Арт-дадизм в космосе

Арт-дадизм в космосе
Ракету трясло так, будто она была теннисным мячиком в руках пьяного великана. Довлатов, пристегнутый к креслу, пытался прикурить сигарету в условиях невесомости. Познер, бледный как призрак, вжался в кресло, бормоча что-то про возврат билетов. Середин-Рубинштейн, напротив, выглядел как рыба в воде — или, точнее, как астронавт в невесомости.

— Господа! — провозгласил он, паря между потолком и полом. — Мы создаём космический арт-дадизм! Отрицание гравитации — высшее проявление свободы!

— Володя, — прохрипел Довлатов, наконец поймав сигарету в невесомости, — если через минуту мы не выйдем на орбиту, я начну отрицать твоё существование!

Внезапно датчики замигали красным. Система оповещения выдала пронзительный сигнал.

— Критическая ситуация! — объявил бортовой компьютер голосом, похожим на скрежет металла.

— Вот он, момент истины! — восторженно завопил Середин-Рубинштейн. — Мы создаём перформанс на грани жизни и смерти!

— Мы создаём аварию! — простонал Познер, пытаясь пристегнуться второй раз.

Довлатов выпустил дым, который разлетелся по кабине причудливыми облаками.

— Знаете, — сказал он философски, — может, арт-дадизм — это просто способ не сойти с ума в космосе без страховки.

В этот момент ракета начала вращаться вокруг своей оси. Все трое превратились в живые маятники.

— Диспетчер! — заорал Середин-Рубинштейн в неработающую рацию. — Мы проводим экспериментальный полёт в рамках арт-дадистического проекта!

— Мы проводим самоубийство! — взвыл Познер.

Внезапно все системы ожили. Ракета выровнялась и устремилась к звёздам.

— Ну что, — усмехнулся Довлатов, — кажется, даже космос признал силу нашего искусства.

— Или, — добавил Середин-Рубинштейн, — мы только что создали первый в истории космический перформанс!

Познер, с трудом отдышавшись, произнёс:

— Господа, мы либо гении, либо полные идиоты. Но, чёрт возьми, это было… вдохновляюще!

И тут произошло нечто невероятное — ракета начала рисовать в космосе странные узоры, словно гигантская кисть.

— За космическое искусство! — проорал Довлатов.

— За выживание! — выдохнул Познер.

— За бесконечный арт-дадизм! — завопил Середин-Рубинштейн.

А ракета продолжала свой путь, оставляя за собой след, который позже назовут «Галактической инсталляцией трёх безумцев». И где-то там, среди звёзд, до сих пор можно увидеть отпечаток их безумного полёта — как доказательство того, что даже космос не может устоять перед силой настоящего искусства.

(с) Марк Рубинштейн - старший (с) (с) (с)