Новогодний облом деревенского масштаба

Пора готовиться к Новому году — с такой мыслью проснулась Слоня и начала натягивать панталоны. На улице мороз, а недавнее примерзание пятой точки она помнила слишком ярко, чтобы повторять этот эксперимент даже ради искусства.

Схватив сигарету, чтобы совместить приятное с полезным — и согреться, и некую негу в процессе поймать — Слоня выскочила из своей избы.
В ночнушке, фуфайке и калошах на босу ногу она рысцой потрусила к нужнику, наслаждаясь утренним моционом, дымком и тем, что никто не видит. Хотя, кого там пугать: у соседей с утра зрение, как у кротов. Таджики к зиме покидают деревню.

Но планы на тихий морозный рассвет рухнули.
К Слоне, как снег на голову, явилась её сотоварка — Морда. Вид у той был траурный, как у человека, которому объявили, что сала больше не будет, а вместо него — брокколи.
— У нас, Слоня… беда, — выдохнула Морда, держась за косяк нужника, как за могильный камень.
— В деревню к Новому году завезут не водовку… а детское шампанское. Я всю ночь глаза в потолок таращила — уснуть не смогла.
Слоня вздрогнула так, что калоша сыграла соло по мерзлой земле.
— Как шампанское? Детское?!
Слово «детское» обидно звякнуло в её голове, напоминая и о пенсии, и о весе, и о том, что детство у неё закончилось ещё до появления телевидения.
Морда продолжила стенать:
— Без водовки деревня Новый год не встречала со времён, когда у меня был мудик!, - прошепелявила Морда и скупая слеза пробороздила волосатую щеку.
Слоня затянулась так, будто могла выкурить решение этой трагедии, и философски хмыкнула:
— Ну ничего… выпьем детского — помолодеем. Глядишь, и печень с того света вернётся.
— Ты не понимаешь! — трагично прошипела Морда. — Это как мудик без зарплаты: вроде есть, а пользы никакой!

Слоня погасила окурок о калошу и махнула рукой:
— Ладно… пойдём к нужнику, там у меня чекушка самогона прячется. Нужник — место честное, там люди правду всегда хранят.

Морда сразу ожила, будто её подзарядили от резетки.
— Ох, Слоня… знала, что ты — женщина надёжная!

И под аккомпанемент ветра, скрипящих калош и тонкого запаха утреннего никотина, две героини потрусили спасать настроение — как всегда, по деревенской традиции, начинать с нужника.

А о Новом годе они подумают завтра, они же почти Скарлетины О*хари,местного масштаба !