Уважаю

           По рассказу Сергея Константиновича Тихомирова



Ольга Викторовна на новогодние праздники, как всегда, устроила большую охоту. В Завидово поехали на пяти машинах, большой компанией. Перекусили с небольшой выпивкой. После этого стали расходиться по номерам. Ольга Викторовна познакомила меня со старшим егерем, Михаилом, крепким здоровым мужиком, и посоветовала идти с ним.
Мы пошли с ним на свой крайний номер. По глубоким сугробам молча шли вдоль узкой просеки в глубину леса. Полезли на дерево, а там на высоте шести – семи метров нас ждал маленький домик, с крышей, столиком, перилами, удобно приспособленными для стрельбы. Присели на скамеечки. Разговорились. Оказалось, что егерь тоже служил на Кольском, примерно в тех же местах, где и я, только на пару лет раньше. Начали вспоминать службу. В это время издалека раздались первые выстрелы.
Михаил, как мне показалось, нехотя достал своё ружье. Положил на столик. Осмотрел мой ствол.
— Ну что, тунеядцы, алкоголики, живодёры, начнём?
— Да, уж начали...
— Вот-вот... Начали палить... Ольга ваша прямо мужик в юбке, как дорвётся до крови, за уши не оттянешь. — Михаил осторожно посмотрел на меня, так как я был человеком в их компании новым.
— Есть такое дело. Азартная баба.
— Точно, азартная. В прошлый раз вообще до темна устроила бойню...
— Она и с вертолёта любит...
— Ну да. Деньги не порок, только, чтоб их было впрок. — Михаил посмотрел на меня и подмигнул: — Давай, Константиныч, устраивайся поудобнее. — Затем продолжал: — зверь, он вон оттуда пойдёт, — показал в сторону просеки. — Давай бери ствол, и поехали... То есть посидим, постреляем... — Я сделал какое-то неопределённое движение, которое не осталось Михаилом не замеченным. — Так чего ты? Оружие надо бы уже наизготовку...
— Да...
— Ты, что, не хочешь, что ли?!
— Миш, знаешь, не хочу.
— Правда?
— Правда. Не хочу и… не могу больше убивать! Не могу! Вот и всё.
— Как так? А, как азарт? А поздравления, в случае…
— Не могу и не хочу убивать!
— Ну... — Михаил вдруг расплылся в широкой улыбке, — ну, тогда уважаю! — Он протянул мне свою широкую пятерню, продолжая открыто улыбаться. — Уважаю, тебя, Константиныч, правда. — Левой рукой он полез за пазуху. Достал большую, нестандартных размеров фляжку. — Со стола отлил, — пояснил Михаил. — Давай, Константиныч, — сказал он, протягивая мне флягу.
— Жалко зверя. Можно и так согреться на свежем воздухе, без живодёрства...
— Вот именно. Ох, как жалко. Кх... Надоела эта мясорубка! — Подтвердил Михаил после первого затяжного глотка.