Цветущий мир. Для семьи

Фандом: Звёздные Войны. Игра - Star Wars: The Old Republic (SW:TOR)
Звёздные войны: Старая Республика.

Сборник семейных историй лорда Ваурона - Vowrawn`s Romantic Collection
по саге, начинающейся с фанфика "Благодарен и сражён" - http://proza.ru/2024/08/15/1057

Здесь должно собраться много моментов из жизни одной семьи чистокровных ситхов:
тёплых, радостных, печальных, интригующих, забавных и нежно романтических.
Это хроника лорда Ваурона и леди Шесмет, их чувств, быта и памяти.
А также их детей, внуков и сложившихся пар в будущем.

Цветущий мир. Желание клятвы - http://proza.ru/2025/08/05/1381
Цветущий мир. Храм Тары Ма - http://proza.ru/2025/08/08/1290
Memories: Зиост. Здоровый аппетит - http://proza.ru/2025/08/10/1320
Цветущий мир. Праздничное утро - http://proza.ru/2025/08/20/1832
Цветущий мир. День Рождения - http://proza.ru/2025/09/01/1884
Memories: Дромунд-Каас. Мелодия - http://proza.ru/2025/09/06/94
- Обнимая свой Дом - Dream - http://proza.ru/2025/09/16/1467
- В последнем путешествии - Dream - http://proza.ru/2025/09/19/1512
- Никогда. Когда-нибудь - Dream - http://proza.ru/2025/09/22/157
Memories: Восс. Встреча с другом - http://proza.ru/2025/10/29/2134
Цветущий мир. Доверие и ревность - http://proza.ru/2025/11/04/1526
Цветущий мир. Песня костров - http://proza.ru/2025/11/10/118
Memories: Коррибан. Благословение - http://proza.ru/2025/11/16/1416
Цветущий мир. На прощание - http://proza.ru/2025/11/20/144
Цветущий мир. Для семьи


VOWRAWN`S ROMANTIC COLLECTION

Музыка: Zonda Archives - i'm not running anymore (YouTube)

ЦВЕТУЩИЙ МИР. ДЛЯ СЕМЬИ

Мастер джедай с падаваном на задании от Коммандера Альянса. Поступил сигнал с Хота. Повторяющийся нечитаемый код исходил от неизвестного субъекта или объекта — предстояло выяснить.

Настораживало то, что странное сообщение поступало на личную частоту Гнева Империи. У Рати было очень много забот. Кому могла довериться внучка почившего Императора? Только другой внучке.

Правда о родстве вскрылась неожиданным образом. Латиф, попав на Одессен уже в качестве падавана чистокровного джедая Прэйвена, удивила своего мастера при встрече с главой Альянса. Леди обнялись.

Латиф шепнула Рати что-то на ушко и они обнялись снова.

«- Я всегда знала это,» — сказала Коммандер младшей: «- Старый друг пришёл во сне. Поцеловал в щёку и ушёл. Поняла… его больше нет.»

«- А мне бабушка рассказала о тебе. Мы вспоминали, как ты была у нас в гостях… и она случайно проговорилась.»

«- Не случайно. Думаю, леди Шесмет хотела, чтобы ты нашла меня. А я присмотрела за тобой, м?»

Миссия за миссией сыпались на самую необычную из пар…

Прэйвен искренне старался сохранить статус наставника и только, но постоянно проигрывал. И дело не в поведении юной леди. Латиф вела себя пристойно. Слушалась его, как должно ученице, вставшей на светлый Путь учения. Пожалуй, он сам не выдерживал принятую роль, которой было мало.

Хотелось заботиться о ней. Касаться. Слушать её голос и бесконечное количество милых историй из доброго детства.

В скромной квартире на Одессене каждую ночь лежать под одеялом и чувствовать её дыхание рядом. Она не спит. Ей больше не снятся кошмары, но что-то не даёт уснуть. Тоска по дому. По Дромунд-Каас, по имению дедушки. Латиф сползала на другую сторону постели. Упираясь спиной в короткую опору, начинала с одного и того же:

«- Мой прадед прожил дольше полутора века. Я видела его, Прэйвен. Ты знал лорда Сакрифа?»

«- Он бывал гостем в моём Доме. Мне было… чуть меньше, чем тебе.»

«- Древний ситх. Могущественный... Хороший. Скажи… почему… дедушка с бабушкой ушли так рано?! Почему?! Я не понимаю!»

«- Каждому свой срок, дитя.»

«- Они оставили меня. Нас с Кехари. А обещали быть всегда рядом. Столько раз обещали!!!»

Латиф не плакала. Она злилась, впиваясь когтями в одеяло, стягивая его с чистокровного, приговорённого на бессонницу. Рычала и фырчала, приговаривая, что и это, как и всё досталось ей от бабушки. А от дедушки…

Мастеру следовало сказать: «Контролируй свои чувства, падаван. Эта гневная скорбь — враг концентрации и самообладания. Тебе должно…» Что должно? Отринуть кровную привязанность к близким, оставившим в ней сердечную память о заботе и безусловной любви? Их уход из жизни был катализатором её падения в беспросветную Тьму. А он стал тем, кто волей случая, подал руку, спасая из Бездны. Взял в объятие.

«- Лаффи…» — позволяет себе нежное обращение и берёт в объятие вновь, ведь это и есть не должное, а единственно нужное: «- Они всегда рядом. В твоей памяти. В твоей крови.»

«- Я не хочу быть на Одессене, мастер…»

«- Мы и не бываем здесь, моя леди.»

… И ещё одно прогулочное путешествие вдвоём.

Холодные, безжизненные пейзажи Хота, будто заброшенного всеми. Но нет — всё те же базы, те же стоянки.

Заданный маячок, передающий послание, которое не смогли дешифровать лучшие агенты, оказался старым коммуникатором. Вероятно, потерянным в снегах самой Рати, посещавшей эту планету в годы ученичества.

Что-то заставило блок питания выжать из себя резерв и передать ломанный сигнал по личной частоте, замкнувшейся на собственной идентификации. Вот и вся загадка миссии.

— Следы клыка, — молвила девушка, показавшая свой алый носик из-под мехового воротника куртки.

— Есть звери, употребляющие электронику в пищу.

Прэйвен тоже мёрз, но ёжиться при падаване не солидно. Он не любил холодные планеты, впрочем, как и сухие песчаники. Одессен был золотой, а точнее «зелёной» серединой, куда ему хотелось возвращаться. С ней. И ей хотелось назад к «зелёному» краю. Только другому — тёмному и дождливому. Обоюдно родному, и скорее всего, навсегда закрытому для двоих. На Дромунд-Каас на них по-прежнему объявлена охота. Обыкновенное презрение «предателей крови». Отступники, изгнанники… как угодно. Глава его Дома не простил своего сына. Латиф выбрала нести бремя изгнания. С ним.

— Хотело бы это нечто съесть комм — оно бы его съело. Нет, мастер. Кто-то просто игрался. И кого-то просто ударило током. Бедненький зверь!

Острые бровные наросты на очень красивом юном лице приподнялись в жалостливом выражении. Яркое представление страдания неразумного нечто. Чистокровная способна на искреннее сочувствие ко всякому живому существу. Как он мог не полюбить эту удивительную натуру? Такую близкую и такую, ни на кого не похожую.

— Пушинка?

Они преодолели половину пути до базы на таунтаунах. Леди затормозила перед плато в обрамлении снежных холмов.

— Ледяная кошка. Очень крупная особь. Кажется, не намерена нападать, лучше обойдём…

— Это Пушинка! Мастер! В детстве для меня отловили котёнка по приказу дедушки. Я очень хотела её погладить. Бабушка настояла, что Пушинку нужно вернуть домой. И чисс увёз её обратно на Хот. Так это она?!

Прэйвен прослушал ещё одну удивительную историю для коллекции неведомого уклада в Доме чистокровной семьи. Не успел остановить — леди бросилась бегом к опаснейшему из хищников, затаившемуся невдалеке.

— Пушинка!!!

— Латиф! Нет!

— Это моя кошечка!!!

Громадная белая кошка прилегла на льдину и мотала головой. Замерла, стоило девушке приблизиться. Латиф сняла перчатку и коснулась меха на морде. Опустила руку.

Умудрённый опытом чистокровный давно не видел такого лёгкого контакта. Не ментальное подчинение, а настоящее узнавание. Животное, числящееся среди самых агрессивных, неразумных существ, помнило Латиф. Какова была вероятность, что среди всех бескрайних простор Хота они окажутся именно в той географической точке и в то время, где леди повстречается со своим несбывшимся питомцем? Провидение Силы. Не иначе.

— Она беременная… — радостный возглас с вырвавшимся признанием: — Моя кошка беременная, прямо как я!

— Латиф?

— Ой… Сюрприз, мастер. Простите, что не успела сказать.


Так Прэйвен узнал, что вскоре станет отцом. Он и подумать не мог о том, что оставит наследие. Из фамильного документа благородного Дома, в котором родился — его имя было удалено. Изничтожена память о предателе династии, примкнувшем к джедаям. Он не планировал создание семьи. Хотел посвятить себя защите жизни. Не худшее желание воина.

Но провидение Великой Силы свело его с юной леди чистой крови. Спасённая им от растворения во Тьме своего мрака и последовавшая за ним, как падаван, стала матерью его сына.

...


Полуторагодовалый Эрфарон сидел у него на коленях, и смотрел на свою маму, показывающую голоснимки.

— Кто это, Фар? Это твой дедушка!

— Па! — мальчик тыкал пальчиком в изображение молодого чистокровного. Снимок с классического семейного портрета.

— Мой «Па», верно. Его имя — Абарон. Он был сильным воином. Умным. Благородным. Красивым.

— Папа!

— Латиф, не рановато ли такое серьёзное знакомство?

Прэйвен усадил ребёнка по удобнее. Завертев головой, малыш украдкой поймал растерянным взглядом лицо своего «Па». Но далеко немолодой домохозяин отметил личный естественный интерес к тому, как его супруга рассказывает о своём отце.

Внешность двоих мужчин роднили только полные, мясистые брови. Прочие черты родовитости в лице Прэйвена проявлены символически. Схожий тон кожи, но красный оттенок волос. Те за время пребывания в тёплом, солнечном рае Пушпита Локах сильно отросли и спускались к плечам. Латиф за ужином успела сделать неоднозначный комплимент:

«- Ты похож на лорда Сакрифа. Хочешь снимок покажу?»

Быть похожим на её прадедушку, который обзавёлся семьёй ближе к столетию, по-своему было особой честью. Что ж, на этот пример хотелось равняться. И в таком случае — его жизнь только начиналась.

— Потом ещё раз покажу. Он запомнит. Хочу, чтобы сын знал их. Это мои родные! Наши…

Она забавно умела это делать — неожиданно становиться и маленькой и взрослой одновременно. В янтаре её взгляда, освобождённого от проклятья Тьмы, очень много любви. Голова склонена набок, хвост рубиновых волос опустился по плечу до локтя. Задержала внимание на оранжевых глазах мужа и улыбнулась. Считывала чувство. Могущественная воительница, сдавшаяся их новому домашнему быту.

— Прэйвен… У тебя нет голограмм твоих родителей?

Он едва качнул головой в отрицании. Откуда им взяться? Портрет матери и прародителей в твердыне Дома. Портрет отца в Галерее при Зале собрания династий. А там, как известно, под запретом любой тип сканирования и фиксации изображений. Мда… Он не великий Дарт Ваурон, оставивший своему наследию не только реликвии, материальные богатства с кредитными счетами, но и неизвестный Прэйвену, тип носителя информации.

В руках Латиф был кристалл, гранённый в пирамидку. Сначала подумалось, что это голокрон, но ни на какое ментальное воздействие в раскрытии он не реагировал. Наследница нашла его в роскошном ларце, лежавшем в абсолютной доступности. На рабочем столе в рабочем кабинете почившего Тёмного лорда и Императора. Только леди коснулась артефакта, как в воздухе над верхней гранью, засияло изображение: старшая женщина Дома держала на руках младенца. Леди Шесмет с маленькой дочерью, её будущей матерью по имени Серкет. Голоснимки сменялись чередованием. Огромный семейный альбом памяти.

Латиф просмотрела их все. Слёзы стекали по алым щекам. Тихая грусть. Красота её души, раскрывалась ему каждый раз по-разному. Сердце горело связью с возлюбленной.

Союз не имел юридического закрепления. Никто из лордов других Домов не стал бы свидетельствовать за него и за неё. Изгнанники Империи связали себя древним ритуалом Традиции. Прэйвен не смел предлагать девушке клятву верности в сплетении линий жизни. Латиф предложила её сама. Он объяснял ответственность и глубину отношений в смешении крови. Она показывала на свой животик и насмешливо улыбалась уголком рта:

«- Вы — мой. Мастер. А я — ваша. Супруга.»

Объявила она за двоих, не смущённая ни разницей в возрасте, ни сложившимся политическим положением и просто — положением. Она безгранично доверилась ему.

Сказала, что не будет являть своё дитя в квартире Одессена. Выдала координаты места, отсутствующего на звёздных картах. Так они попали в Цветущий мир. Посетили Дворец в возвышении. Принесли новое знамение Храму Тары Ма.

Самодостаточная система. Полное самообеспечение. Планету охраняли не имперские подданные повелителя, а благодарные переселенцы, устроившие здесь собственные дома. Закрепились семьями и поддерживали дружественную коммуникацию с местным народом. Сбывали восполняемые дары земли по маршруту к нейтральным мирам. Всё согласно плану и логистической стратегии, установленной легендой своей Сферы. Та стратегия должна неизменно служить внутреннему благу и процветанию не на одну жизнь, а долгие-долгие века далее.

Когда-то лорд Прэйвен.

Затем — мастер Прэйвен

...и Прэйвен — глава своей маленькой династии.

Садился за стол Дарта Ваурона и осматривал просторный кабинет. Античные мраморные колонны, а не коррибанские изваяния. Голубые шторы не прикрывали высокий выход на такие же белые мраморные балконы Дворца мира скрытого от истории Галактики.

Вазы со свежими цветами. Лилии. Розы. Ирисы. Без хозяев, за всем следили дроиды, поддерживали принятые нормы порядка и комфорта. Дом встретил наследие, также как планета — радушием и уютом. Чистокровный ощущал светлую энергию места. Погружался в неё, стараясь понять — что делать дальше?

Свыкшийся с постоянными переменами, не помнящий оседлого бытия, и за два года с трудом привыкал к каждодневному распорядку, наполненному… отдыхом? Покоем.

Латиф засыпала после полуночи. Ей полюбилось быть в постели до часов второго завтрака, а то и обеда. Частые пробуждения на кормление грудничка, заставили пересмотреть привычный боевой режим.

Маленький был под его присмотром во время сна. Эрфарон унаследовал от отца хороший аппетит, и фигура обещала быть такой же крепкой, как характер. Но всё-таки утренние часы пока тоже просыпал сладким сном.

В самые ранние минуты восхода солнц Прэйвен посещал рабочую комнату почившего повелителя.

Сложился собственный ритуал, что отрадно. Дворец понемногу становился и его новым домом. Надолго ли? Как скоро они смогут вернуться для продолжения Пути? … Они нужны Гневу. Они нужны Альянсу.

С поправкой — их теперь не двое. И они оба нужны порождённой невинной жизни, которая однажды скажет: «Они обещали быть рядом»! Они поклялись друг другу, и эту клятву слышал их мальчик в материнской утробе. Свидетель нерушимого ритуала на крови появился на свет, чтобы…

Первые рассветные лучи коснулись граней пирамидки, оставленной на столе. Видимо Латиф держала на руках малыша и забыла закрыть ларец, спрятать реликвию, с которой сообщалась вечерами, рассказывая сыну о каждом герое династии.

Рассеянное сияние от кристалла залило всё пространство кабинета.

Дарт Ваурон стоял у раскрытых дверей, ведущих на балкон.

Не голограмма. Не призрак. На нём были домашние брюки и туника. Не стар и не молод. Невозможно определить возраст. Явление в Силе? Джедай был уверен, что не погрузился в видение.

Старший чистокровный был во плоти, как совершенная часть реальности.

Сделав шаг, Прэйвен встал сначала за спиной, затем ближе к плечу, чтобы понять, как посмертное, но живое присутствие может быть единовременным.

Не алые глаза ситха, преисполненного в могуществе Тёмной стороны. Чистое золото устремлено вдаль. Словно наблюдает восход над своим владением.

Лицо лишено следа древней порчи. Тот, кого называли «Вауроном», выглядел счастливым:

— Здесь всё, что нужно для семьи.

Глава Дома повернулся к младшему.

Смотрел так, как смотрит сама Сила.

Поднял руку и возложил невесомую ладонь на плечо:

                «Останьтесь»