Тайна острова

Как же приятно проснуться утром, принять душ и выпить ароматный кофе. Выйти на веранду деревянного дома и замереть. Слух пощекочут всплески волн. Морской воздух, смешанный с запахом леса, навеет ностальгическое настроение. А голые ступни почувствуют теплый песок карибского острова. Сотни ракушек приветственно засияют на солнце, словно драгоценные камни. Затем взгляд невольно метнется к горизонту. Но, кроме бесконечной глади моря, ничего не увидит.
Пейзаж полного уединения.
Этот сон снился мне снова и снова на протяжении трех дней. Будто кто-то поставил воспроизведение на повтор. И это раздражало! Реальность угрюмо приветствовала каждое утро. А я раз за разом выл от отчаяния и ни в какую не хотел восхищаться ни лесом, ни морем, ни самим карибским островом.
Меня зовут Валентин. Конечно, не самое удачное имя для тридцатилетнего мужика, но все же. Вырос сильным и адекватным. Получил черно-желтый пояс по капоэйра. А потом в один солнечный денек выиграл в лотерею тур по Кубе, а также водную прогулку на корабле. Поездил на автобусе, пофотографировал памятники, послушал гида, а после обеда поднялся на корабль с сотней других туристов. Судно шло мягко, персонал носился с подносами в разные стороны, люди пили спиртные напитки, смеялись, а меня разморило. Найдя свободный шезлонг, взял безалкогольный коктейль и потянул его через трубочку. Мечтательно закрыл глаза и задремал.
Мерное покачивание на волнах убаюкивало. Я уснул. Постепенно разговоры прекратились, шаги смолкли и наступила тишина. Лишь ветер, шум волн и далекие крики чаек — остались во всем мире. Кто-то заматерился, плюнул. Послышался «плюх» — что-то упало в волны. Но меня ничто не волновало. Я стал ватным и эфемерным. Вот я парю над облаками, лечу к самому солнцу. Еще миг и смогу коснуться звезд! Но в последний момент все изменилось. Светило стало отдаляться. Мир вокруг задрожал. Беззаботное выражение на лице сменилось удивлением. А затем оглушительный «ПЛЮХ!» привел меня в сознание. Вокруг была вода. Соленая и противная! Я запаниковал! Растерялся! Судорожно задрыгал руками и ногами. И точно утонул, если бы не сработали инстинкты выживания. Несмотря на течение, бесконечную череду волн, я смог выплыть и сделать вдох. Мысли упорно не хотели восстанавливать разум. Реальность потерялась. И прошло много времени, прежде чем я успокоился, распознал вдалеке карму туристического корабля и закричал.
Но мои вопли никто не услышал — расстояние оказалось слишком большим. Я завертел головой в разные стороны. Вокруг было сплошное море. Лишь еле заметное бревно неподалеку подпрыгивало на волнах. Я подплыл ближе, влез на него и беспокойно воззрился вдаль. В сознании ясно привиделось будущее. Конец. Выжить в соленой воде на куске дерева в центре моря — невозможно, но я отчаянно верил в лучшее.
…Плавание продолжалось неизвестное количество времени. Солнце нещадно палило и сжигало последнюю надежду на спасение. И я уже ничего не хотел. Силы покинули. Даже глаза не могли приоткрыть веки и понять, что только провидение пыталось что-то сделать. Отдаленно я осознал, что меня выкинуло на берег. Горячий песок прилип к лицу. Я совершил титаническое усилие и распахнул глаза. Рядом лежал апельсин. Тело содрогнулось, мозг дал команду, руки дотронулись до фрукта, а зубы вонзились в цедру. Сок оживлял. Жажда утихала. Я приходил в адекватное состояние. Когда же появились силы, поднял глаза. Смешанный лес приветствовал меня на карибском острове. Перед взором промелькнул весь ужас положения.
А дальше все произошло, как в книге: поиск еды (от червей до целых кабанов), строительство шалаша, разведение огня, открытие основ ботаники как средства спасения от ран… и так далее. За полгода я обжился, расставил ловушки, подготовил приманки, обезопасил жилище и, в целом, обустроился. Но с тоской взирал на нагромождение веток, которые в нужный момент должны были воспламениться и привлечь внимание корабля или вертолета.
— Эх… — протянул я, проворачивая вертел с голубем. — Пора угомониться. Тут никто не проплывает и не пролетает. Да, Гоша?
Когда долго находишься в одиночестве, начинаешь сходить с ума. Вот и я поддался этому пагубному влиянию. Но, чтобы вконец не слететь с катушек, решил сделать чучело из веток и назвать его Гошей. Конечно конструкция была хлипкой и ненадежной, однако не разваливалась.
Я съел голубя, взял копье и, прикрыв вход шалаша ветками, пошел осматривать ловушки. Они были самыми банальными и представляли собой ямы, на дне которых торчали острые ветки, прикрытые горой листьев. Обошел шесть штук. Все оказались пустыми. Махнул рукой и отправился в противоположную часть острова. Непроходимые джунгли и вулкан — являлись самым приметным ориентиром тех земель. Туда я хотел попасть уже давно, но никак не получалось. То непогода, то отсутствие настроения, то охота на дичь.
...Через непроходимые джунгли я не шел, а полз. В прямом смысле: в паутине, тараканах, гусеницах. Где возможно, там проходил стоя, где нет — пользовался лианами, прыгая по веткам и изображая обезьяну. Потом повстречал одну. Она на меня странно посмотрела, почесала пузо и аухнула. От неожиданности я испугался и сверзился с трехметровой высоты на колючку. Ягодицы дико заныли, я завопил и резко спрыгнул с иголок. На дырявой одежде возникли новые дыры. Я выругался, высказал все ухмыляющейся обезьяне, показав средний палец, и двинулся дальше. За полчаса прошел около пятнадцати метров и всерьез стал опасаться, что такими темпами не дойду до берега и за месяц. Но, к счастью, времени у меня было много, чего нельзя сказать о пище. Если попробовать вернуться в шалаш, то удастся дойти до ловушек к ужину, если чуть помедлить, то нужно будет пробираться сквозь джунгли непонятным образом, поскольку ночью тут все просыпаются и становится опасно.
Я уже было принял решение, глубоко вздохнул и повернул обратно как увидел высокую пальму с груздями бананов у верхушки.
Недолго думая и следуя указаниям голодного желудка, я обхватил пальму, как шест, и пополз вверх. Обезьяны инстинктивно почувствовали неладное и собрались, словно на митинг с плакатами и гневными речами, окружив меня. Я увидел это и не захотел спускаться. Ведь обезьяны посчитали меня чужаком, значит, будут всеми силами избавляться. Мое решение было однозначным.
Добравшись до бананов, я сорвал один и на ошарашенных глазах съел фрукт. Даже не подавился.
— Ммм… — протянул я блаженно.
Еще три банана, и мой живот прекратил подавать сигналы. Обезьяны же внизу сходили с ума. Бесновались. Но залезть не пытались. Они даже не решились скинуть меня с дерева, когда банановая кожура удачно припечаталась к волосатой голове вожака. Лишь зарычали и замахали кулаками. А мне стало не по себе. Я не знал, смогу ли их одолеть. Ведь они не являлись людьми, и рецепторы боли у них были другими. Поэтому я отыскал менее болезненное решение и со спокойной душой начал скидывать вниз один банан за другим. Ор поднялся несусветный, и, казалось, земля содрогнулась. Прошло около минуты. Я крепче обхватил ногами ствол и неожиданно заметил, что звуки прекратились. Обезьяны резко заткнулись и кинулись наутек. Наступила тишина.
— Не понял… — выдал я в полной растерянности.
Почему? С чего? Что нашло? Но ответов не было. Я немедленно стал сползать с десятиметровой высоты пока, наконец, не выпрямился в полный рост и не осмотрелся. Все было тихо и пустынно. Деревья да высокая трава. Я поднял копье, всунул несколько бананов за пояс и двинулся прочь. Путь проходил через холм и гору. Все было аналогично тому, как я пробирался сюда. Те же непроходимые заросли, те же шорохи, те же мушки и те же проблемы, но почему-то больше никто на глаза не попался. Обычно выпрыгивала какая-нибудь ретивая тварь, демонстрируя размер зубов. А тут внезапно все исчезли.
Зацикливаться над этим не стал, а просто шел дальше. Через час джунгли поредели, появился просвет, и я вышел на густое поле. Сорняк в мой рост не очень прельщал и создавал плачевную атмосферу. Но как бы там ни было, я не останавливался. Затем оказался вновь в джунглях. Несколько раз встретил удава, один раз кобру, которая зашипела и кинулась с ветки. Я вовремя дернулся, и ядовитые зубы впились в один из бананов. Я резво откинул фрукт в кусты, увидел еще несколько раздвоенных языков и, забыв про осторожность, про заросли и прочее, тупо побежал. На удивление ловко проскочил между деревьями, перелетел через овраги с помощью лиан, переполз через дебри и запрыгал по деревьям пока, наконец, не увидел новый просвет в зарослях.
Слева возвышалась могучая гора. Настоящий вулкан! Склон опоясывали стройные ряды деревьев. Вершина была искусно вырублена, словно башня средневекового замка. Я на мгновение отвлекся от пути и не заметил ямы. Быстро среагировав, сгруппировался и по широкому спуску покатился вниз. Ударился только два раза. Первый — когда встретился с торчащим корнем, а второй — когда въехал затылком в металлическую преграду…
— Ааа… — прокряхтел я, потирая голову.
Я не поверил глазам. Прямо передо мной высилась металлическая дверь, закрытая на засов. Откуда она здесь, как очутилась — неизвестно. Ясно одно, это след человека. Может быть он еще здесь, а это — потайной ход, спрятанный за травой и листьями, наподобие моих ловушек?
Недолго думая, с ужасающим скрипом отодвинул ржавый засов. Толкнул дверь всем телом. Петли заскрежетали, посыпалась пыль, грязь. Вход стал свободным, и я увидел огромную пещеру. Через неровное отверстие в сводчатом потолке проникал дневной свет и падал на нестройные стены. Галька устилала пол и поблескивала на солнце. А в центре пещеры возвышался плоский камень. Вокруг него повсюду были разбросаны человеческие кости. Я насторожился и заметил в тени на противоположной стене еще проход. Войдя в него, попал в абсолютно темный коридор, но за углом наткнулся на приоткрытую дверь. Здесь было очень жарко. Я вспотел. Красноватый свет из щелки осветил лицо. Я сжал копье сильней. На острове, кроме меня, обитали дикие племена, и вполне вероятно они могли находиться тут. Поэтому заглянул сначала в щелочку, но ничего не увидел, кроме острых бесформенных стен пещеры. Медленно приоткрыл дверь, стараясь не шуметь. Но сделать тихо это не удалось — скрип эхом разнесся по всей пещере и заколотил в уши, словно колокол. Я увидел, что здесь находилось…
В корыте из камней, больше напоминающем бассейн с внешней лестницей и странным механизмом с металлическим колесом сбоку, вскипала лава. Жидкая, огненная субстанция желто-красного цвета источала сильнейший жар. Я сглотнул комок и быстро прошел к следующей двери. Вновь поднялся неугомонный скрип! Но на этот раз я застыл на месте, как вкопанный! Потому что, открывшееся перед взором, смело все предыдущие воспоминания и заставило мурашки совершить массовый пробег на длинные дистанции по всему телу, волосам не только встать дыбом, но еще поседеть. Огромное количество скелетов стояло ровными колоннами и смотрело на меня пустыми черными глазницами. Они казались скульптурами, но на деле были настоящими костями людей. Поначалу даже подумал, что они поднимут руки и накинутся на меня. Но это была лишь игра воображения.
Я расслабился и, проходя через строй, старался никого не зацепить. Ведь не хорошо разрушать то, что пытался сделать неизвестный вандал. Сколько работы было проделано, чтобы выровнять скелеты и поставить их вертикально? Я присвистнул. Сотни непогребенных скелетов стояли будто часовые! Меня чуть не стошнило, но вдруг ушей коснулся добротный мат. Я остановился и прислушался.
Тут был человек.
До слуха долетел звук шагов. Я, как можно тише, попятился и спрятался в темном углублении стены. А через несколько минут возник здоровый потный мужик, остановился, что-то скинул под ноги и вытер лоб рукавом цветной рубашки.
— Уф… тяжелый… — произнес он, вздыхая.
Мое ровное дыхание колыхнулось, когда я увидел под его ногами… труп.
Человек в шортах и желтой футболке бездыханно лежал на земле.
— Пошли, — сказал мужик трупу, взвалил его на плечо и двинулся сквозь ряды скелетов к пещере с лавой.
Я подождал, пока он скроется из виду, затем осторожно двинулся следом. Мне необходимо было знать, что случиться дальше. Сжигание трупа? Зачем?
Я на цыпочках пробрался к двери. Затем услышал быстрые шаги, дернулся и застыл за дверью. Мужик быстрым шагом прошел между скелетами и скрылся за поворотом. Я заглянул в помещение с лавой. Труп лежал возле бассейна. Я осмотрел его. Ни синяков, ни ран, только характерный алкогольный запах изо рта. Пульс отсутствовал. Человек был мертв. Через полчаса я вновь услышал шаги, но на этот раз не одни. Я посмотрел вокруг и ничего лучше не придумал, как вернуться и притаиться в темном углу.
В пещеру вошел знакомый потный мужик с очередным трупом и тощий начальник полутораметрового роста.
— Приготовься, — сказал он и внезапно метнул взгляд в мою сторону. — Что он там делает? Сколько раз говорить, чтобы в ряд складывал! Неси сюда… дебил.
Здоровяк явно был недалеким… Другой бы закинул начальника в лаву или придушил, хотя мог и сломать ему шею, как цыпленку, но не терпеть подобное унижение! Правда, их отношения меня мало волновали. Беспокоило другое…
Мужик приблизился, схватил меня, закинул на спину, как мешок, и плюхнул рядом с другими трупами. Я старался дышать через раз, претворяясь мертвым, и не шевелиться.
— Че за бомж? В тряпье… — выдал дрыщ, тщательно изучая меня. — Ты его с корабля принес? Нет? Недотепа! Опять спрятал и забыл?! Тебе повезло, что он разлагаться не начал! Отойди!
Послышалось странное топтание на месте, мычание, горловое пение, хрип, а потом:
— Кур-бур, дыр-мыр, фыр-ныр…  — и так далее.
Ахинея больше походила на ритуал с припрыжками и танцами, фырканьем и странными звуками и, казалось, никогда не закончится. А я тем временем захотел в туалет. Ведь не прикажешь мочевому пузырю, в конце концов! И, словно читая мои мысли, начальник приказал:
— Погружай!
Стало крайне интересно… Куда? Зачем? Почему? Но самые страшные опасения оправдались, когда я приоткрыл глаза и увидел, как здоровяк аккуратно взял первый труп. Затем забрался на лестницу и, изливаясь потом, опустил покойника на плоский камень внутри бассейна, на котором не было лавы. Потом спрыгнул, обошел бассейн и закрутил колесо.
— Кур-бур, дыр-мыр, фыр-ныр…  — вновь затараторил бандит и распростер руки, словно мессия.
Механизм крутился, камень медленно погружался в лаву, мужик дико пыхтел, а труп сгорал. Нос противно защекотал запах паленого мяса, волос и одежды. Тело полностью скрылось. Начальник что-то буркнул, а затем приказал:
— Вставай, мой раб!
Вы не поверите… Я забыл, что мертв! Расширил до предела глаза, повернул голову к бассейну и привстал на локте, чтобы видеть ЭТО. Вязкая желто-красная жидкость задрожала. Секундой позже показалась черепушка, ключицы, и все остальные… КОСТИ!!! Дымящийся скелет уверенно встал на ноги, вылез из лавы и спустился по лестнице.
— Преклонись предо мной, мой раб!
Скелет встал на одно колено и склонил череп. Если в тот момент у меня не пересохло в горле от нестерпимой жары и не было так противно, то я бы сказал то, что находилось на языке. А там были не самые цензурные слова.
Заскрипел механизм: мужик крутил колесо, поднимая камень из лавы. Я, наконец, пришел в себя и вспомнил, что тоже являюсь трупом. Поэтому быстро принял лежачее положение и замер. Тем временем полутораметровый снова затанцевал, мужик взял следующий труп и ритуал повторился. Вновь скелет вышел из лавы и сел на одно колено перед начальником.
Настала моя очередь.
Заскрипел механизм, камень поднялся над лавой, готовый к новой жертве. Я уже чувствовал тяжелое дыхание мужика, его вонь и каплю пота, которая бесцеремонно шлепнулась на щеку. И только он протянул руки как…
— ГАВ!!! — рявкнул я со всей дури.
Мужик отпрыгнул, как от взрыва, с сердечным приступом, вылезшими из орбит глазами и скривленным ртом и накрыл могучим телом свежеиспеченных скелетов. Разумеется, такого поворота событий никто из пустых черепушек не ожидал, поэтому не среагировал. Двух скелетов вмиг не стало.
Начальник тоже подпрыгнул, ахнул, запутался в собственном танце и сел на задницу. В этот момент все были выведены из строя и представляли собой нашкодивших детей. Но дрыщ оказался не из пугливого десятка и резво возопил:
— Схватить!
Мужик очухался, еле поднялся на ноги, а я воспользовался моментом и выбежал к целой армии скелетов. Вырисовывалась неутешительная картина: с помощью лавы и заклинаний создалась армия, которая ждала единственного приказа. А долго с сотнями ходячих скелетов, никто не продержится. Мышцы устанут, дыхания не хватит, захочется на все плюнуть. Поэтому рванул через толпы скелетов на предполагаемый выход, не церемонясь, сбивая и разрушая все попавшиеся на пути кости.
Я бежал и бежал, повернул направо и увидел корабль, который упоминал полутораметровый. Выход на берег шел через темный проход в склоне горы. Утоптанная лесная тропа выводила к небольшой бухте, в которой покачивалось туристическое судно.
На лице возникло идиотское выражение озарения. Я плыл на этом корабле! В тот самый день, когда меня выкинули за борт, я был спасен! Я единственный, кто не употреблял алкоголь, и потому не умер. Видно они не захотели возиться с живым и, понадеявшись, что он утонет или превратится в корм для акул, сбросили шезлонг в море.
Я застопорился, взирая на судно в ста метрах от входа в пещеру, и пребывал в шоке. Не знаю, сколько бы так простоял, но вовремя услышал гулкий топот не двоих человек, а сотни скелетов!!! Сознание очухалось, я рванул к кораблю. Через трап залетел на палубу. Скелеты показались в тот же миг. Скинуть трап не получилось, поэтому не придумал ничего лучшего, как устроить догонялки внутри корабля. Вбежал в камбуз. Увидел газовые баллоны, открыл вентили и побежал прочь. Но ходячие кости перекрыли все пути.
В руках блеснула металлическая кастрюля, и первый череп по красивой траектории вылетел в иллюминатор. Настало веселье. Я дрался, кидался посудой, прыгал на неприятелей и радовался, что это скелеты, а не живые люди — один удар и ноги нет, второй удар — и головы. Но, что странно и очень скверно, каждая конечность жила собственной жизнью и стремилась соединиться с родными суставами. Поэтому я, задыхаясь от газа, быстро протиснулся наружу и кинулся вон с судна. И вовремя.
Газовые баллоны рванули со всей дури, разнеся корабль и скелетов по всему берегу. Трап вместе со мной удачно полетел в песок. Я вывихнул руку, неудачно приземлившись, и получил пару острых осколков в ногу и спину.
В ушах кто-то дико засвистел, в глазах потемнело. Я помахал головой из стороны в сторону, кое-как пришел в себя, оценил обстановку, с печалью воззрился на вывихнутую руку и вытащил осколки из ноги. Из спины сделать это, к сожалению, не удалось…
Я встал, посмотрел на останки корабля, огонь и прыгающих вокруг скелетов, потерявших черепа, руки, ноги. Из горы к этому времени высыпало, по меньшей мере, двести скелетов и два человека. У начальника глаза полезли на лоб от негодования.
— Мерзавец! Я тебя на кусочки разрежу!
Что-то он еще забубнил, но я не услышал. Но когда выдвинулся ко мне здоровяк, понял, что пора надавать по первое число некоторым личностям. Мужик не обладал выдающимся умом, как, впрочем, и умом вообще. Он тупо дрался, как медведь. Я же пусть и с болтающейся больной рукой, раненный, ушибленный, с осколками в спине завертелся вокруг него, представляя свое боевое искусство. Он задергался, растерялся и не знал, что делать. Я воспользовался замешательством и нанес серию ударов ногами. Он повалился, как срубленный дуб, и воткнулся лбом в песок.
— Хм! — хмыкнул я и воззрился на главного.
— Тварь! — заорал он и приказал: — Убить его, мои рабы!
Скелеты сорвались с места и помчались на меня. Признаться, бегали они в песке на удивление хорошо. Но была единственная ошибка — отсутствие мозга. Пока дрыщ приводил в чувство «героя», я петлял по берегу, прихрамывая и таща за собой нить из скелетов. Ни ловушек, ни подрезаний с их стороны не было. Могло показаться, что это такой массовый забег на десять километров при участии калек и скелетов. И пока он совершался, я соображал… Бежать в лес — подобно смерти, потому что там джунгли, непроходимые заросли, и я увязну с вывихнутой рукой в первом дереве. Единственное что можно было предпринять — это вернуться обратно в пещеру и запереть все двери. Потом двинуться по проложенной тропинке на свой берег. Так и решил поступить.
Когда пробегал мимо неприятелей, козырнул им и исчез в пещере. Полутораметровый забрезжил слюнями, кинул товарища и понесся за мной вслед за рабами. Тем временем я добрался до первой двери и с ужасающим скрипом задвинул ее. Но какой-то умник забыл приделать к ней засов. Таким образом, я осознал первую неудачу. Потом двинулся к противоположной двери. Но, минуя бассейн с лавой, остановился, завидев концентрические окружности на поверхности и бульканье. Также заметил сильно возросшую температуру и пар, поднимающийся над субстанцией. Лава закипала. Вулкан просыпался!
Не мешкая, выбежал в освещенную солнцем пещеру со сводчатым потолком. На прощание повернулся к толпе скелетов. Помахал им, улыбнулся. Затем захлопнул дверь, задвинул засов и стал карабкаться по крутому склону вверх. Нашел копье и вылез из ямы. Дальше я ничего не опасался, потому что знал, что скелеты сквозь джунгли и дверь не пройдут.
На пути к дому встретил обезьян, еще страшных зубастых тварей, но никто из них не захотел нападать. И тут я понял, что уже темнеет. Если не потороплюсь, то придется устроить ночлег на высоком дереве, но туда мне не забраться с напухающей рукой. Я подобрал пару веток, положил их под руку и с помощью лиан сделал повязку.
…Я пробирался сквозь заросли, полз на спине, кряхтел, но двигался к шалашу. Через несколько часов вышел к первой ловушке. Увидел неудачного зайца и обрадовался. А вскоре показался шалаш. Развел огонь, пожарил зайца, поел. И тут почувствовал землетрясение!
Деревья шатались, птицы возмущенно вскрикивали, животные орали. Была уже ночь, когда прогремел ужасающий взрыв! Я подорвался, как ужаленный, потому что понял, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ. Миллионы камней посыпались с неба, как дождь, газы заполонили пространство и пепел застелил обзор, затмив луну. Взрыв за взрывом гремел, разбрызгивая желто-красную жидкость по округе. Земля стонала, лес ревел, море бунтовало, а я не знал, что делать. Конечно, с одной стороны это хорошо, что началось извержение вулкана, поскольку будет покончено с неестественным воскрешением и преступной деятельностью двух мерзавцев, которые убивали ради безумного ритуала. Они это заслужили. Но с другой стороны — ни я, ни природа, ни животные ни в чем не повинны! В идеале разрушился бы бассейн и вытекла лава, уничтожив бандитов и скелетов. Но нет: вулкан следующим ужасающим взрывом выплюнул камни из нутра и длинную струю лавы.
Лес горел, животные визжали, я отходил к воде все ближе и ближе. Желто-красная жидкость текла, не останавливаясь, и покрывала остров смертью. Внезапно прогремел еще взрыв. Кратер вулкана разрушился. Склоны дрогнули и завалились внутрь горы. Течение лавы постепенно замедлилось. Извержение прекратилось. Все закончилось.
Спать я не мог, думая о том, как ужасно сгореть в лаве. Но вдруг мои размышления прервали совершенно страшные мысли. Я неожиданно осознал тот факт, что скелеты спокойно поднимались из лавы при превращении и только дымились… Они могли не сгореть? А может я ошибался: задержавшись в лаве чуть дольше, они бы сгорели? Это предположение являлось соломинкой надежды. Ведь вся северная часть острова была полностью сожжена.
Поэтому я прогнал все скверные мысли прочь и посмотрел на волны. Я был жив, а это главное. К тому же начинало светать. Новые лучи скользили по глади моря, растворяя тьму. И нужно было думать лишь о том, как вставить вывихнутую руку обратно в сустав и продолжить жить.
Не успел я завершить мысль как услышал хруст веток. Напрягся, схватил копье и затаился, ожидая незваных гостей. Их было двое. Здоровяк и полутораметровый! Раненные, в порванной одежде, чумазые, обгоревшие, но живые. Я зарычал и побрел к ним.
— Убей его! УБЕЙ!! УБЕЙ!!! — завопил начальник.
Здоровяк явно испугался, памятуя опыт прошлый схватки, но почему-то не посмел ослушаться. Я воткнул копье в песок. Сделал всего одно движение и врезал пяткой по челюсти здоровяка. Он, как подкошенный, плашмя рухнул на песок и потерял сознание. Дрыщ зарычал, но это больше походило на визг, затем одним движением выудил из кармана перочинный нож и побежал на меня. Я долго не думал, взял копье и с размаху заехал ему по коленям. Бандит увернулся, кувыркнулся и ловко порезал мне бедро. Я ошалел, сжал зубы и закрутился в захватывающем танце капоэйра. В результате нож улетел влево, а хиляк вправо. Причем с острой зубной болью. Боюсь, стоматолог из меня никакой. Десяток здоровых зубов высыпались из рта.
Тут очухался здоровяк. Гневно пыхтя, схватил нож и кинулся на меня. К сожалению, он был не так ловок, как дрыщ. Поэтому банальной подножки вполне хватило, чтобы орясина запнулась и полетела на вопящего начальника.
— Ааа… — послышался хриплый стон. — Не-ет…
Здоровяк сполз с тела, и мы увидели перочинный нож в печенке. Положа руку на сердце, скажу, что мне стало жаль бедолагу. Ведь это медленная и мучительная смерть. Хотя он ее заслужил.
Здоровяк ошарашенно смотрел на начальника, не зная, что делать. Тот кряхтел, держась обеими руками за нож, затем перевел взгляд на мужика, злобно сглотнул слюну. Вскрикнув, резко выдернул нож из раны и воткнул в живот здоровяку. Тот ахнул, упал и тоже закряхтел. Каким же нужно быть остолопом, чтобы не выбить нож из медленной руки дохляка? Я смотрел на них, как на умирающих идиотов.
— Ты победил… — сказал полутораметровый.
Он бубнил что-то еще, но я его уже не слышал, мое внимание полностью сосредоточилось на новом звуке. Звуке… мотора. Пропеллера. Вертолета!!!
В небе различалась темная гудящая точка. Глаза расширились. Мозг растерялся на долю секунды, затем приказал действовать. Я выбежал к самым волнам, закричал и яростно замахал рукой.
— Сюда!!! СЮДА!!! — кричал я во все горло.
Неужели спасение?! Полгода! Все кончено?! Они узнали об извержении вулкана и прилетели посмотреть! Спасибо! Спасибо!
Вертолет заметил меня и стал снижаться. Все ниже и ниже. Пролетел над головой, подняв песочную пыль, и приземлился на части берега, покрытой галькой. Репортеры выскочили с камерой, микрофоном и аптечкой и кинулись к раненным. Тощий был мертв, а здоровяка перевязали и положили на сидение. Я устроился рядом, неустанно благодаря Бога, вулкан и этих людей за спасение. Я не мог отвечать на вопросы. Я не мог разговаривать. Я только подрагивал, уставившись в окно.
Пропеллеры гудели, вертолет набирал высоту. Остров становился все меньше и меньше пока совсем не исчез за горизонтом. Я не мог поверить, что все кончено.


Прошло несколько месяцев, прежде чем я влился в нормальный ритм жизни и почувствовал себя частью современного общества среди людей. Свыкся с мыслью, что не надо охотиться, чтобы добыть еду, и рисковать собственной жизнью. Я полностью выздоровел и начал вести размеренный образ жизни. А потом решил поделиться с вами этой историей. Историей изменившей мою жизнь. Историей, которую я хотел забыть, но которую теперь лишь вспоминаю с упоением, как нечто фантастическое! Порой я откидываюсь на спинку кресла и улыбаюсь.
Ведь все закончилось.
Навсегда!


16 июня 2015