Идя к цели 1 решение 5

    Через пару минут в офис вошли два полицейских и молодой парень. Они направились к сотруднику офиса, о чём-то поговорили и оставив парня, вышли из офиса. Когда парень оформился у сотрудника офиса, он подошёл к столик за которым сидели Надя и Вадим. Надя лишь мельком взглянула в лицо парня и отвела взгляд.

- Ваня. - Парень протянул руку для приветствия.

    Вадим сделал вид, что не видит протянуть Ваней руку. Надя улыбнулась и протянула руку Ване.

- Ванечка, меня зовут Надя. С приездом. Очень рады видеть тебя.

- Я тоже могу взять кофе и бутерброд?

- Подойди к сотруднику и получи всё что они выдают и средства гигиены.

- А, Вы брали?

- Нет, я таким не пользуюсь. Всё что мне надо у меня есть своё.

- Я пойду и возьму.


      Ваня пошёл к сотруднику офиса и тот повёл его к ящикам с разными предметами гигиены. Ваня берёт абсолютно всё и ещё спрашивает, а можно взять ещё?

     Надя наблюдает за Ваней и улыбается, ведь Ваня это сущий ребёнок, искалеченный природой и жизнью. Ваня возвращается к столу.

- Вот, сколько я набрал себе! - Его взгляд сверкает радостью, жизнелюбием. Ваня складывает все эти предметы в огромную полупустую сумку. - Эту сумку мне купили волонтёры в Будапеште, в Венгрии на вокзале. И ещё купили мне смартфон.

     Ваня достаёт из кармана смартфон.

- Ух ты, какой крутой! - Надя проявляет всё знаки внимания этому парню. Ей хочется сделать для него всё,  что в её силах, главное поддержать. - И это всё купили для тебя венгры?

- Да, волонтёры! У меня же ничего не было совсем, совсем ничего. Только документы, вот в карманчике...

- Ванечка, да сложи обратно свои документы, чтобы не потерять.

- Не потеряю. А Вы уже зарегистрировались в какой-то конторе беженцев?

- Я ещё нет. Завтра пойду. А вот Вадим не знаю.

- Я уже... - Вадим поднимается и уходит.

- А мы, Ванечка, завтра пойдём и зарегистрируемся. Сейчас возьми себе кофе и бутерброд и пойдём в наше помещение для беженцев. Там будем пить свое кофе и есть свои бутерброды.


    Они вошли в помещение для беженцев. Ваня поставил на стол свой стаканчик кофе и осмотрелся.

- А где здесь душ? Я ведь прямо с поезда...

- Так, Ванечка, здесь нет душа, так как беженцы должны пребывать здесь не более двух дней.

- А что потом?

- Не знаю. Я ведь только сегодня утром нашла это место для беженцев.

- Мы завтра пойдём на регистрацию беженцев и там, наверное, нам всё скажут. Да? Пойдём завтра?

- Да, Ванечка, пойдём.

- А здесь есть хоть какие-то краны с водой, чтобы хотя бы умыться?

- Да, Ванечка, вот эта дверь, это в туалеты и там есть раковины.

- А, где моя кровать?

- Так выбирай себе любую из тех, на которых нет ничего личного. Здесь всего двое мужчин, Вадим и ещё один, но он в городе. Так что выбирай себе любую кровать и располагайся.

    Ваня ушёл в туалетную комнату. Надя выпила свой кофе и съела только сыр из бутерброда,  оставив булочку на столе, вышла из помещения.



     Она шла подальше от железнодорожного вокзала и рассматривала город. Дома, деревья, сквере. И ей было очень странно то, что она третий день в столице Болгарии, Софии и невидать нигде полиции.  Не мчатся на бешеной скорости какае-то патрульные экипажи. Не звучат сирены. Народ просто идёт себе и не жахается никого. Она вспомнила, как добиралась до полицейского участка в темноте и, так и не встретила ни одной патрульной машины.

     Сейчас, ей вспомнилось, как мама, тогда ещё в 1967 году рассказывала о своей туристической поездке в Болгарию. Сколько прошло лет, но она даже сейчас помнит названия городов, которые посетила мама. И так ей запомнился на открытке город Габрово - город юмора и веселья. Во всех городах, где они были, мама покупала открытки с видами тех мест.

    И ещё тогда, в те времена, неизвестно каким способом, а может забылось, многие школьники переписывались со сверстники из стран социалистической лагеря. И в основном это были страны Чехия и Болгария. Почему-то именно эти две страны.

    Сейчас, Надя вспомнила девочку из Болгарии с которой она переписывалась. Вспомнилось, какие красивые открытки эта девочка присылала ей к разным праздникам. Таких красочных, осыпанных блёстками открыток тогда в СССР ещё не было и это было невероятным. Бумага на открытках была не белая мелованная, а так, словно под старину, шершавая, сероватого цвета.



    Так, Надя шла и что-то вспоминала и не заметила как задошла далеко от железнодорожного вокзала. Внезапно она почувствовала какой-то упадок сил. Остановилась.

- О! Боженька, так это наверное я просто от голода. Так и что я ела эти два дня? Ничего. За все время из своего запаса галетного печенья всего одну 50 граммовую пачечку печенья, да и выпила всего пол литровую бутылочку воды, которую взяла из дома. И этот стаканчик кофе, взятый в офисе, меня взбодрил, и я отправилась в город. А нет, это не всё.  Ещё выпила два стаканчика кофе из автомата, за все время поездки в автобусе до Болгарии. Пора возвращаться обратно в приют странников.


   
     В приюте для беженцев чувствовалась напряжённость.  И было не понятно от кого она исходила, ведь достаточно, пусть даже в таком, разном и временном сообществе, кому-то подать сигнал злости, как ответная реакция последует незамедлительно.

    Ситуация разъяснилась и оказалось, что пока Надя гуляла, мужчине, который здесь живёт уже долгое время - сказали убираться! Да и Вадиму напомнили о времени пребывания в приюте.

    Мужчина возмущён. Он говорит, что он известный музыкант. Что его знают здесь, в Болгарии многие музыканты. И он должен ещё немного подождать, пока кто-то там приедет и приютить его у себя. Надя слушает речь музыканта. Речь сумбурная совсем не понятно о чём речь. Кто кого ждёт, кто кого должен приютить у себя...

    Вадим тоже расстроен, так как и ему сказали убираться из приюта, ибо что-то он долго здесь живёт.


    Надя, здесь, в этом приюте, только с утра, но уже получила ощущение отторжения, как ежеминутное напоминание - Ты здесь лишний! Уйди!



    Но, Ваня, этот большой ребёнок с таким  сильным жизнерадостным настроем ко всему, способен разрядить любую ситуацию. Он переключает разговор всех, на совершенно неожиданно тему, его рассказ, как он ехал из Украины за кордон.



    Утро не принесло успокоение в приют и атмосфера спустилась. Ощущение напряжённости чувствовалось во всём.  Музыкант не находил себе места. Вадим, как-то с особой тщательностью ухаживал за свои лицом. Молодая девушка закипала на кровати на женской половине приюта. Её мама молча сидит на кровати с закрытыми глазами. И только, Ванечка, уже умылся, переоделся и поджидает выхода в город для регистрации беженца.

- Ванечка, ну что, идём?

- Да. - Ваня улыбается. - Идём.

    Они выходят на улицу.

- А, Вы знаете куда идти?

- Примерно... вот сейчас переходим дорогу и идём прямо, а там по этой улице номер дома 125... точно не помню. Дойдём и посмотрим.


    Они идут вдоль проспекта, который начинается у двух вокзалов и посматривают на номера домов.

- А, я был в Париже!

- В Париже?!

- Да!- Ваня улыбается. - Приехал в Париж и пошёл в полицию и меня отправили в лагерь для беженцев.

- Ой, Ванечка, а как ты это всё проехал, прошёл всё нашёл?

- Так это было очень просто.

- Так и как ты общался?

- Так я знаю английский язык. Я хорошо учился в интернате.

- В интернате... там наверное было тяжело жить?

- Нет. Я с детства там, в этом интернате.


    Надя посмотрела на Ванечку. Он выше среднего роста, но такой худющий, что смотреть на него больно. И это... его лицо...

- Я там, в интернате уже больше оставаться не мог. там можно жить только до 27 лет. Мне как раз исполнилось 27 лет и меня выпустили...

- Ванечка, куда выпустили?

- А, просто выпустили из интерната и всё...

- Так тебе дали какое-то жильё,  где ты будешь жить?

- Нет. Я уехал за границу.


     Надя внезапно подумала о том, что везде регламент пребывания, что в своей стране, что за кордоном. Вот и им, определили только два дня в приюте, а дальше не знает никто и им ничего не говорят. Всё покрыто мраком. Везде какие-то тайны и манипуляции человеком под покровом этих тайн.

    А ведь человек не может жить в подвешенном состоянии. Человек хочет твёрдо знать, что происходит вокруг и как ему лично быть в какой-то ситуации.
 
    Неопределённость положения, может довести человека до любого состояния.

- Ванечка, так и чего ж ты не остался в Париже, в лагере беженцев?

- Так там не было никого из наших. Все были иностранцы. И это был огромный лагерь.В лагере было наверное человек 500. Там рядами стояли раскладушки и люди на них валялись целый день.

- А, что нельзя было выходить в город?

- Можно, но видимо они никуда не выходили. И мне так это все надоело...

- Вот так... взял, вышел и уехал...

- Да, так и было.

     Надя смотрит на витрину какого-то офиса. Читает объявление за стеклом, смотрит на нумерацию домов.


     Они вошли в офис и их очень быстро зарегистрировали. Весь обратный путь, Ваня рассказывал о своём путешествии в Париж и обратно на поезде с внутренним украинским паспортом. Он рассказывал о тех, кто встречался ему в пути и как они общались. За весёлым рассказом Вани, они и не заметили как вернулись в приют.


    Едва они поднялись на второй этаж, к Наде подошёл служащий офиса и сказал, что ей предлагают хорошее место, которое всего в 15 минутах от Софии. Это город Банья. Туда, все из Софии ездят плавать в огромный бассейн. Идём,  поговоришь с человеком, который тебя туда устроил.

    Они вошли в офис, и служащий мгновенно куда-то позвонил и передал телефон Наде.

- Говори...

    На том конце связи ей долго рассказывали, какое это замечательное место в центре города, комфортабельное. Что это место какой-то крупной организации, которая управляет какими-то крупными ресурсами. И вопрос, заставил Надю услышать только это - Так ты поедешь туда?!


   Надя молчит. Как же она устала от принятия этих скоропалительных решений. Она понимает такую тактику давления на человека, ведь такое решение человек принимает не добровольно, а под давлением созданных ему обстоятельств.

- Так ты поедешь? Ещё не известно, будет ли что-то другое. А твоё время заканчивается в приюте.