47 ступеней

Жизнь…
Что она из себя представляет?
Этот вопрос является очень сложным и многогранным. С чего она началась, откуда возникла, а главное, чем закончится? Каждый из нас уйдет, покинет мир, пройдя свой путь, и навсегда закроет за собой дверь. Будет это тихий уход или шумный — зависит от того, как прожил. Тебя запомнят, а может быть нет, ты будешь для кого-то примером, а для кого-то напротив. Но у каждого из нас есть то, что забрать не получиться.
Последние 47 ступеней.

— Мы идем? — спросил он у нее.
— Куда?
— Туда, где нас никогда не найдут, туда, где мы будем одни, где нам будет хорошо.
— Где же это? Куда мы пойдем?
— Возьми мою руку, я поведу.
Парень и девушка крепко взялись за руки, встречая закат на краю многоэтажки. На глазах у девушки находилась повязка, но это ей не мешало смотреть.
Они взглянули друг на друга.
— Я люблю тебя, — сказал он.
— Я тоже тебя люблю, милый.
И, вступив в неизвестность, они вспорхнули к небесам, подобно двум любящим голубкам…

КАК ВСЕ НАЧАЛОСЬ

— Смотри, она мне написала! — делился радостью с другом парень лет двадцати.
— Ну, давай, не прозевай ее.
— Конечно! Постараюсь, — улыбнулся он и опустил пальцы на сенсорную клавиатуру мобильника.
…Через пару недель он стоял на набережной, с волнительным предвкушением ожидая появления девушки. «Причесан, воротник поправлен, туфли начищены…» —  повторял парень снова и снова, пытаясь быть спокойным.
— Все хорошо, — проговорил он вслух и уставился на в небо.
— Привет, — необычайно ласковый голос раздался за спиной.
Он мгновенно обернулся и, чувствуя неловкость, улыбнулся.
— Привет, — поздоровался он. — Как ты незаметно подкралась…
— Хотела сделать сюрприз, — улыбнулась она. — А на что ты там смотрел так внимательно?
— Ни на что. Просто размышлял, — объяснил он. — Чудесно выглядишь.
— Спасибо. Ты тоже.
— Я? Да нет… Но спасибо.
Она взяла его под руку.
— Как же тут красиво… — протянула она.
— Да. Вот, это тебе, — он сорвал цветок на небольшой лужайке и дал ей. — Ты так же прекрасна, как он.
Она улыбнулась.
…День близился к концу. Молодые люди, обнявшись, сидели на лавочке и любовались красотой уходящего солнца.
— Мне хорошо с тобой, — тихо сказала она.
Они смотрели в глаза друг друга. Слова были излишни. Их губы медленно соприкоснулись…


КОГДА ПРИХОДЯТ БЕДЫ

— Почему?! — допытывался он.
— Так надо, — ответила она, заламывая себе руки. — Я люблю тебя, но так надо. Поверь мне.
— Нет! Объясни! Дело в твоих родителях? Они опять против наших встреч?
— Нет, нет!
— Тогда что?! Ответь мне!
— Я не могу. Прошу, не заставляй меня говорить почему! — взмолилась она.
— Нет, скажи!
Она закрыла ладонями плачущее лицо и выбежала из аудитории.
— Что случилось? — спросил обеспокоенный друг, услышав громкую речь. — Почему она плачет?
— Оставь, — махнул парень рукой. — Она сказала, что нам надо расстаться.
— Родители?
— Нет. Не из-за них!
— Тогда почему?
— Я тоже не знаю, она не сказала.
Он нервно заходил между столами аудитории, потом яростно стукнул кулаком в стену.
— Не убивайся так, — попытался утешить друг. — Пусть все утихомириться. Когда остынете, спокойно поговорите.
— Она сказала, что любит меня, но так надо!
— Так надо, — грустно вздохнул друг. — Ничего. Сядете и поговорите. Лучше всего завтра. Сейчас иди домой, отвлекись как-нибудь. Я провожу ее.
— Ты прав. Спасибо.
Он вышел из института и пошел через сеть проулков и гаражей, избегая людей и желая побыть в одиночестве. Сейчас в нем бушевал гнев. Не давала покоя недосказанность и тревога. Ну как она может так? В чем причина? Почему? Но раз за разом рассуждения заводили в тупик.
Он не заметил, как зашел в глухое место среди гаражей.
— Эй, пацан! — развязно позвал кто-то. — Есть сигареты?
Парень поднял голову. Слева от выхода сидели на корточках три, как было понятно, босяка. Тот, кто задал вопрос, отличался особенной неприязнью.
— Нет, — ответил парень и решил поскорей уйти.
— Дай полтинник, — потребовал тот же, навевающий отвращение, тип.
— Нет. — Парень остановился, ожидая всем существом начала схватки.
— Ты офигел? А если найдем?
— Попробуй, — угрожающе сказал парень и сжал кулак.
Нога метнулась вперед. Парень увернулся и стукнул нападающего в челюсть. Противник пошатнулся, но удержался на ногах. Он дотронулся до челюсти, смачно плюнул под ноги и вновь атаковал. Парень ушел от удара, отбил следующий. Вся скопившаяся ненависть вырывалась наружу: «Сначала любимая, теперь они!» Он был на пике возбуждения, но еще мог контролировать себя.
Два других противника одновременно кинулись в бой: один в ноги, другой — с серией ударов по лицу. Парень машинально ушел от нападения, заехал по колену первому, стукнул ногой в нос второму и в глаз третьему.
Парень тяжело дышал. Двое из нападавших ерзали по земле, злобно выкрикивая проклятья, третий лежал недвижно.
— Сука, ты сломал мне колено!
Парень огляделся и убежал прочь.

КОГДА ТАЙНОЕ СТАНОВИТСЯ ЯВЬЮ

— Идем, наша очередь, — сказал друг, подталкивая парня в кабинет магнитно-резонансной томографии.
— Ладно.
— Здравствуйте, — поздоровались они.
— Здравствуйте. На что жалуетесь?
— Знаете, у меня часто бывают головокружения. Терапевт направил меня сюда.
— Ложитесь, — врач указал парню на стол с огромным аппаратом.
Он волновался, но утешал себя мыслью, что ничего серьезного нет. Обычные головные боли, говорил он себе.
— Вставайте, — сказал врач, когда все закончилось, и застучал по клавишам.
Парень встал и увидел на экране монитора срез мозга. Он проходил эту процедуру впервые, и ему было очень интересно находиться здесь. Хотя мысленно убеждал себя в том, что лучше бы его тут никогда не было.
Меж тем врач вздохнул, рассматривая цветную область внутри экрана.
— Что-то не так? — неуверенно спросил парень.
— К сожалению, да. У вас… — он сделал паузу, внимательно вглядываясь в парня, — опухоль мозга.
Эти слова разорвали нависшее напряжение, но прозвучали подобно приговору и застыли в ушах.
— Опухоль? Как?.. — опустошенно спросил он.
— Видите, — врач указал на цветное пятно на снимке мозга, — это опухоль. Она еще мала. Первые признаки у вас только начались.
Парень понуро опустил голову. Друг положил руку ему на плечо:
— Крепись.
— Я отмечу вас, — врач взял бланк и вписал необходимые данные.
Парень рассеяно окинул взглядом стол, и тут его глаза наткнулись на карточку с именем его…  девушки.
— А это?.. —  врач проследил за взглядом и ответил на вопрос:
— Тоже, — кивнул он. — Только у нее тяжелая форма.
Парень ошарашенно замер.
Нет… Невозможно! Как?!
Тяжелая форма…

КОГДА РУШИТСЯ МИР

— Почему ты молчала? — упрекал ее друг. — Он с ума сходил от разрыва.
Она ничего не ответила.
— Он не находил себе места!
— Это только ради него, — объясняла она. — Я не хотела, чтобы ему было больно.
— Больно?! А какого ему было?! — возмутился друг.
— Но не так, если бы… — она опустила голову.
— Ты не права! Ты должна была ему сказать. Такие вещи следует переживать вдвоем. А так, ты и себя мучаешь, и его.
Она молчала и понимала, что друг прав.
— Но что теперь делать? — спросила она. — Пусть тогда все остается как есть. Он, может, поймет?
— Не поймет. Он… — не унимался друг. Он хотел было сказать, ЧТО явилось причиной посещения ими врача, но вовремя осекся. — Он любит тебя.
— Я его тоже люблю. И всегда любила, но так нельзя. Он должен смотреть в будущее.
— Ты — его будущее! Он никогда не забудет тебя.
Они помолчали некоторое время, затем она сказала:
— Я пойду к нему.
— Я провожу.
— Нет. Я должна сама. Где он?
— Дома.
…Она вышла из здания института и пошла по улице. Девушка не могла долго смотреть на счастливые пары, проходя мимо парка, поэтому свернула в небольшую безлюдную аллею. Как он воспринял? Что теперь скажет? Может не стоит ничего менять? Она мучительно думала, а ноги несли вперед. 
— Привет, — тихо сказала она.
— Заходи, — пригласил он, пропуская ее в квартиру.
— Я хотела…
— Не надо, — прервал он. — Я знаю. Почему ты мне сразу не сказала?
— Я не могла, — глаза ее увлажнились. — Я боялась. Прости меня!
— Все будет хорошо, — он прижал ее к себе.
Девушка уткнулась в плечо и тихо заплакала.
Он пытался сдержать слезы, но не смог. Она — его единственная. Его любовь! И вот-вот ее не станет.
— Давай прогуляемся, — успокоившись, сказал он.
…Они вышли из подъезда, держась за руки, и пошли по тротуару. Они наслаждались светом солнца, пением птиц и последними минутами отведенной жизни. Для них даже шум автомобилей казался чем-то особенным, великолепным. Это можно объяснить — люди, готовящиеся покинуть мир, каждый шорох улавливают тщательнейшим образом, как бы стараясь сохранить в памяти то, что находилось вблизи, но не замечалось, и унести с собой. Такими чувствами была наполнена девушка, ибо знала, что уйдет. Она, правда, не знала, что и парень также уйдет. Он не сказал, и не скажет. У нее и так много горестей, думал он, ни к чему их умножать. Он понимал, что его стадия — только начало, и, если что-либо предпринять, возможно, удастся избавиться от болезни. Но он этого не хотел. Он не хотел расставаться с любимой ни на секунду. Наверное, у него бы получилось с другими девушками создать отношения, но… эта мысль делала его бесчестным в собственных глазах. Да и любая жизнь без Нее — уже не жизнь. Может быть кто-то назовет его глупцом. Но, увы, это называется — Любовью. Чистой, преданной, беззаветной и нежной. Когда один взгляд, одна улыбка способны помочь в трудную минуту. Когда ты живешь ради любимого человека и ни за что на свете его не отпустишь.
Они шли, упоенные любовью и цветущей жизнью, и, казалось, ничто не может нарушить покой. Но внезапно раздался вой тормозов и из потрепанного «Мерседеса» выскочило три человека. Они накинулись на пару сзади.
Парень загородил девушку, но против биты ничего не мог сделать, и с поломанным предплечьем упал на землю. Нападающие дали пощечину девушке и закинули ее в машину, парня — в багажник. Автомобиль резко сорвался с места и с ревом унесся прочь.
Все случилось за считанные секунды. Немногочисленные прохожие не сразу оценили обстановку, но успели заметить модель автомобиля и некоторые приметы нападавших. Парень сразу узнал их. Когда-то на него напали трое среди гаражей… Двое из них были знакомы, водитель и четвертый парень — нет.
У парня оказался открытый перелом, кровь медленно сочилась, он стонал. Когда скрипнули тормоза, парня выволокли из багажника и понесли в недостроенное заброшенное здание. Его подняли по лестницам на второй этаж. Извивающуюся девушку сильно ударили по лицу и растянули на столе.
— По очереди, — бросил главный и повернулся к парню: — Эй! Слышишь, тварь? Мы оттрахаем твою девчонку и оставим ваши трупы гнить здесь.
— Только попробуй! — прорычал парень, пытаясь вырваться из рук одного нападавшего, но тщетно.
— Сейчас попробую! — усмехнулся босяк и кулаком ударил парня в лоб. — Ты, сука, убил нашего кента. За его жизнь ты ответишь.
Босяк развернулся и у стены взял какой-то предмет. Это была газовая горелка. Он ее зажег. Ревущее пламя вырвалось наружу и угрожающе заколыхалось.
— Нет, — кричала девушка, изливаясь слезами, — не надо!
Но насильники держали ее крепко, стараясь стянуть джинсы. Благо это им пока не удавалось.
Горелка приблизилась к парню.
— Поиграем? — ехидно спросил мерзавец.
Парень, не думая, сделал резкую подножку. Державший его босяк пошатнулся и так неуклюже встал между главным и парнем, что виском наткнулся на пламя. Он повалился замертво.
Ногой в живот парень отбросил главного, но горелка до кости обожгла ему колено. Те, кто старался изнасиловать девушку, кинулись на него. Он повалился, его стали избивать.
Девушка встала и увидела у мертвого рукоять пистолета, выглядывающую из кармана. Она подняла его и, не думая, выстрелила в обидчиков.
Пары газа заволокли пространство. Порция босякам досталась немереная, и они потеряли сознание. Дыхание парня резко сбилось, и пока он его восстанавливал, девушка подошла к нему, стараясь чем-либо помочь. Все его лицо было обезображено: губы разорваны, нос сломан, лоб разбит, часть зубов выбита.
Но оставался еще один — главный босяк, зачинщик всего происшедшего. Он пришел в себя, поднял работающую горелку, и, тяжело дыша, приблизился к паре. Девушка услышала его и обернулась. Удар ногой в грудь свалил ее. Однако она вновь поднялась и набросилась на противника. Нещадное пламя скользнуло по глазам несчастной. Она пронзительно взвизгнула.
Парень поднялся и, резво взяв пистолет, с силой воткнул его в рот мерзавца. Раздался выстрел. Босяк мгновенно лишился жизни.
Молодой человек подошел к девушке. Она сидела, руки тряслись над поверхностью глаз. Зрение навсегда покинуло ее.
От произошедшего кружилась голова — пары газа сделали свое дело. Она проговорила:
— Воздух.
Парень помог ей встать. Они медленно пошли к лестнице. Девушка крепко держала его за целую руку и спускалась.
В глазах темнело, временами он, казалось, терял сознание, голова разрывалась от боли, но шел, исполненный долга перед желанием любимой. Взгляд не поднимался от бетонных ступенек, отсчитывая каждый шаг. С лица монотонно падали капли крови, ноги еле передвигались.
Они дошли до подножья лестницы и остановились — тут был сквозняк.
— Как хорошо, — произнесла девушка, с наслаждением делая вдох, и села недалеко от перил.
Парень опустился рядом. Ему неожиданно стало дурно. Он мягко положил голову на бедро девушки.
— Я люблю тебя, — были последние его слова. Веки закрылись, дыхание замерло.
Она хотела, но не могла плакать. Ее глаза горели. Она вдохнула полной грудью еще раз и медленно легла на спину.
Последнее из трех слов она уже не услышала.


1 июля 2011