Время необратимо
Потом появились песочные часы, водяные, свечные. В тринадцатом веке люди уже осознали необходимость учитывать время, строить свою жизнь по определённым интервалам. Позже были изобретены пружинные, кварцевые часы. Люди научились ценить время, а оно, как известно, необратимо.
Будучи детьми, мы не замечали его течения: проснулся, позавтракл, провёл день в играх, а ночью ложились спать. Но уже с первого класса на течение времени наши взгляды изменились. Время занятий, уроки и перемены мы уже с нетерпением ждали.
Оно текло месяцами, неделями и часами. А иногда минуты спасали от двойки, если стоя у доски,не зная урока. Приходилось тянуть время до перемены. Правда, попытка дотянуть до перемены редко спасало нерадивых учениеов от двойки, но ингда этот номер проходил.
Порой мы сами тянем время, а иногда торопим. Ожидая кого-то мы хотим, чтобы быстрее пролетели минуты ожидания, а если минуты ожидания затягиваются, то мы готовы "бить копытами, чтобы эти тягостные минуты быстрей проходили. В зимнее время,когда возвращаешься с дачи всегда хочется выйти к платформе за несколько минут до прибытия электрички. Такая попытка съэконмить время ожидания прихода электрички зимой порой приводила к тому, что иногда просто не успеваешь. А потом приходилось целый час на морозе ждать следующую электричку.
Служба в армии в течении трёх лет научила меня по другому смотреть на время. В армейской жизни устав определяет время службы солдата. Вечером, после службы, ждёшь время, когда в роте будет подана команда-Отбой! и над головой дежурного по роте загорится синий ночной огнёк. А по утрам хочется, чтобы оно тянулось, как можно, медленнее. Стоя в карауле, с нетерпением ждёшь, когда пройдут два часа и придёт смена. И за сутки так меняешься четыре раза, ожидая время окончая караула
Зимой, на тактических занятиях, когда ноги в сапогах замерзают, думаешь, не только чтобы быстрее закончилось время занятий, но и считаешь минуты, до команды - бегом в автобус, после их окончания.
Три года тянулось время службы в армии. Подошло время демобилизации третьего года службы, "старики", отслужив положенный срок, уходили на гражданку. Мы становились солдатами второго года службы. Время шло, но впереди ещё было два года службы. Расписание служебных занятий, караульная, патрульная служба-всё по времени.
Через год мы уже стали "стариками", и с нетерпением ждали, когда закончится время нашей трёх годичной службы. Обычно осенью объявлялся приказ Министра обороны об увольнении солдат, отслуживших положенный срок в запас и об очередном призыве на службу в Советскую армию. Это был самый радостный день в роте. Время останавливалось. Каждый солдат и сержант третьего года службы жили мыслью о предстоящей демобилизации и с нетерпением ждали, когда наступит время покидать свою часть,где они прослужили три года и три месяца. Солдаты, участвовшие в съмках филма "Война и мир, в общей сложности служили три года и восемь месяцев. им повезло? Но зато они участвовали в баталиях.
Три года большой срок. Прибывшие в часть призывниками, за время службы мы становились мужчинами - солдатами, освоили основы воинской дисциплины, научились владеть оружием и в трудный час могли встать на защиту Родины. В армии по иному солдаты стали смотреть на жизнь, оценили армейскую дружбу, нашли настоящих товарищей.
Но в повседневной жизни роты случались и вещи, о которых не печаталось в газетах: "Красная звезда" и "Советский воин". Не знаю, выходят эти газеты сейчас? Но раньше, кроме этих газет в учебке ничего, не было, другой прессы солдаты не получали. Нередки были случаи воровства (Все три года службы, причём каждый год по одному) кто-то попадался на воровстве у своих товарищей.
Воровство было самым позорным явлением в нашей части. Возможно такие случаи были и в других ротах, но я об этом не знаю. Пойманных на воровстве, "учили" основательно. Причём виновных,- участников "кулачного боя", где воришка выполнял роль боксёрской груши,как правило никогда не находили. "А потерпевший", кроме синяков, до самой демобилизации, оставался в одиночестве А дружбу с ним считал позором. Получение синяков и ссадин он обычно объяснял случайным падением.
Давно уже были закуплены дембельные чемоданы, которые хранились в каптёрке,и даже гражданская одежда, приобретённая на последнем году службы отдельными солдатами. Москвичей в нашей роте были единицы, и купить что-то для себя, своих родных и близких, уезжающие после демобилизации солдаты,всегда хотели что-то привезти в подарок.
Но три года службы пролетели, пришло время и нашей демобилизации. В штабе мы получили проездные документы и почувствовали, что нас в части больше ничего не связывает. Свобода! Последнее построение на плацу. Солдаты второго года службы, они становились "стариками" с завистью смотрели на нас, демобилизованных. Но где-то в подсознании каждый чувствовал, он "старик" и над ним не будет тяготеть слово -молодой. Три года и три месяца многому нас научили. Последние слова командира части и пожелания наших командиров жить на гражданке так же чесно, как служили, и ворота КПП со скрипом закрылись за нами.
Я вспомнил всё это, когда сегодня, спустя шестьдесят лет, вновь посетил свою часть на Арбатецкой улице. Домов на ней не прибавилось. Все те же три дома, спуск к Мосве-реке, который сейчас закрыт и тропинка вдоль забора до КПП. Прохожу мимо одноэтажных домиков, где раньше размещался оркестр роты почётного караула по алее среди деревьев к бывшему КПП. Всё знакомо и близко, словно только вчера я ушёл.
Домики, длительное время пустовавшие и захиревшие, реставрировали. Они приобрели тот же вид и цвет, что были при нас.
Но вот КПП имело жалкий вид. Само помещение, где находился дежурный, сохранилось, как и ворота, через которыые проезжали автобусы. Погнутые местами, давно не крашенные, они не были похожи на прежние. Левее ворот старая постройка пострадала при пожаре и вид обгорелых перекрытий вызывал какую-то необъясимую жалость. Раньше здесь был образцовый порядок во всём. Правда часть территории уже была занята военными, её облагородили и она имела приличный вид, а не как год назад во время моего прошлого посещения.
Пройдя дальше, а зашёл на территорию гарнизонной гауптвахты. Она сохранилась, но к ней сделали пристройку. Одно этажные спаренные помещения, где сутки находился караул, снаружи не претерпели серьёзных изменений. Даже краска была та же, что и во время нашей службы. Забор, которым была опоясана гауптвахта, убрали. Открылся вид на Крутицкое подворье-дейстующую церковь. Во время нашей службы в нём находилась фабрика, где печатали почтовые марки.
Открытая площадка позволяла видеть Москву-реку. Она по прежнему несла свои мутные воды и протекала в своих берегах, но набережная была закрыта. Велись серьёзные капитальные работы по благоустройству набережной. Раньше мы могли свободно спускаться от КПП к Москве-реке,теперь же этот ров был завален.
Постояв несколко минут на площадке у гауптвахты, я с грустью вспоминал свою службу здесь. Первый караул, пост номер один на караульной вышке. Пост номер два- с тыльной стороны гауптвахты, где окна выходили на Москву-реку. Молодого солдата. который не выдержав трудностей службы, совершил суицид, находясь на этом посту. И ту бессонную ночь, когда это случилось во время моего дежурства по роте.
Перед глазами пронеслись лица друзей, моих земляков из Сибири. Одноэтажные постройки служебных омещений: нашей столовой, бывшего штаба и библиотеки, которых давно уже не было. После проложенного проспекта, сохранилось лишь четырёх этажное здание казармы. Здание обновили и оно имело приятный цвет после ремонта и реставрации. Я собирался сюда приехать с сослуживцем, с которым здесь служили, но он не смог. Возможно когда-нибудь мы вместе приедем сюда и вспомним нашу службу, армейские будни, своих командиров и то время шестидесятых, которое уже не повторится.
2025г. Ноябрь.
Свидетельство о публикации №225112902191