Давай приснимся друг другу

Он будет ждать ее на площади, возле цветущей черемухи. В Его руках скромный, но нежный, по случаю, букет цветов - Он сам их выбирал. Он знает, что лучшие букеты те, которые составляешь сам, потому что каждый выбранный цветок несет твои же эмоции и чувства. Он это знает. Теплый ветер проносит мимо случайные обрывки фраз, далекий гул машин, звонок трамвая и шум несуществующего моря. Его улыбка отражает солнечный свет, а глаза горят бесовским огнем. И то ли предвкушение первой встречи так будоражит кровь, то ли запах черемухи Его пьянит. Он чувствует зуд под лопатками, там, где у ангелов крылья, потому что еще немного и Он оторвётся от земли. Его сердце стучит так громко, что с ветвей разлетаются птицы.
Полчаса спустя Он перестал улыбаться. Он сидит на скамейке и сосредоточенно курит. Гул машин раздражает, человеческий гомон мешает ясно мыслить, а ветер забирается под кофту и пробирает до костей. Рядом, на скамейке, лежит букет. Всё еще нежный, но, по случаю же, слегка унылый. Вдобавок какая-то птичка нагадила прямо на плечо. Он перестал улыбаться, но не перестал надеяться. Он всегда верил в хорошее в людях, хоть и недолюбливал человеков в целом.
Еще через 40 минут Его глаза окончательно утратят признаки жизни, когда Он прочитает сообщение в телефоне: "Я увидела тебя издалека. Знаешь, мне нравятся высокие парни". Или "По переписке ты казался мне другим. Ты совсем не мой типаж". В лучшем случае Он обнаружит, что она его просто заблокировала. В этот момент звуки исчезнут. Даже сердце перестанет стучать. Часы, установленные на фонарном столбе в центре площади, отзвенят свой приговор. Они всегда показывают одно и то же время - время, когда она не пришла. Он снова улыбнется, но в Его улыбке больше не будет той легкости. Только безысходность, холод и пустота. Букет отправится в ближайшую урну. Он отхлебнет коньяка из фляжки - вечного спутника, закурит, включит музыку в наушниках. И пойдет, бесцельно и бездумно бродить, огибая лавочки и неработающие фонтаны, проходя сквозь людей, идущих навстречу, даже не касаясь их. Будет бесконечно слоняться, чтобы завтра, в то же время, ждать под черемухой, на Площади Упущенных Свиданий.
Он уже давно привык к такой участи. Каждую ночь он открывает глаза здесь, под этой самой черемухой. И каждую ночь повторяется одно и то же. Да, Он давно уже понял, что это всего лишь сон. Сон о том, что преследует его всю жизнь. Но только потому, что это сон, не значит, что этого места нет. Он это знал наверняка. Это единственный сон, который он помнит проснувшись. Каждую деталь. Каждый камень на брусчатой площади. Каждую лавочку. Он помнит запахи. Он помнит вкус сигарет и соленый запах моря, которого нет. Даже наяву он улавливает знакомые силуэты, где-то на периферии зрения. Он Знает, что это место есть. Он очень хотел бы оказаться там. Да, там ему тоже больно, грустно и одиноко, как и наяву. Но там, эти ощущения, они.. Они словно часть этого места, они ярче и насыщенней, от чего, иногда, даже приятны. Он обошел всю Площадь и ближайшие закоулки. Он помнит улицу Новых Дорог - единственное место, которое каждый раз меняет свой вид, будь то автобан, прогулочный тротуар, лесная тропинка или затхлый тупичок. Он помнит, как вдалеке, на проспекте Кротовых Нор, раздаются негромкие хлопки, будто кусочки времени и пространства там, то исчезают, то появляются. Он помнит бар с необычным названием - кажется, Он видел такой фильм, но никак не может вспомнить его. Каждый раз Он хочет зайти в этот бар и выпить чего-то необычного, но никак не может дойти, как будто ему туда нет дороги. Пока что нет. Он помнит Базарный сквер, на котором местные пенсионеры торгуют самыми необычными вещами и безделушками. Например, фрау Гретта продает пуховые платки - зимой в них теплее, чем в любой шубе, а летом - прохладно, как под кондиционером. А если уснуть с таким платком на плечах, то тебе приснятся самые счастливые моменты твоего детства. А вот дедушка Давид продает домашний коньяк, настолько божественный, что от одного глотка ты начинаешь искреннее плакать и вся печаль уходит, как будто ее никогда и не было.
А еще он помнит самый необычный парк - парк Вечной Осени. Даже через кованый забор, с узорами, напоминающими густой лес, видно, как в парке кружат листья и светит теплое солнце. И это не смотря на то, что за пределами парка солнце находится вообще с другой стороны. Он видел девушку в парке, которая гуляла среди деревьев и каждый раз, когда Он проходил мимо парка, махала ему рукой. Каждый раз Он останавливался и просто глядел на нее, не в силах оторвать взгляд. Она смотрела на него в ответ и всегда улыбалась, такая же нежная и теплая, как сентябрьское солнце. Они могли стоять так часами, пока один их них не растворялся в вечернем мареве. Он очень хотел попасть в этот парк. Вход туда был свободный, но Он знал, что пока не может туда пройти. Он знал, что нужно еще подождать.
Однажды, в очередную свою ночную прогулку, Он увидел асфальтовую дорожку, идущую вдоль парка и сворачивающую куда-то левее. Он видел ее впервые, за долгие месяцы, а может и годы, что Он здесь провел. Не задумываясь, Он свернул на тропинку. Минут через 5 его взору открылась широкая, метров 10, длинная аллея. По бокам возвышались стены из живой изгороди, срастающиеся в своеобразный купол, на высоте пятиэтажного дома. А учитывая невероятную длину аллеи - совершенно не было видно ее конца  (да и был ли он вообще?), создавалось ощущение, что Он попал в вечнозеленый тоннель, под сводом которого горели, не то звезды, не то светлячки. Слева от выхода с тропинки, на кованном черном столбе, висела деревянная вывеска. Выжженная надпись на ней гласила: "Аллея Разбитых Сердец". Ступив на мостовую аллеи Он сразу почувствовал исходящую от стен грусть, светлую и печальную; боль, тяжелую и освобождающую; слёзы, радостные и убивающие. Он чувствовал, что этот эмоциональный ураган исходит от странных, то ли плодов, то ли листьев, растущих на живой же изгороди. Подойдя ближе стало понятно, что это никакие не листья. Это фотографии. Мужчин и женщин, парней и девушек, мальчиков и девочек. Выставка Разбитых Сердец. Каждая фотокарточка таила в себе частичку тех эмоций и чувств, с которыми то, или иное сердце было разбито. Грусть всех этих сердечек накрыла Его, словно лавина. Он уже собирался вернуться на свою, такую привычную, просто грустную площадь, когда почувствовал взгляд с другой стороны аллеи. Как будто фотография смотрела на него, нежно и ласково, как сентябрьское солнце. Одним большим шагом он подошел к противоположной стене и на фото увидел Её.


Тина сидела на кухне и курила в окно. Ее каштановые волосы, еще совсем недавно изящно ниспадающие на плечи, были собраны в хвост первой попавшейся под руку резиночкой. Туфли на высоком каблуке, которые так ему нравились, как он говорил, но которые сама она ненавидела, валялись где-то в углу кухни, а на ногах были домашние вязанные тапочки. Но платье она не сняла. Платье ей нравилось, оно ни в чем не виновато. На подоконнике, рядом с Тиной, стояла открытая бутылка вина и полупустой бокал. Холодный ноябрьский ветер забрасывал снежинки, которые падали Тине на лицо и тут же таяли. А заботливый ветер не забывал смахивать эти небесные капли. Снежинок было очень много, чтобы никто и не подумал, что это слезы.
Это должен был быть особенный вечер - их шестая годовщина. В это раз Тина решила взять всё на себя и устроить им романтический ужин. Все предыдущие годовщины, устроенные Митей, были обычными походами в ресторан. Нет, она ни в коем случае не жаловалась, просто в этот раз ей хотелось чего-то уютного, нежного, только для них двоих. Поэтому утро выдалось максимально нагруженное: стрижка, укладка, ресницы, ногти, забрать платье из ателье - оно оказалось слегка великоватым, но не купить эту красоту она не могла, ведь оно так подходило для.. Для тех ее прогулок в парке, о которых знала только она. Даже ее лучшая подруга, Татка, ничего об этом не знала.
Закончив с балованием себя любимой, Тина занялась второй частью подготовки. Вечер был значимым, а значит и ужин должен быть таким же. Хвала современным технологиям - все необходимые продукты можно было заказать домой на определенное время, а не таскаться с баулами хлебо-булочных и овоще-консервированных изделий. Остаток дня, без подробностей, пришлось провести на кухне. Да, такое себе занятие, но она хотела сделать всё идеально. В конце концов, Митя тоже готовил для них ужины. Пару раз. И не смотрите вы так, мол, кухня, жар и пар напрочь уничтожат укладку. Ха-ха три раза. Сеточка для волос плюс открытое окно, помноженные на опыт, творят чудеса.
К вечеру всё было готово. И всё было идеально. Так, как она и представляла. На стенах горят гирлянды, желтым теплым светом, создавая приятную вечернюю атмосферу. Свечи в подсвечниках мягко и нежно дополняли этот световой аккомпанемент. Из колонки играет легкий джаз. Время - 18:00. Еще целых 1,5 часа. Пожалуй, можно сварить кофе и покурить.
Тина курила в открытое окно, принципиально отказываясь от новомодной немецкой вытяжки - та убивала всю романтику курения на кухне. Кофе в чашке пьянил ароматом миндаля. Тина знала..
Тина любила гулять в парке. Это был ее парк. Ну, в смысле, он общественный, но для нее он был особенным. Эта опавшая листва, этот теплый осенний ветер, это сентябрьское солнце и она, гуляющая среди деревьев, в своем новом прекрасном платье, словно нимфа, благословляющая свой лес. А еще юноша. Ну, парень. За оградой парка. Он часто проходил мимо и останавливался, чтобы посмотреть на нее. Она всегда хотела выйти за пределы парка, но знала, что не может. Пока.. Она знала, что нужно еще подождать.
Кофе в чашке давно остыл. Тина знала.. Она знала, что сегодня Митя не придет. Что сегодня именно тот день, когда он не никогда больше не придет. Она знала это уже несколько месяцев.
Совершенно случайно, возвращаясь с работы домой на час раньше, она, как и всегда, шла через сквер возле дома. И увидела Митю с другой девушкой. Она не стала устраивать истерик, скандалов и выяснений отношений. Она не хотела его потерять, ведь они вместе уже почти шесть лет. И вообще, она могла просто перепутать. Она верила, что если что-то такое произойдет, Митя обязательно ей расскажет. Она всегда верила в хорошее в людях, хоть не очень сходилась с людьми. Даже когда общее знакомые рассказали ей, что это длится не первый год, она продолжала верить в хорошее. Она верила, что однажды Татка сама признается во всем, хотя бы в память об их дружбе. Она верила в лучшее до самого конца. До 19:00. Потом, скинула такие ненавистные туфли, собрала волосы, налила себе вина и села к окну, чтобы покурить. Она больше не верила. В людей и хорошее в них. Ветер сдувал с ее лица ручьями таящие снежинки. Она верила только в свой парк и парня за оградой. Она, почему-то знала, что он ее понимает. И пусть это всего лишь дурацкий девчачий сон, но она знала, что он настоящий, этот сон. Ей всего-то и нужно, что попасть туда. Она знала, что там ждет Он.
Порыв теплого ветра резко распахнул окно, сбросив на пол пепельницу и разбив бокал вина. В кухню ворвались теплые солнечные лучи, а теплый же ветер разметал по квартире кучи опавших желтых листьев. Там, сразу за подоконником, Она увидела тропинку, ведущую к кованым воротам, с узорами, напоминающими густой лес. Подхватив со стола пачку сигарет, Она шагнула в окно.
Не было ни криков, ни шума соседей, ни сводок новостей. Да и не за чем. Бессмысленно разводить суету о том, кого никогда и не было.


После того, как Он увидел ее фото, явь превратилась в один сплошной сумбурный кошмар. Он жил лишь только грезами. Считал свои дни от сна до сна. Он знал, что это Она. Каждую ночь Он приходил на аллею Разбитых Сердец, чтобы снова и снова любоваться ею... Ох, как бы ему хотелось попасть в этот парк, к Ней. Он знал, что Она там, ждет Его.
- Эрик! - раздался резкий оклик, - Ты где витаешь? - Ах, да. Сегодня же очередные посиделки в баре с друзьями. Как и каждые выходные.
- Да что-то подустал на работе, спать хочется.. - Уклончиво ответил я.
- Спать? Ты совсем охренел!? Мы только вычеркнули первый бар из списка! Еще 6 впереди! - Сашка, как всегда, был на взводе. Любил он эту нашу традицию, еще со студенческих времен - каждую субботу тусоваться в семи барах города. По одному на каждый день недели. Или на каждый смертный грех.
- Ладно, ладно, - я примирительно поднял руки, - в следующем баре мне нужна будет лошадиная доза эспрессо и я снова с Вами.
- Вооот, другое дело!
Так странно... Я сейчас здесь, наяву.. Но вся эта жизнь кажется мне сном, от которого мне нужно проснуться в мой настоящий сон, который настоящая жизнь. Мне тут совсем не место. Если бы они знали, какая у меня там жизнь. Если бы они знали, что там меня ждет Она. Так ведь им не объяснишь.. Даже самые близкие и чуткие друзья не поймут.. Я даже психологу не рассказывал, мало ли.. Меня и не держит здесь ничего.. Такая себе работа, съемная комнатушка, никакой личной жизни.. И даже когда я говорю о своих проблемах, они отшучиваются, мол, херня твоя депрессия, тебе работать побольше надо и бабу нормальную.. Такие дураки.. Но, по-своему, счастливые. А мое счастье не здесь..
Мы шли по центральной улице к следующему бару. Холодный ноябрьский ветер делал этот вечер еще более унылым. Внезапно, с другой стороны улицы я услышал Ее. И свет, как будто сама Луна спустилась на Землю. Яркий, как свет фар грузовика. Я шагнул навстречу голосу.
Не было ни криков, ни шума прохожих, ни сводок новостей. Да и не за чем. Бессмысленно разводить суету о том, кто нашел счастье.


Если однажды вам доведется прогуляться по парку Вечной Осени, что сразу за площадью Упущенных Свиданий, то обязательно дождитесь заката. Если повезет, то среди деревьев вы увидите Их, держащихся за руки. Их объятия согревают лучше, чем пуховые платки фрау Гретты. Их поцелуи шелестят опавшей листвой. А их взгляды, такие же теплые и ласковые, как сентябрьское солнце. Но зачем лишние слова? Бессмысленно говорить о тех, кто нашел счастье.