Мира печального гость минутный. Федоров

В 1989г. архив А.М. Федорова  был передан в дар Фонду культуры СССР. В нем стихи и проза писателя, мемуары, 17 писем Бунина, письма А.И.Куприна, В.И. Немировича-Данченко, П.А. Нилуса, Е.Н. Чирикова и др. Принимая этот бесценный дар, академик Д.С.Лихачев заверил, что передача архива поможет возвращению в Россию имени А.М.Федорова, которое должно занять свое место в истории русской литературы. Увы, этого не произошло, поэт, воспевавший красоту и добро, не стал интересен.  Поэт остро ощущавший  кризис в литературе, необходимость перемен и вместе с тем противостоявший громко заявившему о себе декадентству.
***
Послушай, как звонят колокола
Издалека. Как тишина чутка.
Земля темна, а глубь небес светла
И так таинственно близка.

Послушай, как звонят колокола
Издалека. Прозрачна и легка,
В насторожённых ветках бродит мгла -
Предвестница весеннего тепла.

Послушай, как звонят колокола
Издалека. Звенит моя тоска
Предчувствием весны, и ожила
Моя душа, как подо льдом река.

Послушай, как звонят колокола
Издалека. Ни вздоха ветерка.
Ночь первую звезду свою зажгла.
Весна идёт. Жди первого цветка.


***
Шарманка за окном на улице поёт.
Моё окно открыто. Вечереет.
Туман с полей мне в комнату плывёт,
Весны дыханье ласковое веет.

Не знаю, почему дрожит моя рука.
Не знаю, почему в слезах моя щека.
Вот голову склонил я на руки. Глубоко
Взгрустнулось о тебе. А ты…
                ты так далёко!


***
Нет, не просите у певца
Могучих песен ободренья,
Когда вокруг него сердца
Изнемогают от мученья,

Когда, ни в чём не находя
Для чувств возвышенных исхода,
Толпа напрасно ждёт вождя,
Борцов напрасно ждёт свобода.

И не корите вы с тоской
Его в покорности бесплодной:
В страданьях он, как ключ с рекой,
С душой сливается народной.

И если стоном, полным мук,
Прорвётся песнь его из груди,
За вас рыдает он, как друг,
За вас, измученные люди!


В башкирской степи


1
Ковыль цветёт. Вся степь как бы седая,
Я еду вдаль… Куда ни посмотрю -
Везде простор без грани и без края,
И всё поёт, цветёт, благоухая,
Как гурию, приветствуя зарю.

Я опьянён. Иль вижу въяве диво?
Иль грезит степь былым передо мной?
Арабский конь промчался горделиво:
То Зюлькарнейн ведёт полки спесиво, -
Но мирный скиф отхлынул пред войной.

Войска прошли. Опять игра тумана:
Чудь… Половцы… Биармии орда…
Как сонмы туч, как волны океана,
Колышутся обозы Тамерлана,
Звенят мечи, кровь льётся, как вода.

Кричат орлы. Зловещий ворон стонет…
Туман исчез, и даль опять светла.
Но кто там вновь? Иль ветер тучу гонит?
Иль снова степь кого-нибудь хоронит?
То Русь идёт… Гудят колокола…

Очнулся я… Волшебств исчезла сила.
Передо мной беспечно степь цветёт.
Немой курган, безвестная могила…
Лишь о минувшей вольности уныло
Башкир-ямщик тоскует и поёт.
2
Какая даль! Какой простор!
В степи, как в небе, тонет взор,
И мысль летит за ним вослед,
И ей нигде преграды нет.

Кругом зелёный океан.
На нём - волной застыл курган,
И всюду, пеной бурных вод,
Ковыль серебряный цветёт.

Порою, с ветром наравне,
Башкир промчится на коне…
Стада овец, обоза цепь,
Аул… А там - всё та же степь.

Всё та же ширь, всё та же даль,
Всё тех же рек живая сталь…

Здесь царство ясной тишины.
Здесь ложе северной весны!
3
Рассвет
От сияния победной
Алой утренней зари
Грустно меркнет месяц бледный,
Звёзд тускнеют янтари.

Ветерок летит, вздыхая,
Перед близостью утра,
И с зелёной степи, тая,
Поднимается чадра.

В красоте своей волшебной
Развернулась степь кругом,
Птичьих гимнов звон хвалебный
Пал на грудь её дождём,

И, дивясь великолепью
Каждой травки и цветка,
Точно лебеди, над степью
Серебристой встали цепью
Кочевые облака.
4
Полдень
Зноен полдень. Степь не дышит.
   Влаги ждёт земля.
Сонный ветер не колышет
   Пуха ковыля.

Неподвижно солнце встало
   В бледной синеве.
Кобылицы тупо, вяло
   Замерли в траве.

Смолкли птицы, прячась в гнёздах,
   Всё молчит без грёз.
Лишь звенит, струяся, воздух
   Тиканьем стрекоз;

Да кругами вольный кречет
   Правит свой полёт
Там, где солнце стрелы мечет
   С голубых высот.
5
Вечер
Посмотри: с горы отлогой,
Точно каменный обвал,
Пыль крутя, в аул убогий
Скот на отдых поскакал.

Топот, рёв, блеянье, крики,
Треск пастушьего кнута -
Всё слилося в хаос дикий,
Всюду шум и суета.

Скоро всё угомонится.
Блекнет вечер. Молкнет гул.
С звонким ржаньем кобылицы
Пронеслись в родной аул.

Наступает вечер мирный -
Семьи к ужину сошлись;
И, дымясь, струёю жирной
В вёдра прядает кумыс.
6
Ночь
Я вышел в степь. Одета тьмою,
Под звездоносною чалмою,
Спит, золотая, и не спит.
Всё слышит, видит и звенит

Ночным стозвучным дружным хором…
Над всем торжественным простором,
В густой траве, вблизи, вдали
Перепела, коростели

Перекликаются… Чуть дышит
Прохладой влажный ветерок
И травы сонные колышет…
Меланхоличен и далёк,

Звенит бубенчик серебристый,
И в уреме густой, душистой,
В каком-то странном забытьи,
Зовут к блаженству соловьи.
***
Душно… душно… Мне не спится,
Ночь, как я, без сна томится,
   И вздыхает,
   И считает
 Маятника стук.
Сердцу жутко от покоя.
Бредит мысль… Открыл окно я…
   Тишиною
   Неземною
 Всё полно вокруг.

Сад не дрогнет, не шелохнет,
Влаги ждёт, без влаги сохнет…
   Небо в тучах;
   И в пахучих
 Чашечках цветов
Ароматы притаились…
Точно все без слов молились,
   Чтоб живою
   Пал росою
 Дождь из облаков…

И неясный звук раздался.
То не с ветки ль лист сорвался?..
   Взволновался,
   Зашептался
 Густолистый сад.
Дождевые капли с неба,
Как с колосьев зёрна хлеба,
   Осыпаясь,
   Учащаясь,
 По листве стучат.

И какой-то шорох внятный,
Переливный, благодатный,
   Стройно, важно
   И протяжно
 Потянул в ветвях…
Будто вёл с землёю споры
И держал переговоры
   О небесных,
   О чудесных
 Тайнах и делах.

И под гул дождя ночного
Как-то весело и ново
   Мне мечталось
   И дышалось
 В мраке у окна,
И казалося, со мною
Речью мягкою, родною
   Говорила
   И сулила
 Счастие весна.

Чьи-то тени колыхались,
Чьи-то очи загорались,
   Вспоминались,
   Улыбались
 Милые черты…
Дождь прошёл… Душистый, свежий
Смолкнул сад… Всё тише, реже
   Трепетали
   И роняли
 Капельки листы.


***
Все мы - несчастные, все мы - заблудшие,
Тёмною ночью без света бродящие.
Грёзы, стремленья, желания лучшие -
Всё это призраки, вмиг проходящие.

Нам непонятны веления тайные,
Жизни земной предсказания смутные, -
Мы - только атомы жизни случайные,
Мира печального гости минутные.

***
Седые пейсы. Острый взгляд. Шейлок.
Неровными зубами терпеливо
Он развязал заветный узелок;
Таилось в нем сокровище на диво:
Жемчужина Персидского залива,
Богатства верный царственный залог.
Из мрака он на свет ее извлек
И сам, гордясь, любуется ревниво.
Дрожит устало старая ладонь.
На высохшей иззубрившейся коже
Жемчужина трепещет, как огонь.
Она живет и дышит. …
И, о Боже! Я слышу вздох: «Ужель меня хаввас
Достал со дна для этих хищных глаз…».