И всё же она верила и ждала

 (Всегда верь в невозможное, потому что возможно всё…)
 
Она звала его сквозь года и даль. В мыслях тёмными ночами всегда была рядом с ним: на танцплощадке в лёгком шёлковом платьице, на зелёном лугу, на котором он когда-то на Троицу собирал только для неё букет цветов из ромашек и незабудок, на городском катке среди подруг...
Она звала его в стихах, написанных в заветной тетрадке только для него, которую прятала в ящик комода и запирала на ключ.
Она звала его со слезами на глазах в песне «У дуба старого»:
У дуба старого трава не кошена,
А я, любимый мой, тобою брошена.
У дуба старого  тебя  всю жизнь я жду
И на свидание опять к тебе иду .
На небе месяц май в тумане светится,
Ах, как мне хочется с тобою встретится.
Я уведу тебя у всех средь бела дня,
Поплачь, подруженька, моя…

В голосе её была печаль, она знала, что их разделяют не только километры. У него была семья.
Но она была слаба, потому что любовь её не была подвластна разуму, да и жизнь её была, словно плеск тихой речной волны.

И всё же она верила, что однажды случится чудо, и он придёт…
В заветной тетрадке появились только понятные ей слова:
Но скорей всего - ты придёшь, а я
Просто промолчу – я устала ждать
И к тому же жизнь всё-таки моя
Близится к концу, а твоей – бежать.