Азбука жизни Глава 9 Часть 401 Эхо войны
— Виктория! Чего ты так смотришь? Словно видишь что-то ужасное. Лицо бледное.
— Представляешь, Диан, вчера ко мне подошла женщина. Выглядит хорошо, но чувствуется какая-то опустошённость. И рассказывает: «Боюсь выйти из подъезда, словно увижу опять эти развороченные машины, убитых людей… Стою у окна, руки дрожат, сердце выскакивает. Думаю — всё, сейчас упаду». Говорит, а сама плачет. У них же в городе, говорят, не было войны…
— Была. Иначе откуда такие страхи? Может, она приехала оттуда, где шли бои?
— Не знаю. Но от неё веяло таким холодом и одиночеством. Она говорила: «Ужасно, когда человек остаётся один на один со своей бедой». А потом вдруг спросила: «А ты видела когда-нибудь войну?» Я говорю: «Нет, слава Богу, только в кино». А она мне в ответ: «Молодая ещё. Многие забыли, какое это чудовище — война».
Она ушла, а у меня в голове вертится: откуда у неё эта паника? Те, кто пережил блокаду, говорили, что самое страшное — это тишина перед обстрелом. А после войны они не могли слышать сирену — начинали задыхаться. Может, и у этой женщины что-то подобное? Какой-то звук, запах… что-то сработало как спусковой крючок. И ведь не одна она такая. Как им помочь, если они даже рассказать толком не могут, чего боятся? Боятся тишины, боятся громких звуков, боятся выйти на улицу… Боятся того, что уже отгремело, но продолжает жить внутри.
Сейчас, пересматривая этот разговор в памяти, я понимаю, что её боль была настоящей. И, возможно, ей нужно было просто выговориться. Просто чтобы кто-то услышал и не отвернулся.
---
Свидетельство о публикации №225120100957