Глава 3 Омут безумства

                Что убивает поэта?

     Не критика, не безразличие мира. Его убивает собственный разум — бездонный      колодец, где прекрасное и безжалостное сплетаются в одно. Где гений и безумец — один и тот же человек. Это история о том, как тонуть в самом себе, пытаясь      докричаться до поверхности.

               
                Собственное безумие…

                Оно сгубило поэта.

                Он нырнул      
                в омут мыслей,
                в свой омут.

                Желание пагубное —
                прочувствовать всё:
                каждый хрусталь мечтаний,
                мир,
                что живёт внутри.

                Почему      
                всё жду небесной кары?
                Ведь не идеален поэт.
               
                Душа — безжалостна,
                мысли — не чисты,
                не подчиняются устоям.

                Страшусь      
                себя.
                Что вижу в глубине —
                безжалостное чувство,
                что к себе испытываю…
                к поэту.

                Он умен,    
                прекрасен,
                неповторим.

                Душат мысли,    
                безжалостные.
                Почему мой добрый нрав
                никто не принимает?

                Лишь безжалостные чувства…
                Недостойный поэт
                сражается с ними.
                Или же —
                недостойны вы
                даже лёгкого взмаха моего пера.

                Глубже…   
                В омут мыслей.
                Тонет поэт.
                Нет луча спасения.

                Выходя в толпу,
                поэт
                ещё сильнее погружается.

                Тону…      
                и погибаю.
                Неполноценный человек
                среди ангелов — всезнающих.

                Сиянием своим    
                слепят поэта,
                разрывают на части,
                не дают творить,
                не дают быть.

                Наследство пера
                остаётся жить
                среди ангелов,
                ненавидящих поэта.

                Несут лишь правду
                в словах и безумии поэта —
                хранители его слов,
                близкие душой и омутом.
                Вечно.