Про винегрет

    Лет до восемнадцати я отказывалась есть винегрет.  Причина такой нелюбви к этому блюду крылась в моем глубоком детстве. Вы спросите меня: «Что же тогда произошло?» Сейчас расскажу.
    …Год 1971. Месяц не помню. Мне пять лет. У родителей «случился» выходной, который они решили провести с друзьями. В советские времена взрослые частенько собирались компаниями, чтобы отдохнуть от трудовых будней - пообщаться в непринужденной обстановке, потанцевать, попеть. Непременным «атрибутом» таких вечеринок был богатый стол, который собирали, что называется, всем миром. Каждый участник будущих посиделок готовил свои блюда дома и, отправляясь в гости, приносил их с собой.
    Чтобы я не путалась у родителей под ногами на кухне, меня «откомандировали» к пожилой соседке. Я не возражала. Думала, что встречусь у нее со своим давним другом по детскому саду Андрюшкой. Пожилая женщина приходилась ему родной бабушкой. Она души не чаяла во внуке и готова была сидеть с мальчиком сутки напролет. Этим нередко бессовестно пользовались родители Андрея. Они-то и предложили моей маме услуги своей бесплатной няни.
    Я постучала в нужную мне дверь. Та тут же распахнулась. Баба Катя ждала меня. С порога в нос ударил специфический запах, присущий квартирам стариков, хотя, замечу, не всех. Вот дом моих бабушки и дедушки, живших на Кубани, был пропитан ароматами вишневого или абрикосового варенья, жареных и посыпанных кинзой кабачков, аппетитной шурпы с говяжьим мясом и других вкусностей.
    Увы! Я не застала моего приятеля дома. В мрачной полутемной однушке находилась только баба Катя. Я растерянно переминалась в коридоре с ноги на ногу, склоняясь к мысли, что, коли Андрюшки нет, лучше вернуться к себе, несмотря на строгие родительские наставления. Баба Катя заметила мои душевные метания, ласково погладила меня по щеке шершавой натруженной ладонью:
    - Ну, что ты расстроилась? Андрейка скоро будет. А мы с тобой пока начнем готовить винегрет. Шагай смелее.
    Я воспрянула духом:
    - Ладно. Только разуюсь.
    Пожилая женщина привела меня на кухню. В большой кастрюле на столе лежали уже отваренные и остывшие овощи. Рядом стояла банка с домашними солеными огурцами. Бабушка сунула руку в кастрюлю, выудила оттуда крупную картофелину и протянула ее мне:
     - Это тебе мое первое задание. Ты будешь очищать картошку от кожуры. Без ножа. Так безопасно. Попробуешь?
    - Угу, - я кивнула головой в знак согласия.
    Вскоре я сильно пожалела о своем скороспелом решении. Противная картофелина никак мне не поддавалась. Она постоянно выскальзывала из рук. «Шкурка» плохо отделялась и норовила намертво приклеиться к пальцам. Приходилось то и дело бегать к крану с водой и мыть ладошки. «Бегать» - громко сказано. На крошечной кухне было не развернуться. Много места занимали дровяная печь и массивный посудный шкаф, поэтому, чтобы добраться до раковины, следовало пролезть под столом.
    И надо ж такому случиться: у меня ни с того, ни с сего резко зачесался нос. Сильно зачесался. Глянула на руки. Они грязные, в коричневых разводах, и ко всему прочему липкие. Не вытирать же нос рукавом своей кофточки! Я расстроилась - придется снова нырять под стол. Чертыхаясь, обреченно поползла на коленках к умывальнику.
    Меня до слез злила собственная неумелость, но я, пыхтя, продолжала бороться с корнеплодом. Погруженная в кропотливую работу баба Катя лишь изредка молча посматривала в мою сторону. Она оказалась человеком малоразговорчивым. Между тем, тишина в доме меня угнетала. Было слышно только, как негромко стучит нож по кухонной доске да настенные часы в виде сказочного деревянного домика мерно отсчитывают секунды, минуты.
    Вдруг в ходиках что-то щелкнуло. Я насторожилась. Неожиданно дверка часов открылась, а из самого домика выскочила кукушка и выдала свое «ку-ку».
    - Уже час дня, а работы по-прежнему непочатый край, - пробормотала баба Катя. Она шумно вздохнула, вытерла руки о край фартука и полезла в посудный шкаф за тарелкой. Я же с отчаянием подумала, сколько мне еще предстоит провозиться с овощами. Мне стало скучно и грустно.    
    Бабуля почувствовала мое настроение. Захотела подбодрить меня.
    - Ну, что, девонька, нос повесила? Все Андрейку ждешь? Ты погодь. Слушай, что я тебе скажу. Сейчас закончишь с картошкой и приступай к морковке. Не томись. Когда человек при деле, время пролетает незаметно, - наставляла она.
    Наконец-то с картофелем было покончено. Я обрадовалась: дальше должно быть проще. Какая самоуверенность! Чистить вареную морковь – тоже еще то «развлечение». Такой же муторный процесс, что и возня с картофелем. Единственная разница – кожура от моркови не липнет к пальцам.
    Ковыряясь с корнеплодами, я мечтала скорее выбраться из этого заточения в чужой квартире. Я перестала считать, сколько раз кукушка из ходиков подавала голос. Солнце уже скрылось за сопками, овощи на столе не убавлялись, а Андрюшка все не объявлялся.
     Внезапно бабушка ойкнула и тут же прикусила губу. Я как раз чистила свеклу и вся перепачкалась в ее соке. Если посмотреть со стороны, то ни дать, ни взять – Марфуша из сказки «Морозко»!
    Я повернулась к своей напарнице и увидела, как лежавшая на доске картошка окрасилась в красный цвет, но не от свеклы, а от крови, вытекавшей из глубокого пореза на руке бабы Кати. Сразу скажу: зрелище не для слабонервных. В первые секунды я ощутила животный страх и впала в ступор. Слишком много было крови.
    - Так, без паники! Открой нижний ящик шкафа. Там аптечка. Давай действуй, - скомандовала бабушка, моментально вернув меня в реальность.
    Трясущимися руками я достала из аптечки вату, бинт, как смогла, наспех замотала рану и с помощью самой пострадавшей натянула ей на руку резиновую перчатку.
    - Ты молодец! Хорошо справилась, - ободряюще улыбнулась мне соседка. – Теперь порядок. Можно возвратиться к работе.
    Последним для меня испытанием в этот вечер стал урок от бабушки по нарезке репчатого лука, который оказался крайне «кусачим». Мои глаза в один миг покраснели, и из них самопроизвольно побежали слезы. Я стирала рукавом кофточки /к черту условности!/ со щек соленые ручейки, а они текли и текли. Пока баба Катя не расправилась с луком.
Вот такой - заплаканной, с красными руками и лицом, в одежде, испачканной то ли кровью, то ли соком свеклы и крепко пропитавшейся препротивным запахом лука, - меня и нашла моя мама. Я с нескрываемым ликованием бросилась в ее объятия. Ура! Мои мучения закончились. Какое счастье! Скорее домой! С тех пор во мне зародилась стойкая неприязнь к винегрету. К слову, друга тогда я так и не дождалась.
    Резко изменить отношение к винегрету меня заставила общаговская жизнь, «прелести» которой я с лихвой познала, когда по окончании школы уехала во Владивосток и поступила в университет. Денег всегда катастрофически не хватало, несмотря на то, что мы с однокурсницами подрабатывали то уборщицами в Доме строительных организаций, то почтальонами в местном отделении связи, то кухработниками в одном из приморских санаториев. Но даже при наличии финансов в те годы не все можно было купить в магазинах. С введением в стране жесткой талонной системы на многие первоочередные продукты питания ситуация усугубилась. Мясо практически исчезло из студенческого рациона. Мы перешли на «подножный» корм. Овощи были нам вполне доступны, к тому же соседки по комнате, жившие в близлежащих от Владивостока городах, время от времени привозили в общежитие картофель, морковь, свеклу, домашние консервы. Тогда-то в нашем меню появился винегрет. Готовить его было просто, хотя и хлопотно. Я же каждый раз отказывалась от предложения девчат не только поучаствовать в процессе нарезки овощей, но и потом снять пробу. У меня в памяти сразу всплывали неприятные картинки: пугающая своей тишиной мрачная полутемная квартирка бабушки Кати, жуткая рана на руке старушки, окровавленные нож и картофель на разделочной доске, ровненькие, с блестящей пленкой кольца «злого» лука, выжимающего из моих глаз град слез…
    Настал день, когда мне ничего не оставалось, как признать все плюсы привнесенного французами в русскую кухню блюда. Вышло так, что холодильник был пуст, как церковная казна. Съестные припасы закончились неожиданно быстро. К нашей искренней радости, в ящике комнатного рундука завалялось немного картофеля и овощей, которые девчонки придумали пустить на приготовление винегрета на ужин.
    Когда подруги позвали меня за стол, я поняла, что, если снова откажусь от винегрета, мне придется лечь спать голодной. Подобная перспектива меня совсем не радовала. Я не стала выпендриваться. Но надо было видеть, с какой брезгливой миной я подносила к губам первую ложку! И, знаете, странное дело! Овощное ассорти не вызвало у меня рвотного рефлекса. Наоборот! Я обнаружила, что вареные картофель, морковь и свекла прекрасно сочетались друг с другом. Особую пикантность блюду придавали консервированный зеленый горошек, маринованные огурцы и нерафинированное подсолнечное масло. Репчатый лук, к счастью, отсутствовал.
    Под «прицелом» глаз однокурсниц я отправила в рот вторую, третью, четвертую ложку овощного ассорти и вдруг поняла: мне нравится это блюдо.
    - М-м-м, объедение! За уши не оттащишь. Я даже не подозревала. Девочки, можно добавки? – смущаясь, поинтересовалась я.
    - Да, конечно! Что, распробовала? Подставляй-ка свою миску. Нам не жалко. Ешь, сколько влезет, - смеялись подружки. И я с наслаждением поглощала винегрет.
    Насытившись овощным ассорти, я сидела за столом обмякшая, жмурившаяся от удовольствия и мысленно ругала себя: «Глупая! Столько раз отказывалась от такой вкуснятины! А все мои нелепые детские воспоминания и переживания - пустое».
    После столь сногсшибательного открытия винегрет наряду с мясом по-капитански, приготовленной в духовке курицей, борщом, гороховым супом, пельменями и блинами прочно вошел в список моих самых любимых блюд.