Шортики
Шортики – это короткие рассказики. Умные и без пояснений понимают это, потому и тихо радуются своему счастью. Другие радуются, что поняли связь между рассказиками и штанишками. А третьим приятен сам рассказ. Всеобщая радость окрыляет, вызывает желание сделать что-то хорошее и продлевает жизнь, создавая авторам репутацию полезных людей. Потому такая форма прозы имеет право на жизнь.
На слёте туристов
На недавнем слёте туристов мне удалось пробраться в первые ряды, откуда хотя бы слышно было, что говорят со сцены. Задыхаясь между двумя мощными женщинами (обе оказались загребными из команд шлюпочников «Металлурга» и «Таёжного водника»), я уже начал жалеть об этой удаче, но тут услышал с подмостков свой давний рассказик в исполнении какого-то хлюпика из «Отчаянных пешеходов». Ему хлопали, и мне было приятно, Я попытался встать и раскланяться, но загребухи так стиснули меня, что выполнить это удалось с трудом, а, главное, когда хлюпик уже убежал со сцены.
Вечером друзья переслали мне видео, и я с удовольствием ещё раз послушал своё давнее произведение. Впечатление портил только какой-то хулиган, который пытался выскочить из толпы, что-то кричал, размахивал руками и лез в драку с рядом сидящими девушками. Я бы не обратил на него внимания, но куртка у него была точь-в-точь, как у меня. Придурок какой-то.
Тайна «Чёрного квадрата»
Малевич грустил. Белый квадрат загрунтованного холста манил, но композиция заказанного портрета не складывалась, линии не создавали иллюзии стремления, и нанесённые мазки не хотели гармонировать с их изломами. Портрет не удался и был отставлен до лучших времён.
Полотно долго стояло открытым, друзья-прихожане гасили о него окурки, оставляли на нём свои автографы, писали гадости и не сбываемые пожелания. Однажды Казимир увидел это безобразие свежим взглядом, ужаснулся, вздохнул, и замазал всё чёрной краской.
Известный московский критик Латунский, будучи у Казимира в гостях, случайно задел неудобно стоящий мольберт, занавеска с него сползла, полотно соскользнуло, и чёрный квадрат предстал глазам и ногам гостя во всей своей наготе. «Концептуально!» - выкрикнул свою любимую оценку критик, что в вольном переводе означало намерение познать истину, «Ну» - застеснялся Казимир. Ему тоже захотелось блеснуть эрудицией, но в мозгу всплыло и соскочило с языка какое-то ч;дное слово – «Супрематизм!», что можно простому человеку объяснить как «Что в голову взбредёт»…
Когда слава «Чёрного квадрата» подошла к зениту, его исследователи под слоем внешней чёрной краски нашли ещё пять-шесть чередующихся разноцветных слоёв, – результаты хулиганства и так и не оконченных творческих поисков, причём некоторые из них явно не принадлежали кисти маэстро.
Чёрный цвет и в среде творческих работников не всегда означает хулу - иногда он делает их великими, как и Его величество – Случай.
Первоцвет
Первопроходцы – простые люди, и правила у них простые: копали медную руду вдоль берега своенравной речки Дурья, обустроились там и назвали место Дурьинские рудники. Но уже при советской власти обнаружились там богатейшие залежи бокситов – алюминиевой руды. Затеяли строить город при них, а тому – название надо.
Сначала, недолго думая, назвали Краснодурьинск: и революционно, и традиционно. Правда, «дурь» как-то с революцией не сочеталась. Переиначили: Краснобокситск. Несколько коряво, но политически правильно, а то, что масло масляное получилось (бокситы сами красного цвета), так это никого и не шелохнуло. Так и живут по сию пору.
А революционный красный цвет до сих пор превалирует в государственной символике (это оправданно) и топонимике (тут уж встречаются казусы. Так, в одном из широко изданных географических атласов я насчитал более семидесяти населённых пунктов, начинающихся со слово «красный». Напомню, что старорусское значение этого слова – красивый. Так что многие названия оправданны. Но что такое «Красный Ткач», «Красная яранга», «Красноселькуп», «Красный Долгинец»? Безвкусица, отдающая подобострастием и снижающая пафос патриотизма.
Мир второго порядка
В последнее время всё чаще нас пугают предположением, что мы живём не в естественном мире, а в некоей искусственной композиции, в антураже придуманных кем-то талантливых декораций, которые можно менять, когда это необходимо создателям этой ситуации или заблагорассудится им. Одни напуганы этой новостью, другие смеются над ней, а кто-то поминает учёных недобрым словом, крутя пальцем у виска.
Естественно, появилось и множество теоретиков и аналитиков, которые кинулись «разрабатывать» последствия этого подхода. Мне тоже захотелось внести свою лепту в эту фантасмагорию, которую я и излагаю ниже. Замечу,
что в силу преклонного возраста, я не хочу продолжать работу над развитием этой идеи, потому безвозмездно разрешаю разрабатывать её любому, кому она покажется интересной как в отношении возможной полезности, так и в поисках доказательств её полной абсурдности.
Я уже писал о своём отношении к искусственному интеллекту. Коротко оно сводится к двум позициям.
Первое: не всё, что мы называем ИИ, таковым является. Многое продолжает оставаться в рамках понятия «автоматизация технологии». ИИ начинается с момента, когда техническое устройство начинает принимать самостоятельные решения.
Второе: ИИ – очень опасная штука. Уже зафиксированы факты его агрессии, направленные на создателя, он опасен и физически и интеллектуально. Сами создатели не могут (пока?) сформулировать ответ на вопрос: когда ИИ будет умнее создателей ( а такой момент непременно настанет), зачем последние будут ему нужны? А поскольку создатели будут, естественно, программно ограничивать круг возможностей ИИ, то последний будет стремиться их, создателей, устранить.
А теперь о содержании самой моей идеи.
Я вполне допускаю, что мы, и уже давно, живём в декорациях искусственно созданного мира.
Более того, мы и есть субъекты того самого ИИ. Изобрели нас давно, не берусь сказать кто и когда, но когда мы, сущности ИИ, попытались вести себя неадекватно, «эксперимент» прекратили, и процесс возникновения и развития жизни запустили заново,
И когда сообщество новых «людей» достигло уровня, позволяющего называть их «цивилизация», их поселили в те самые «Сменяемые декорации»
и дали им возможность создать и культивировать ИИ, чтобы отследить возможные варианты его развития, выбрать оптимальный и безопасный вариант и только тогда развивать и применять его «чистую» модификацию дальше в своей реальности. Это будет уже ИИ второго поколения (мы были первыми), а наш мир следует, соответственно, считать Миром второго порядка.
Ну и что вы, уважаемый читатель, об этом думаете?
Молочные зубы второго укоса
Услышал недавно в одной из ТВ-программ, что зафиксирован новый факт эволюционного развития человечества: у новорожденных перестают образовываться даже зачатки «зубов мудрости», наличие которых подтверждало наше дальнее родство с отрядом жвачных. Ну и бог с ними! Мне эта новость подсказала, что пришла пора поделиться собственными достижениями в этой области.
Я человек пожилой и недостаточно богатый для постоянного финансирования зубных врачей, чьи услуги, кстати, постоянно растут в цене.
Сначала, когда все зубы были на месте, я их лечил в поликлинике бесплатно, но – больно, долго, терпя нравственные укоризны от зубных эскулапов. На пике своей трудовой деятельности я смог перейти на обслуживание частными врачами, которые вежливо, качественно и в короткие сроки ремонтировали мой зубной комплект. Но сильно смущало, что стоимость «ремонта» оказалась не только крутой функцией времени, но и становилась всё круче по мере убывания остающихся в строю «солдат». С возрастом их многократно подновлённый комплект уже не подлежал ремонту, требовался процесс перманентного протезирования, отказаться от которого было невозможно, да и глупо. Эта, довольно простая, но регулярно повторяемая, технологическая операция не сопровождалась ростом моего благосостояния, несмотря на заметные карьерные сдвиги в положительную сторону.
В конце концов, у меня остался один зуб, на котором, как на консоли, держались и верхний, и нижний протезы. Тем не менее, я был почти счастлив: ничего не болело! Устойчивостью протезов во рту я научился управлять, а если они и лопались иногда от неких форс-мажорных обстоятельств (редко!), то их починка обходилась дёшево: лопнувшие части просто склеивались и подтачивались, благо, рентгеновский снимок моих челюстей давно уже находился в оперативной памяти клинического архива. Обычно на третий день я вновь мог крушить пищу обновой.
Но последнее время мне стало некомфортно во рту. Визиты к дантисту поначалу результата не дали: тот, ссылаясь на некие «потёртости», предлагал снимать возникающее воспаление полосканиями, обещая «сладкую жизнь» через два-три дня. Но дискомфорт нарастал. На дёснах появились какие-то бугорки, протезы уже не помещались на привычных местах, и я снова поплёлся к дантисту.
На этот раз он осматривал меня много тщательнее, консультировался с коллегами на их «птичьем» языке, водил меня (без очереди!) на рентген, потом – к главному врачу, после осмотра у которого меня посадили у кабинета и велели подождать. Так прошло два часа.
Когда меня вновь позвали обратно, там уже заседал целый синклит. Мне объяснили, что я стал «уником», и, вместе с моим недомоганием, меня передают в ведение стоматологического НИИ, куда, испуганного и огорошенного, меня тотчас же увезли на казённой машине.
К вечеру мне объявили то ли диагноз, то ли заключение. Оказалось (редчайший случай!), у меня появилась зубная «отава» - стали резаться вторичные молочные зубы! Я, было, обрадовался – протезы брошу! Но мне объяснили суть моей уникальности. Оказалось, что зародыши этих моих «вторичных» зубов, вырастающие на дёснах внизу и вверху, располагаются двумя параллельными рядами! Что-то похожее встречается только у акул! Я – в шоке!!! Единственное, что примиряет меня с нынешним положением – теперь за моим здоровьем следят день и ночь несколько прикреплённых профессионалов, стремясь продлить мою жизнь до пределов, которые позволили бы им до конца изучить причины обнаруженного у меня явления и выжать из этого какую-то пользу людям.
А я и не против: буду стремиться всячески им в этом помогать.
08.12.2025
Свидетельство о публикации №225121000831