Азбука жизни Глава 9 Часть 401 Эхо войны
— Виктория! Чего ты так смотришь? Словно видишь что-то ужасное. Лицо бледное.
—Представляешь, Диан, вчера ко мне подошла женщина, выглядит хорошо, но чувствуется какая-то опустошённость. И рассказывает: «Боюсь выйти из подъезда, словно увижу опять эти развороченные грузовики, убитых людей... Стою у окна, руки дрожат, сердце выскакивает. Думаю — всё, сейчас упаду». Говорит, а сама плачет. У них же в городе, говорят, не было войны...
—Была. Иначе откуда такие страхи? Может, она из Луганска или с Белгородчины?
—Не знаю. Но от неё веяло таким холодом и одиночеством. Она говорила: «Ужасно, когда человек остаётся один на один со своей бедой». А потом вдруг спросила: «А ты видела когда-нибудь войну?» Я говорю: «Нет, слава Богу, только в кино». А она мне в ответ: «Молодая ещё. Многие забыли, какое это чудовище — война».
Она ушла, а у меня в голове вертится: откуда у неё эта паника? Те, кто пережил блокаду, говорили, что самое страшное — это тишина перед обстрелом. А после войны они не могли слышать сирену — начинали задыхаться. Может, и у этой женщины что-то подобное? Какой-то звук, запах... что-то сработало как спусковой крючок. И ведь не одна она такая. Как им помочь, если они даже рассказать толком не могут, чего боятся? Боятся тишины, боятся громких звуков, боятся выйти на улицу... Боятся «бабы-ёжи», которых и нет.
Свидетельство о публикации №225120100957