Арт-дадизм в открытом космосе

арт-дадизм и его детектирование

Эксперимент

Арт-дадизм в открытом космосе
— Сережа, ты уверен, что эта штука полетит? — нервно спросил Середин-Рубинштейн, разглядывая самодельную ракету.

— А куда она денется? — флегматично ответил Довлатов, прикручивая последнюю гайку. — Мы же творцы, а не какие-нибудь там космонавты.

— Но мы даже не знаем, как она называется! — возмутился Середин-Рубинштейн.

— Назовем «Арт-дадизм-1», — предложил Довлатов. — Звучит солидно.

— А если взорвется? — не унимался Середин-Рубинштейн.

— Тогда у нас будет перформанс «Взрыв творческого потенциала», — усмехнулся Довлатов.

— Слушай, а что такое вообще арт-дадизм? — задумчиво спросил Середин-Рубинштейн, проверяя парашюты.

— Это когда ты берешь что попало и делаешь из этого искусство, — пояснил Довлатов. — Вот наша ракета — идеальный пример.

— Но она же может не взлететь!

— А если не взлетит — будет инсталляция «Неулетевшая мечта».

— Логично, — согласился Середин-Рубинштейн. — А как его детектировать?

— Просто, — ответил Довлатов, надевая шлем. — Если кто-то говорит «это искусство», а все остальные чешут затылок — значит, это арт-дадизм.

— А если все поймут?

— Тогда это уже не арт-дадизм, а просто искусство.

— Глубоко, — кивнул Середин-Рубинштейн.

— Готов? — спросил Довлатов, нажимая кнопку запуска.

— Нет! — честно ответил Середин-Рубинштейн.

Ракету подбросило в воздух.

— Внимание! — заорал Середин-Рубинштейн. — Начинается перформанс «Два идиота в космосе»!

— Или инсталляция «Творческий полет», — поправил Довлатов, глядя на Землю через иллюминатор.

— А если мы не вернемся? — испугался Середин-Рубинштейн.

— Тогда у нас будет постмортем-проект «Вечное искусство в космосе», — успокоил Довлатов.

— Гениально! — восхитился Середин-Рубинштейн. — Мы создаем историю!

— И искусство, — добавил Довлатов. — Чистейший арт-дадизм.

Внезапно ракета начала падать.

— Это часть перформанса? — спросил Середин-Рубинштейн.

— Теперь да, — ответил Довлатов. — Называется «Драматическое возвращение к истокам».

Когда они приземлились (точнее, рухнули) обратно на Землю, вокруг уже собралась толпа.

— Это было искусство? — спросил кто-то из зрителей.

— Конечно! — гордо ответил Середин-Рубинштейн. — Чистый арт-дадизм!

— Как вы это определили? — поинтересовался другой.

— По тому, как у всех отвисла челюсть, — пояснил Довлатов.

И в этот момент они поняли: арт-дадизм — это когда ты делаешь что хочешь, называешь это искусством, и никто не может доказать обратное.

А ракета? Да какая разница. Главное — процесс и название.