иллюстрации и издательское дело со всеми подробностями были интересны Никите как писателю. Через эти подробности раскрывалась сама Ольга, её стиль и, безусловно, имеющийся талант иллюстратора. Никита даже начал читать книгу «Цвет в живописи», её недавно привезла Оля - к живописи и фотографии у него всегда присутствовал интерес. Однако  новеллы теперь вызывали у Оли не только любопытство, но и заметное раздражение - это стало сказываться на их отношениях. Никита не мог бросить писать, что он хотел написать (писатель пишет, как он дышит), а Ольга не могла небесстрастно читать. Тем более, главного героя Никита назвал своим именем, хотя объяснял, что он, как мужчина, не тождественен полностью герою и даже не тождественен автору. Получается,  это не совсем близкие субличности, совпадающие только временами  в какой-то степени. Такие сложности Ольга принимать не хотела. Однажды она сказала:
- Никита, наверно нам нужно взять паузу – я поживу отдельно в своей квартире. Потом меня дочка зовёт встретиться у папы в Хельсинки на пару недель. Я хочу уехать, и устала уже от сообщений о ночных налётах на область – всё время ждешь, что скоро и к нам опять прилетят.
- Ну, что ж… Езжай. Возможно, самолётики эти как раз и прилетают оттуда, куда ты поедешь. А муж твой наверняка русофоб и мечтает насолить России даже себе во вред. Ведь наш завод им раньше нефтепродукты поставлял, а теперь у них беда с нефтепродуктами. Так что возьми с собой канистру с бензином в качестве подарка из России.
- Какой ты злой, оказывается. Радуешься чужим проблемам. Нападать на свободную страну не надо было, тогда бы и границу для «вас» не закрыли. Теперь за шмотками питерцам некуда ездить – это «вам» во вред.
Дальше Ольга разразилась характеристиками наших больших руководителей.
- Какая же ты дура, Оля. Ты историю в школе изучала? Кто к нам всё время приходил, чтобы грабить – немцы, французы, да в принципе вся Европа. Варвары и разбойники, которые с помощью небратьев в очередной раз пытаются нас ограбить. А финны били из орудий по нашему Ленинграду и морили голодом его жителей. Теперь ты едешь на вражескую территорию, через которую летят эти смертоносные птички, разрушающие завод. Завод, поставлявший им дешевые нефтепродукты. Короче, привет твоему мужу-бизнесмену и русофобу. Счастливого отдыха в свободной стране, которую не бомбят….пока.
     Ольга сразу собралась и уехала. Ворота только попросила открыть. Когда собиралась, Никита молча наблюдал за сборами. Она забрала новый электрический чайник, который недавно купила, какие-то коврики с кухни и… новый совок с веником. Никите было жалко Ольгу, когда она обирала никчёмные вещи, приобретенные ей недавно для совместного быта. Если бы он писал совсем другой роман, в котором у героини хотя бы отчасти угадывались черты Ольги, а в отношениях их отношения, если бы Ольга чувствовала себя музой писателя, то…. Продолжались бы их ночи и дни, несмотря ни на какие беспилотники. Ей было бы также страшно, но пробудившаяся в ней с начала романа муза, наполняла бы её текущую жизнь смыслом. Ведь одно из качеств женщины-музы - жертвенность, есть ещё и верность. Это и смысл, и оправдание жизни в этом доме с Никитой и их обсуждений его романа.  А Никита писал не о ней, он писал о другой, с которой ему когда-то было хорошо. Это нельзя простить. И, кажется, уже ничего нельзя сделать.
     Он сел за стол на террасе, где только что они пили кофе, раскрыл ноутбук и написал заглавие новеллы: «Голубка». Теперь Ольга не мешала ему писать, как задумал….

6. Голубка.

Ты теперь далеко-далеко
В незнакомой стране…

Перефраз П. Лещенко


     Мы прожили с Таней  ровно сорок лет, не расставаясь на время более недели никогда – с любимыми не расставайтесь! Я был счастлив и понимал это, Таня была моё всё, и в этом была заложена мина, которая сработала сразу после её ухода. Я переживал несколько лет и знал, что это печальное состояние быстро не кончится. Жена мне часто снилась с подробностями – мы разговаривали о чём-то и обнимались. Когда мне было плохо без её ласки, она приходила во сне. Об этих снах можно написать отдельную повесть, я помню их почти все. Первое время боялся молиться в церкви за упокой, опасаясь, что сны прекратятся. И действительно так и происходило. Но молился….
     Однажды приснилось, что мы проснулись в своей постели солнечным утром, Таня сказала мне: «Я очень хорошо себя чувствую, мой милый». Потом она обнимала меня…. Яркий и цветной сон, который нельзя забыть.
     На сороковой день во сне Таня сказала: «Как я не хочу умирать!». «Так возьми себя в руки и не умирай»,- ответил я. Был солнечный  морозный день. Я вез мою Таню куда-то на саночках.   Может быть, я вез ее в астральный город  Ксавьера, где ей окажут помощь. 
     Через пару лет я стал думать, что надо как-то прекратить воспоминания и сны, и, вероятно, подсознательно стал искать недостатки в  нашей супружеской жизни и в самой Тане. Подсознание услужливо подсказало мне, что совсем уж счастливой жизни не бывает,  то, что я себе нарисовал – это всего лишь миф. Мол, легко любить и прощать ушедших. А прошлое также неопределённо, как и будущее – смотря, что мы выбираем. На ум приходили некоторые сомнения, в прошлом вытесненные  в подсознание, чтобы не нарушать моего представления об идеальности наших отношений. Теперь пришло время разобраться и с этим… Конечно, некоторые «странности» в поступках Тани не носили разрушительный характер для нашего брака. Они не шли в сравнение с такими тёмным женским делами, как показано, например, в фильме «Любовник» с Олегом Янковским. Пожалуй, всё это имело значение только для меня. Если бы рассказать кому-нибудь, то вряд ли сочли бы претензии достаточно серьёзными. Но рассказывать я и не собираюсь. Если раньше я поступки Таня оправдывал, старательно прятал «скелеты в шкафу» – мне было так нужно, то теперь ушла необходимость поддерживать миф наших отношений. И даже наоборот – надо было найти что-то, за что можно зацепиться и разорвать прочную связь с женой, которая продолжала существовать и теперь  мешала мне жить дальше.  Правда, сейчас, спустя многие годы,  я видел, что «странности», которые мне не нравились, возникали по причине её реакции на мою мужскую незрелость в то время. Однако мне невыгодно было думать таким образом.
     Додумавшись до столь гнусного способа избавления от переживаний, я действительно испытал облегчение и желание оглядеться по сторонам. Но по-прежнему продолжал часто ходить в церковь и молиться об усопшей жене, забывая попросить у ней прощение за всю эту «фигню». Таня не снилась мне больше, но…., кое-что произошло, превосходящее любые сны.
    Однажды (это было вскоре после Пасхи) я шёл по дороге к церкви и нёс в пакете остатки засохшего кулича, намереваясь покормить голубей. В обычном месте, где они кормились чем Бог послал, я не увидел привычной суетной картины. Остановился и решил покрошить кулич,  ожидая появления этих прожорливых птичек. Никто не прилетел….   
     Я уже убрал пакет с куличом в карман куртки и решил продолжить свой путь, но вдруг прилетела одна – это была голубка. Я понял по её размеру, маленькой головке на изящной шейке и скромному оперению. Она была тёмно-каштанового цвета (потом я вспомнил, что в похожий цвет красила волосы Таня) – такого цвета в местной тусовке голубей я не встречал раньше. К моему удовольствию голубка поклевала кулич, поглядывая на меня умным глазом. Мне она сразу понравилась. Засмотревшись на неё, я высыпал остатки кулича на прошлогоднюю траву и направился дальше. Что-то заставило меня оглянуться, и я увидел голубку, которая двигалась по середине тротуара в мою сторону. Меня это немного удивило, но я поспешил вперёд. Опять оглянулся – голубка сильно отстала, но продолжала идти по тротуару за мной. Я остановился… Голубка тоже остановилась – так мы постояли немного, а потом она улетел куда-то в сторону церкви. Вот странная птица….
     Маршрут моей ежедневной прогулки устроен так, что  проходит возле церкви. Проходя мимо я читаю «Отче наш…», а когда раздаётся колокольный звон могу постоять некоторое время, наслаждаясь им, чувствуя каждой клеткой своего тела божественную вибрацию. На следующий день я взял немного сухого печенья – вдруг появятся голуби, которых по неизвестной причине вчера не было. О странной голубке я как бы забыл… Покрошив печенье я не привлёк голубей, но опять прилетела она… Я что-то почувствовал и сказал ей просто: - Какая шустрая ты птичка. Птичка повела головкой в мою сторону, я невольно залюбовался ей.
- Да ты ещё и красавица, - произнёс я, и неожиданно вырвалось: - Совсем как была моя жена….
     Я пошёл дальше, вдруг услышал её воркование и оглянулся – голубка следовала за мной. Я подошёл к ней и присел на корточки – голубка не улетала. Я попытался дотронуться до неё – она сначала уклонилась, потом замерла, и мне удалось прикоснуться к её крылу. После этого она неожиданно улетела как вчера в сторону церкви.
     Будучи вполне осознанным человеком в плане всяких чудес, я всё же понял, что мне подан какой-то знак. Кем? И я решил зайти в церковь - как обычно  по свечке за упокой, кого уже потерял, и  за здравие близких. У распятия, когда просил за Таню, вспомнил свои нехорошие мысли и попросил у ней прощения. Добавил, обращаясь к Христу: Прости за мои недостойные мысли о жене своей. Прошу и молю Тебя, Господи, дай мне сил на протяжении всей жизни не переставать молиться об усопшей супруге и даже до конца моей жизни просить у Тебя, Судии всего мира, прощения моих и её грехов.
     На следующий день  я взял сахарное печенье для своей голубки и отправился на прогулку. Постояв немного на месте голубиной тусовки, я стал разбрасывать кусочки печенья – сразу налетели голуби и воробьи. Они опасливо подбегали за печеньем, проглотив, возвращались снова. В момент печенье было съедено. Я посмотрел в небо и обвёл глазами окрестности. Моей голубки не было….
     Теперь я думаю, что это было? Что за голубка прилетала ко мне по дороге к храму? И почему не прилетела снова? Ответов нет, но важны ли ответы? После этого странного происшествия и моего последующего посещения церкви что-то во мне изменилось. Пришла радость от произошедшего со мной, а печаль с каждым днём пошла на спад – как будто вновь я увидел уходящую вдаль ровную и светлую дорогу….

7. Двойная спираль.

   Продолжение…