Как человек умер в униксе на мини-футболе

… А с Масгутом Махмутовичем нас разлучила только его смерть. Мы с ним, скажем так, частенько расходились во мнениях. Что-то не устраивало меня, и я критиковал чемпионат  в студенческой газете «Казанский университет». В ответ он обижался, что-то мне высказывал, но уже лично, без посредников в лице газеты. А мы, на факультете, тоже начали вовсю «химичить» с составом. Вначале Егоров привел знакомых ему футболистов, и мы заняли в 1994 году третье место в чемпионате КГУ. Для факультета это было не достижением, а…. Ну, как третье место сборной России на чемпионате Европы 2008 года. Восторг, триумф, именины сердца. Годом ранее, не 2008-го, а 1993 года, сборная журфака заняла третье место на легкоатлетической эстафете. Впервые в своей истории. Я, кстати, бежал последний этап. Наш студент Костя Васильев постоянно побеждал на университетских соревнованиях по настольному теннису. Мне кажется, такого повсеместного спортивного подъема у факультета журналистики КГУ никогда не было, и вряд ли уже будет. Он тогда носил 13-й номер в КГУ, и где-то около этого места крутился на всех университетских соревнованиях. А вот в мини-футболе команда еще дважды завоевывала призовые места. В 1996 году, когда я привел в состав Андрюху Горнаева, Олегина Игнатьева, Кирилла Шайхутдинова, «Молния», двух игроков тогдашней команды «Старт», и мы стали серебряными призерами чемпионата КГУ, уступив в финале сборной географака с великолепным в те годы Маратом, если не ошибаюсь, Мифтаховым, по прозвищу Пеле. Кстати, перед этим полуфиналом у нас состоялись четвертьфинал с юрфаком и полуфинал с истфаком. Перед четвертьфиналом кто-то привел в УНИКС Рамиля Харисова. Пока писал, вспомнил, кто привел – Антоха Снегуренко, ФК «Рубин», чемпионат России по второй лиге 1993 года, а тогда студент физфака. Сказал, что «У вас нет шансов с юристами, а это игрок «Рубина». «Харис» на тот момент прогремел тем, что во время одного из матчей второй лиги за «Рубин» он забил два гола за нашу команду, и его фамилию на табло Центрального стадиона написали латинскими буквами. – «С удовольствием сыграю в этом спортзале», - сказал Рамиль, оглядывая лучший на тот момент спортзал Казани, и, видимо, сравнивая его со своим институтским, зашарпанным. Но на игру так и не пришел. В результате мы выиграли и у юристов – 2:0, и в нашумевшем полуфинале с историками – 2:0. Почему нашумевшем? Капитан истфака Руслан Атнагулов, сам перед нашей встречей проведший нехилую трансферную компанию, пригласив Женька Примерова из КАИ, Рому Романова из «Татинкома», Ильдара «Ливси» из «Идели», минуты за две проигранного уже нам матча, сменился с ворот, сел на скамейку запасных, нашел где-то лист бумаги, ручку, и начал писать Масгут Махмутовичу. - «Признаю, что у меня в команде играет трое (или четверо) подставных, но у журфака их ВОСЕМЬ человек. Требую переиграть матч». За точность не ручаюсь, но смысл бы такой. Со стороны это смотрелось смешно, а то, что наш Кирилл Шайхутдинов, пришедший на игру прямо с обеденного перерыва в «Интехбанке», отправился после игры в травмпункт, было совсем не смешно. Руслан, в борьбе за мяч, пробил ему дыру в губе. Вот так наши мини-футболисты могут «сходить, пообедать».
А за истфак в матче за третье место вообще никто не пришел. Пришлось среди других подставных выходить на поле Гумеру Нафиеву из юрфака, ныне заместителю прокурора Казани. 
В 2000 году сборная журфака, наконец-то, выиграла чемпионат КГУ. Я тоже провел в составе той команды один матч, «наиграв» на почетную грамоту от деканата. Мне было уже 32 года, я шесть лет как закончил учиться. Соперники мне напрямую сказали,  «Джаудат, ты стал чемпионом. Не играй больше». Костяк той команды чемпионов составили Стас Голле, Руслан Хабреев, Евклид «Грек» Харалампиди. А еще кто? Ты помнишь? Андрей Вадимович, сразу нет.          
А вскоре умер Масгут Махмутович. К тому времени он еще успел провести один или два турнира выпускников. На одном из них сборная журфака уступила команде юрфака – 2:5. Четырежды судья-информатор объявлял, что «Гол забил Ильсур Метшин». «Кто такой?» - думал я, ознакомившийся за восемь лет участия в соревнованиях КГУ с составом юрфака. Равиля Вахитова, ныне заместителя прокурора РТ, помнил, Камиля Шаймарданова, капитана команды начала девяностых, годов Айрата Каюмова, ныне директора ООО «Лизинговая компания малого бизнеса РТ», Бабая, Ролика, которые учились на юристов, а повадками напоминали уголовника. А про футболиста Метшина я до того момента ничего не слышал. Потом только услышал, спустя два месяца, когда он стал вначале руководителем МУП «Казанский посад», а вскоре градоначальником Нижнекамска.
А через год умер Масгут Махмутович. Прямо на игре чемпионата выпускников. Я ее судил, когда Сафин сменился, но не успел сесть на скамейку запасных и упал у меня за спиной. Инфаркт… Димон Цуриков, почему-то бывший в тот момент в УНИКСе, пытался вернуть Масгута Махмутовича к жизни с помощью искусственного дыхания, но безрезультатно. Вечная, вам, память, Масгут Махмутович…

Городской мини-футбол
Состоявшееся знакомство с Сашей Егоровым в 1992-м вернуло меня в городской чемпионат. Работал он в какой-то фирме «Лаэкс», которая и стала спонсором нашей команды для участия в турнире на призы Центрального стадиона. Выступили мы опять не удачно, факультетская команда не была настолько боеспособна, чтобы оказывать сопротивление городским, но я познакомился с игроками «Фортуны». Оскаром Кушаевым, до последнего времени игравшим за «Ак Барс», Игорем Лукояновым, который и по нынешнее время там выступает, возобновил знакомство с Олегом Гареевым, который вместе со старшим братом Сергеем играл у меня в первом чемпионате за команду «Кино». Наше знакомство оказалось взаимовыгодным. Во-первых, ребята пригласили меня на матчи в «Трудовые резервы», в спортивном зале которого в девяностые годы собирались многие любители мини-футбола. Зимой гоняли по вечерам в спортзале, по воскресеньям оккупировали теннисный корт, летом бегали на спортивной площадке медуниверситета, рядом с кладбищем. В смысле, площадка находилась рядом с кладбищем, а не сам медуниверситет. Там я вначале познакомился с игроками команды «Арника», за которых впоследствии выступал, потом с футболистами «Наполе», или как его называли, дублем «Молнии». Один из игроков того «Наполе» Ринат Сибгатуллин до сих пор играет, сейчас защищая цвета «Шторма».
А тогда играли мы неудачно, ни разу не выходя в число четвертьфиналистов. А, может, и удачно, судите сами, я сетую на то, что мы не выбивались в четвертьфиналы, а это, на секундочку, восемь сильнейших команд города. СВМ, «Стадион», «Беда», потом «Татинком», «Экономист», та же «Молния», «Эрви», «Абак», «Синтез» - какие команды были… Какие люди в них играли… «Беда», например, ограничивалась четырьмя-пятью футболистами в составе, Вадяй, Рома Романов, Димон, Олег, Эдик… Знающие люди шушукались - «братва». Но вели они себя, надо отдать должное  ребятам, вполне адекватно. Вот кто поразил своим «чисто-конкретным» поведением, так это «Эдельвейс». Причем, не футболисты, а их болелы. Окружали мини-футбольную площадку машинами, по осени там и сидели, и гудели в клаксоны, когда их футболисты забивали гол. Потом вылезали из машин, вразвалочку семенили к отличившимся футболистам, обнимались, вразвалочку возвращались обратно к своим машинам, откуда подавали знак судьям, мол, свисти, можно продолжать игру… СВМ, помнится, в матче плей-офф, чморили всю игру, Проиграв же, уважительно их поздравили, подарили несколько бутылок газированной «отравы» «Кристина» и что-то еще. Правда, «Эдельвейс» играл совсем недолго, потом команда исчезла. Болел их, я надеюсь, пересадили из автомобилей в другие теплые и отапливаемые помещения. А право представлять «братву» перекочевало к «Волне». Вадяя из «Татинкома», кстати, каюсь, я на игре сломал так, что ему пришлось закончить с мини-футболом.
Ваш Джаудат АБДУЛЛИН (продолжение следует)