Амбиции

      Свобода слова и развращающий капитализм шагали по России в полную силу. Жернова новой эпохи мололи без разбора. Кого в князья, а кого об самое дно. Шел 1993 год. Санек не был исключением из общих правил и выживал, как умел. Учиться он не пошел, но зато быстро сообразил и открыл с Димкой сразу два ларька. В одном они катали и продавали паленую водку, а в другом пиратские аудиокассеты по спекулятивным ценам рыночной экономики. Отстегивали братве капусту и в принципе нормально жили. Прошел год, два молодых и амбициозных предпринимателя думали расширяться. Саня предложил возить бэушные компы из-за бугра. Идея хорошая.

- Димон, давай завтра утром тогда за билетами и погнали, как раз бабла перед новым годом срубить успеем, - Саня был на шарнирах каждый раз, когда новая тема появлялась.
- Окей, заодно к Серому успеем заскочить
- Дима, а потом никак к Серому не заскочить!? Он убежит что ли?
- Слышь, придурок!
- Все-все! Брейк! Заскочим к Серому по пути.

 Вечером следующего дня Санька зарезали какие-то отморозки прямо около дома. Компы не случились.

- Эй, Фраерок! – лезвие ножа вошло в живот. Тело в одно мгновение мобилизовалось. Инстинкты погнали меня вдоль дома, оставляя позади страх опасности. Спустя десяток метров, ноги стали ватными. “Все что ли?” – я повалился на бок. Тело не слушалось. Вскоре рядом с мной появились два силуэта: “А ну, глянь, че там у него!”.
 
      Я лежал на холодном асфальте, стеклянным взглядом уставившись в осеннее небо. Было уже не страшно, было тепло и липко. Остатки сознания понесли меня через время воспоминаний в обратном направлении. Щелчок.
 
- Че ты там копаешься, Серый!? Пошли уже!
- Да ща пойдем, погоди! Не видишь, молнию заело опять!
Мы стояли на крыльце школы, и я наблюдал, как Серега возится с олимпийкой. Ему ее теть Галя из ГДР привезла, и он теперь везде в ней таскался, будто надеть больше нечего. Придурок.
- Серый! Серый! – я стал тормошить Серегу за плечо, - смотри, Симонова идет! Эй, конопатая, куда чешешь!?
Наконец Серега справился с молнией, и мы пошли на заброшенную стройку собирать карбид, чтобы потом мастерить пушки. Димон уже давно ждал у ворот.

-Так, Завадский! Больно много ты болтаешь! А ну-ка, давай к доске, дружок! - Тамара Ивановна была нашей русичкой в 7-ом классе, между собой мы ее называли Фрекен Бок, потому что она была на нее похожа и почти также говорила.
- Ну, что стоим, как на паперти!? Ты учил вообще!? – я стоял у доски, молча ковырял ногой уголок плитки на полу и ждал неминуемую развязку, - два, Завадский! Неси дневник.
Спустя минуту, Тамара Ивановна размашисто накарябала двойку и тревожное “Прошу родителей явиться в школу”.
“Подписалась бы сразу Фрекен Бок, че мелочиться-то”, - подумал я и поплелся обратно к парте. Щелчок.

- дышать тяжело…. Соболь, слышь… а Светка-то Коростелева… реально в тебя влюбилась. Димон… давай! Дима… где ты? Дима… Серый там? Холодно… Димон, смотри… я пузырь… носом надул! Серый, прости…родной…арматуру-то в землю…я вколотил! Вот, тварь, а!  Бать… на рыбалку не поедем в субботу, че-то мне хреново совсем…Мам, прости…
Щелчок...