ШТАБ

Штаб

Прогулки по берегу Ардона доставляли Лёньке настоящее удовольствие.
Как хорошо он себя чувствовал на его берегу, когда смотрел на бешено несущиеся воды. Они набегали на огромные камни, торчащие из воды, и ударялись об них. В этих местах вода бурлила, вздымалась ввысь и обрушивалась огромными каскадами с многочисленными брызгами. Когда солнце под определённым углом светило на них, то в этих местах образовывалась радуга и Лёнька завороженно смотрел на её переливы.
Несущаяся вода так рокотала у огромных камней, что создавала невообразимый шум и приходилось даже кричать, чтобы собеседник слышал о чём ему хотят сказать.
Лёнька с Черёмой частенько спускались к воде и кидали в неё камнями, а из-за шума воды, они беззвучно и без следа исчезали в ненасытных водах Ардона, как будто поглощались неведомым чудовищем. А то они сидели и смотрели, как потоки вод набегают на камни, перехлёстывают через них и несутся дальше, оставляя за камнями небольшие заводи с почти стоячей водой.
Как объяснил в своё время Лёньке их сосед, что именно в этих заводях и останавливается форель и из стремительных вод вылавливает проносящийся корм.

Спустится к реке не составляло труда.
Надо только выйти из дома, пересечь главную дорогу, пролезть в дыру в хлипком штакетнике и по крутому откосу спуститься к бревенчатым коробам, укрепляющим берег.
Можно, конечно, спуститься на берег и другим путём, но для этого приходилось проходить мимо дома Козла, что Лёнька не любил делать. Ему хватало того, что он учился с ним в одном классе и терпел его постоянные придирки.
Иногда они с друзьями собирались, подлавливали Козла и вымещали на нём все свои обиды. Ну, а если встретиться с Козлом в его дворе, то хорошего от этого ничего не получалось. Если получалось удрать, то, можно считать, что повезло, а так по минимуму подзатыльник обеспечен.
Но Лёнька ещё не любил ходить этой дорогой и по другой причине.

Прошлой зимой он решил прогуляться по берегу Ардона. Стояли невероятные холода. Мама даже заставляла Лёньку носить кальсоны, чтобы он не замёрз. С мальчишками во время снегопадов они носились с гор на санках и между собой играли в снежки, а папа как-то раз даже слепил им снежную бабу и вставил ей вместо носа морковку.
Река обмелела и едва катила свои воды. Они не бурлили и не неслись, как весной или осенью, а в одном месте, даже образовалась заводь со спокойной водой.
Наступившие холода сковали во многих местах реку и даже на камнях, торчащих из воды, образовались шапки льда. А когда Лёнька включал своё воображение, то эти шапки представлялись ему сказочными замками.

За домом Козла Ардон делал поворот и часть берега обнажалась и образовывала каменистую отмель. Перед ней находилось небольшое пространство спокойной воды и во время этих неожиданных морозов эту заводь сковало льдом.
Взобравшись на подпорную стенку и увидев на заводи лёд, Лёнька решил испытать его на прочность. Он спустился на берег и, подойдя к замёрзшей поверхности воды, осторожно начал продвигаться по блестящему и ровному, как стекло льду.
Самое интересное, что он увидел, так это дно реки. Так его разглядеть невозможно из-за бурных вод, а тут – вот оно. Через прозрачный экран льда Лёнька разглядывал поросшие мелкими водорослями камни и потоки воды, струившиеся между ними. Увлёкшись, он потерял бдительность и подошёл к самому краю замёрзшей поверхности льда.
И тут при очередном шаге, лёд треснул, и нога провалилась в воду, а Лёнька оказался по шею в воде.
Ему повезло, что в этом месте оказалось мелко и он сразу коснулся ногами тех самых камней, которые только что разглядывал.
Холодная вода сразу перехватила дыхание, а подводное течение обволокло ноги и начало стаскивать его на стремнину. Но Лёнька не растерялся, оттолкнулся ногами от дна и выбросил тело на кромку льда. Тонкий лёд тут же под его тяжестью проломился, и он вновь оказался по уши в воде. Хорошо, что, выходя из дома, он завязал шнурки шапки на подбородке, поэтому она с него не свалилась.
Со второй попытки лёд его выдержал и Лёнька, как тюлень, начал руками отталкиваться от скользкой поверхности льда и отползать от края полыньи. А когда он подполз почти к берегу, то только тогда, поднялся на четвереньки и выбрался на него.
В книгах Лёнька читал, что при таких «купаниях» одежда сразу намокает, тяжелеет и утаскивает человека на дно. Но тут такого не произошло. Одежда только сверху промокла, но внутри осталась сухой.
Выбравшись на берег, Лёнька, что было м;чи, помчался к дому. Опасаясь простыть, он даже дышал через варежку.
Дома никого не оказалось. Он скинул с себя всю верхнюю одежду и сразу же положил её на батарею. Налил себе горячего чая с малиной и закутался в одеяло, хотя даже не успел замёрзнуть.
Пришедшая с работы мама ничего не заметила, а Лёнька о «купании» рассказал только Черёме.

А сейчас осенью Ардон вновь обмелел и кое где образовались отмели. Мальчишки по ним ходили и с любопытством рассматривали причудливые формы камней, обмытых водой.
В одну из таких прогулок Лёньку озарила идея.
- Слышь, Вовка, - обратился он к Черёме, - а помнишь, как Том Сойер с Гекльберри Финном на острове в шалаше жили?
- А чё не помнить? – удивился Черёма. – Конечно помню. Они там даже костёр палили.
- А мы что, хуже их что ли? – Начал мечтать Лёнька. – А что, если мы себе соорудим дом, - но подумав, сам отказался от этой идеи. – Нет, не дом, а штаб? – и вопросительно посмотрел на Вовку.
- Какой штаб? Какой дом? – Возмутился его закадычный друг. – И где ты его собрался строить?
- Да здесь! – Лёнька обвёл рукой большущую отмель, по которой они прогуливались.
- Ну ты даёшь! - Рассмеялся Черёма. - Где здесь?
- А вот прямо тут можно этот штаб и построить, - и с жаром принялся объяснять. – Смотри, - показал он в сторону берега. – Берег будет нам одной стеной штаба… - но не успел закончить свою идею, как его возмущённо перебил Черёма.
- Какого штаба? Ты чего несёшь?
Но Лёньку не тронул возмущённый тон друга, поэтому он спокойно напомнил Вовке:
- А ты что, не помнишь, что мы собрались стать разведчиками и путешественниками? - на что Вовка согласно кивнул, что помнит. – А для того, чтобы ими стать нам надо начать привыкать к лишениям, которые нам встретятся в будущем и начинать это надо сейчас, - и, как будто Вовка его не перебивал продолжил излагать свою идею: - Так вот. Смотри. Одна стена у нас есть – это берег, за вторую мы используем брёвна укрепляющей берег короба.  Смотри, какой он прочный, - и, подойдя к брёвнам похлопал по ним и подёргал за кирки и толстую проволоку, скрепляющую их и показал рукой вверх, - на нём даже сараи стоят. – Значит, нам остаётся выложить только две стены и прикрыть всё это крышей, - высказавшись, Лёнька гордо посмотрел на Черёму, ожидая его реакции на своё предложение.
- А из чего мы выложим стены? - Черёма всё никак не мог понять своего друга, одухотворённого очередной идей, и в нерешительности смотрел на него.
- Да вот из этих вот камней, - Лёнька пнул один из близлежащих булыжников. – Вспомни, как древние люди строили себе дома. Они брали камни, выкладывали их и скрепляли их глиной, - но, осмотревшись, с сожалением констатировал: - К сожалению, глины здесь нет, но зато есть много всякого мусора, который сюда выкидывают из магазина. Вот мы этим мусором и заткнём все щели в стенах, - и Лёнька с видом победителя уставился на Вовку.
Но тот что-то не особенно обрадовался тому, что предлагал Лёнька, но, подумав и посмотрев на берег и короб, Вовка нерешительно выдал своё решение:
- А вообще, это ты хорошо придумал, что нам надо построить штаб. А то, что же это получается? Мы - разведчики и без штаба, - но что-то вспомнив, вновь спросил: - А крышу из чего тогда делать? Не из камней же…
- Конечно не из камней! Мы ей сделаем вон из той фанеры от ящиков, - Лёнька показал на склон, где валялось несколько больших ящиков.
- Тогда чего стоим?! – радостно вырвалось у Черёмы. – Давай строить.

Сказать и мечтать – это просто. Лежи себе на кровать и чеши языком, а тут мальчишкам пришлось применить все свои силы и сообразительность.
Камни оказались тяжёлыми, к тому же их пришлось выковыривать из дна. Для этого на берегу нашли длинные палки и ими выкорчёвывали камни, а затем перекатывали их к предполагаемому штабу.
Когда самыми большими камнями выложили первые два ряда стен, то дальше дело пошло легче. Камни сверху укладывались уже меньшего размера, а когда их высота достигла роста мальчишек, то они сели передохнуть.
- Ну что? – довольно показал Лёнька на возведённые стены. – Как тебе штаб?
- Классно, - подтвердил довольный Черёма. – Сейчас самое время крышу делать.
Мальчишки встали, прошли к выброшенным ящикам, разломали их, а потом принесли к стенам нового дома и накрыли их этими листами.
Чтобы листы прочнее держались, под них вначале подложили толстые палки, а листы сверху придавили большими камнями.

Мальчишки залезли в штаб и попробовал там полежать, но пол оказался неровный и его пришлось равнять.
- А теперь самое время сделать очаг, - со знанием дела вспомнил Черёма. – У индейцев в вигвамах всегда был очаг.
Для этого мальчишки вновь вылезли из штаба и, насобирав достаточное количество окатышей, на полу штаба выложили предполагаемое место для очага.
В штабе стало ещё лучше. Он напоминал мальчишкам жилище пещерных людей. Таинственный полумрак, очаг, каменные стены. Шум реки из-за каменных стен не так явственно слышался, даже несмотря на большой проём во входной стене. Внутри стояла относительная тишина.
Мальчишки, довольные постройкой, собрали на свалке сухие деревяшки и разожгли в штабе костёр. Он вначале дымил, от чего они кашляли и вытирали слёзы, но когда костёр разгорелся и камни очага прогрелись, то горел почти без дыма.
Дым сразу поднимался вверх и ветерком через щели в камнях выносился в проём предполагаемой двери.
Сидя у костра, Лёнька вновь размечтался:
- У нас дома есть ненужная занавеска. Мама о ней совсем забыла. Я её принесу, и мы сделаем из неё дверь.
- А я, - вторил Лёньке Черёма, - стырю у отца старую подстилку и нам здесь тогда будет удобно лежать, а то тут земля очень сырая.
— Это она пока сырая, - со знанием дела возразил Лёнька. - А вот как мы протопим тут всё, дыры в камнях заткнём мусором, то тут будет тепло. Тут можно будет и в холода прятаться от врагов.
- Каких холодов? – не согласился с ним Черёма. – Тут при первом же половодье всё смоет.
— Это точно, - с сожалением согласился Лёнька, - смоет. Но нам и этого хватит, чтобы привыкнуть к жизни путешественников.
Мальчишки сидели у костра, понемногу подкладывали в него щепочки, чтобы он сильно не дымил и мечтали об их счастливой жизни в этом, построенном их собственными руками штабе.
А когда начало смеркаться, то разошлись по домам.

Открывшая дверь мама, с порога унюхала от сына запах костра и тут же начала возмущаться.
- Опять за старое взялся? Опять костры палите! Опять соседи пойдут жаловаться? Мало мне того, что я тогда уговорила их молчать, а то бы вас точно поставили на учёт в милицию, а мне штрафы за вас плати.
- Нет, мы не у сараев костёр палили, - пришлось сознаться Лёньке.

Он усвоил одно, что если во всём откровенно сознаться и это не пойдёт вразрез с мамиными мыслями, то наказания можно избежать. Она его поймёт, проведёт беседу, а он во всём повиниться и пообещает исправиться.
Но если его покаяние шло вразрез с мамиными правилами, то порки Лёньке не миновать, что порой и случалось.

Поэтому он сразу же сознался:
- Мы не у сараев костёр палили, - повторил он для убедительности, - мы штаб построили на отмели Ардона у опорной стенки.
Мама с недоверием посмотрела на сына, а когда до неё дошло содеянное, то она в ужасе закричала:
- Так вы теперь хотите спалить подпорную стенку и весной, чтобы весь посёлок из-за этого смыло? – от осознания тяжести предполагаемого преступления, она села на стул и сжала голову руками:
- О, Господи! За что мне наказание такое? Что я такого в жизни сделала, что ты наградил меня таким сыночком… - мама бы и больше причитала, но Лёнька подошёл к ней и прижался к ней.
- Не полезем мы в этот штаб больше, - пообещал он маме, - и никаких костров не будем там палить.
- Точно не полезешь? – мама оторвала лицо от ладоней и недоверчиво посмотрела на сына.
- Точно, - уверенно заверил её Лёнька. – Мы только завтра спустимся туда и всё там сами разломаем.
- Никаких завтра! – тут же возразила мама. – Забудь про свой штаб и больше никогда о нём не вспоминай.
- Хорошо, мама, - покорно согласился Лёнька.
- Ну и молодец, - похвалила она сына и, погладив по провонявшим дымом волосам, распорядилась: - А сейчас марш мыться!

Утром Лёнька с Черёмой встретились и вместе пошли в школу. По пути они мечтали, что когда вернуться после занятий, то пойдут в штаб, чтобы жарить картошку.
Но после второго урока Козёл с Пигичем, Икашей и Петраком прогуляли третий урок, а на четвёртый пришли довольные.
А когда Лёнька с Черёмой возвращались домой, то не выдержали и спустились к штабу, чтобы проверить его состояние.
Какое же они испытали разочарование, бессилие и злость, когда увидели разрушенный штаб.

04.12.25