Добрушкино Солнышко-4

Добрушкино Солнышко
Глава четвёртая.
Солнышко в пруду


Добрушка шёл по лесной тропинке и вдруг снова услышал тихое журчание ручья. Подошёл ближе, наклонился — а там лягушонок стоит, смотрит на воду, грустный.
— Лягушонок, ты чего? — спросил Добрушка.
Тот был весь мокрый, хвостик подрагивает.
— Добрушка а а, — отвечает он, — мне страшно. Я плавать умею, но плавать не хочу. Дельфин я, дельфин! А не лягуша.
— Дельфин? — удивился Добрушка. — А как же ты тут оказался, если дельфин?
Добрушка недоумевал.
— Очень странно, лягушонок. Почему ты думаешь, что ты дельфин?
— Потому что я вижу сны, как плыву по морю, хвостом машу, волны — шух! — и никто мне не скажет: «Прыгай в пруд». А тут мама говорит: «Ну ка быстро, до кувшинок!» — и я прыгаю, а мне не нравится.
И Добрушка задумался. Как же так? Лягушонок маленький маленький, и вдруг он хочет стать дельфином. «Странно, — подумал Добрушка. — Такого, наверное, не бывает». И решил спросить у солнышка:
— Солнышко, солнышко, ты где? Расскажи мне, пожалуйста, возможно ли такое чудо?
И солнышко со своей небесной высоты открыло свои глазки, улыбнулось и произнесло:
— Добрушка, чудеса бывают только у тех, кто их ищет. А лягушонку просто скучно. Видишь, он не хочет быть лягушкой, потому что не знает, зачем лягушка нужна. Но если он узнает, зачем пруд, зачем лягушачьи лапки, зачем эта вот зелёная кожица, — вдруг ему станет интересно. А пока он думает: «Я дельфин, а меня заставляют прыгать по кочкам». Ну ка, иди к нему, спроси: «А если я покажу тебе, зачем ты здесь, ты попробуешь?»
И Добрушка обрадовался:
— Лягушонок, солнышко говорит, что если ты узнаешь, зачем ты лягуша, тебе полегчает. Пойдём, я покажу.
Он подошёл поближе к лягушонку и рассказал ему:
— Слушай, дружок, я вот вчера был на болоте, и там тоже была зелёная зелёная лягушка. Она была похожа на большую большую жабу с огромными глазами, с кислым, писклявым голосом. А ты — маленький, хороший, озорной. Ты, наверное, хочешь жить в чистой водичке. Вот здесь очень хорошая, вкусная вода — по сравнению с тем болотом, в котором жила эта вчерашняя лягушка. И ты, наверное, должен сравнить: если хочешь на болото, я тебя могу туда отвезти, и ты посмотришь, где лучше — в чистой воде или в болоте. Ты хочешь?
И лягушонок задумался. Сначала глазами моргнул, потом лапкой по воде шлёпнул.
— А правда, что на болоте всё кислое? И комары там злые? — спросил он.
— Правда, — ответил Добрушка. — Но зато там тихо. И никто не мешает думать: «Я дельфин, а не лягуша».
Лягушонок вдруг рассмеялся:
— Ой, Добрушка, я, может, не дельфин. А просто… просто мне не нравится, что все лягушки одинаковые. Все прыгают, все квакают, все мокрые. А я хочу быть особенным.
На что Добрушка ему ответил:
— Лягушонок, мой хороший, да ты и так особенный. И знаешь, я тебе могу даже спеть песенку, которую вчерашняя лягушка мне ночью пропела. Хочешь?
И Добрушка спел ему песенку:
Мы зелёные лягушки, на болоте мы живём,
Мы весёлые квакушки, дружно песенки поём.
Ква ква ква ква, зелёная трава,
Ква ква ква, кружится голова.
И лягушонок рассмеялся. Ему стало так весело. Он попросил:
— Добрушка, а давай ещё, давай ещё!
И Добрушка продолжил:
Комарики летают, жужжу жужжу жужжу.
Нам песни напевают, жужжу жужжу жужжу.
Вот звёзды загорелись, пора ложиться спать.
Наквакались, напелись, мы солнца будем ждать!
Тут солнышко сверху улыбнулось.
А лягушонок запрыгал вокруг Добрушки, лапками шлёпая по воде:
— Добрушка, я не дельфин! Я — певец! У меня голос такой звонкий квакашный! А ещё я умею прыгать выше всех на кувшинке! Смотри! — и прыгнул, аж брызги в разные стороны.
— Видишь, — сказал Добрушка, — особенность не в том, чтобы быть другим. Особенность — в том, чтобы быть собой. А ты — самый весёлый, самый прыгунный лягушонок во всём лесу.
И лягушонок вдруг замолчал. Потом тихо:
— А если я буду петь, все меня услышат?
— Все, кто захочет услышать. А это — почти все.
Тут Добрушка догадался:
— Ты знаешь, мне кажется, дело не в том, чтобы тебя услышали. Дело в том, чтобы тебя услышали небо, солнышко, звёздочки. Вся природа живая, она всегда нас услышит, если мы будем нести в себе самое лучшее, доброе, светлое. И это наша задача — чтобы мы стали вот этим маленьким маленьким солнышком, которое светит на небе, но оно есть в каждом из нас. Ты знаешь, это я только сегодня понял, а до этого я всё думал: как же так, солнышко высоко, а оно мне говорит, что оно в тебе есть. И вот теперь я знаю, что солнышко живёт в каждом.
— Вот именно, — тихо отозвалось солнышко с неба, словно подслушав их разговор. — И в тебе, Добрушка, и в лягушонке, и даже в этой самой кувшинке, что цветёт, хотя и никто её не гладит.
А лягушонок вдруг сел, сложил лапки, поднял мордочку кверху — и запел. Не кваканьем, а так, по настоящему:
— Ква а а а а а а!
И лес ответил: «Ква а а!» — и ручей, и листья, и даже комарик в небе жужнул в такт.
— Слышишь? — улыбнулся Добрушка.
— Значит, я не просто лягуша, — подмигнул лягушонок. — Я — солнышко в пруду.
И они вместе засмеялись — звонко, чисто, будто весь лес вздохнул свободой.
И пошёл Добрушка счастливый дальше по лесу. Он понял, как важно иногда просто сказать, что солнышко есть в каждом, и каждый станет этим солнышком. Пусть даже оно пока ещё прячется в кармашке.