Океанская Сага. Судовой врач. Часть 08

Лёгкий, едва заметный румянец на щеках выдавал смущение мальчика после бурно проведённой ночи и казалось, что он был готов сквозь землю провалиться, стоя перед доктором Филиппом. Однако, странный постоялец лишь ласково потрепал мальчика по голове, присел перед ним и крупно обняв за плечи, как и тогда, мягко и по-доброму произнёс, глядя прямо в глаза мальчику:
- Всё хорошо и правильно! Всё, что произошло минувшей ночью с Жюстиной и с Катрин является совершенно нормальным и естественным для жизни и здоровья любого человека! И, теперь ты взрослеешь и становишься человеком, не только познавшем женщину, но и тем, кто смело идёт по жизни, открывая для себя новые пути! И поцеловал мальчика в лоб…
   как и обещал доктор родители Лорентина спали глубоким беспробудным сном и у них, даже и мылся не могло появиться о том, что две их незаменимые служанки и распутные девки, одновременно, вместо того, чтобы дрыхнуть или же ублажать клиентов, предаются изощрённым похотям с их двенадцатилетним сыном, самым изощрённым, которые только и могли возникнуть в человеческом воображении…
    Лорентин, действительно изменился и вновь стал незаменимым спутником Филиппа в его ежедневных прогулках по живописным окрестностям.
   однако, пару дней спустя мальчик, вмещено натре отказался от прогулки, когда дотки уже  волнам походном обмундировании зашёл за ним.
   Орнитин сидел молча, забившись на совей кровати и забившись в дальний угол, исподлобья посматривал на вошедшего доктора.
   Филипп был в немалой степени озадачен и поинтересовался, какая муха посмела укусить мальчика.
Лорентин поднял глаза полные слёз и шмыгая носом, пролепетал:
- Мертвецы… Мёртвые восстают из могил… Полселения дни настоят, месье…
   При своём жизненном опыте и знании людей доктор Филипп едва ли мог предположить нечто подобное в словах своего юного друга, но почуяв неладное, подсел на кровать к мальчику.
- Мой дорогой мальчик, о чём ты говоришь?!
   Волна беспокойства передалась и доктору, но он пропустил её мимо себя и внимательно всмотрелся в лицо Лорентина.
    Мальчик продолжая плакать, поведал, что накануне вечером, не далее как вчера, его в коридоре поймала Жюстина, крепко притянув к себе острыми коготками, прилизали свои накрашенные губы к ушам и горюем зашептала:
- Никого больше не ходи гулять с доктором! слышишь?! Никогда!!  - прижала Лорентина к себе с такой силой, что заболела детская спина и продолжила:
- Мне знающие люди сказали, что в последние три ночи видели, как за дальними холмами на востоке, на стары могилах восстают мертвецы! Их видели гуляющими под полной луной, они ход подходили близко к деревне и громки кричали! – по щеке Жюстина покаталась крупна слеза:
- наверное это к самому концу! Наверное, грехи наши переполнили чашу терпения Горда нашего и теперь нам остаёться только молиться! – истово покрыла лицо мальчика поцлеуми, и закончила:
- Никола больше не гуляй с лектором далеко! И, вообще не ходи из дому больше никуда! Лучше  перовое всё время в молитве!
- Смахнув хлынувшие было слёзы, встала и пошла стремительно пошла прочь.
   И Лорентин громко разрыдался…
Доктор прижал Лорентина к себе:
- мальчик мой, послушай меня! Всё это полные бредни и выломки гулах невежественных людей ты уж поверь мне, мне, совершившему кругосветное плавание и повидавшему многое на этом пути, бывшему в качестве военного врача в нескольких крупных сражений и морских, и на суше, ту уж, поверь мне, мой милый друг, что человек поражённый пулей в сердце или в голову, или же разнесённый ударом ядра в ошмётки, не может встать из могилы! ну никак! ты уж поверь мне, мой милый друг! – стремительная волна доброго успокаивающего душу тепла вливалась в голову и страхи Лорентина растворялись, словно призраки ночи уносимые ярким солнцем наступающего утра…
    Мальчик быстро успокаивался и ещё раз шмыгнув носом, спросил:
- А как же воскрешения, которые творил Господь наш Иисус Христос?! – и вопросительно взглянул на доктора.
 Филиппу стало понятно, что кризис миновал и он весело рассмеялся:
- Друг мой, ну ты и даёшь жару! Наш Господь Бог Иисус Христос есть сын Божий! А потому его сила и его чудеса несравнимы с нашумим скромными возможностями, ты же и сам всё понимаешь, дорогой мой! это же совершенно несравнимые вещи! – ласково гладили его по голове. – иди, собирайся! Сегодня нам предстоит прогуляться немногим дальше обычного! – и виду, как Лорентин стал быстро собираться в дорогу, доктор убедился, что его лечение подействовало.
- Жду тебя перед входом в таврена! – и вышел из комнаты.
   Спустился вниз на первый этаж, ныне служивший обеденным залом таврены и поинтересовался у мадам Нино, где сейчас пребывает Жюстина.
   Нино неопределённо махнула рукой куда-то вдаль, фыркнув что-то нечленораздельное, из чего Филипп сделал заключение, что день у мадам не задался с самого утра. поблагодарив хозяйка за ответ, доктор быстрыми шагами пересёк заставленный грубо сколоченными столами зал и отворив высокую тяжёлую входную дверь бывшего замка вышел на улицу.
    Искать девушку пришлось недолго, она лениво перекидывало вилами сено из одной копны в другую, очевидно не сове понимая, зачем хозяева поручили ей эту работу. Очевидно только лишь для того, чтобы дрянная девка не сидела без дела. Ну и дураки! Скоро уже будет полдень и потихоньку, один за другим пойдут посетители, и вот тогда-то они с Катрин будут очень нужны при обслуживании гостей.
   Тихий, едва слышимый свит, похожий на зов дворового пса заставил обернуться, те более, что собак хозяева не держали.
    явление доктора на хозяйственный двор нисколько не удивило Жюстину, тем более, что в прошлый раз они с Катрин имели дело с доктором, именно на этом месте.
- Доброе уро, месте! – как можно приветливее замазала рукой.
Филипп тоже с добродушной улыбкой и широко раскинув руки шёл отверчу Жюстине, всем своим видом показывая, что он очень рад нежданной встрече.
    Крепко обнял вескую служанку за талию и продолжая держать её за плечи, поинтересовался:
- Скажи мне, дорогой друг мой, с каких это пор тебе стали мерещиться восставшее из могли мертвецы по ночам, а??!! – Жюстина попятилась вырваться, но нежные объятия за печи превратились в стальные кандалы и шлюха, поняв, что сопротивлении бесполезно, сразу обмякла:
- Это не я, - талантливо пустила слезу. Молодец, девочка, будешь блистать на сцене Пале – Рояля.
– Это не я! –повторила с расстановкой слов. – Это… Это… Это они… – и неопределённо махнула рукой в сторону леса.
«Они» никак не могло удовлетворить интерес доктора и потому ему пришлось усилить сжатие нежных девичьих плечей и, запустив вглубь мышц и сухожилий железные пальцы настойчиво повторить свой вопрос.
    Жюстина ойкнула, трепыхнулась, но опять видя свою полную беспомощность перед Филиппом быстро затараторила, надеясь, как можно быстрее избавиться от железной хватки доктора.
- Это они… Люди с деревни... Они... Они...
- что они??!! – доктор пристально всмотрелся в её лицо.
– Что они??!! Кормят свиней на рассвете или стрелюют в лесу куропаток?! поверь, мне нет до того никого дела! – встряхнул Жюстину, так, что что-то стукнуло в её нашитых на широкую пёструю юбку больших карманах. Голова допрашиваемой бедняжки несколько раз мотнулась в разные стороны, и она сглотнув слезу, продолжила своё задушевное признание:
- Они раскапывают могилы! – неожиданно громко для себя самой выпалила она.
– Там.. далеко за лесом есть много-много старых древних могил… Они еле заметны на земле, это не наши, не христианские…Люди говорят, что этим могилам очень, очень много лет и что в них упокоены те народы, которые жили здесь задолго до нас, до французов… - вывалила признание и облегчённо вздохнула. увернулась от выгоды Филиппа и молчала, тяжело дыша.
несколько секунд прошли в полной тишине, нарушаемой лишь шумом ветра в деревьях да похрюкиванием нескольких жирных свиней в загоне.
   Лицо доктора расплылась в дружелюбной улыбке, и он порывисто прижал к себе Жюстину и крепко поцеловал её в алые губы.
- Ах вы, уста мои сахарные!!
    Девушка ожидала чео угодно, ругани, переводящие в громкий безобразный скандал, сильных хлёстких ударов, превращающихся в жестокое избиение, но никак не поцелуя. а потому её глаза прибрели отчётливую кругловидную форму.
- Ах, какую же удачу ты мне принесла в своём клювике, моя нежная птичка певчая! – и доктор вновь впился в её алые губы затяжным поцелуем…
    Перевели дыхание. Жюстина приходя в себя, путая слова, поинтересовалась:
- так я… так и не знаю… Я так и не поняла… В чём, именно дело-то и состоит?!..
Филипп широко улыбнулся:
- А тебе ничего особо и не требуется в твоём понимании! – равнодушно махнул рукой. – Надеюсь, что ты сама-то не веришь ни в каких умерших, выходящих из своих могил по ночам??!! – и весело подмигнул ошарашенной красавице.
   В ответ Жюстина только презрительно фыркнула:
- Что я, дура, что ли какая-то??!! – поправила юбку, пригладила волосы.
– Это они мне велели так напугать Лорентина, да и вас ещё, чтобы вы не совались в залесок, мой господин! – в последние словах послышалось глубокое уважение, смешанное со страхом. 
– Они там, -махнула рукой,- обчищают могилы.. древние могилы… -повторила она уже сказанное.
- А что, об этом больше никто и не знает? – в голосе доктора послышалось искреннее удивление.
Девушка пожала плечами:
- Трудно судить, мой господин, но, похоже, что ни их семьи, ни наш местный кюре не в курсе происходящего. А не то давно господа из святой инквизиции уже были бы здесь, – и Жюстина, прижавшись спиной к старой потрескавшейся стене, посмотрела вдаль, выражая на своём лице полное безразличие к происходящему.
    Молчание продлились недолго. доктор вертел в пальцах длинную сухую травинку, что-то прикидывал в уме, затем поднял взгляд на собеседницу:
- Ну и как?! Много они заработали на этих раскопках?
   Жюстина вновь пожала плечами:
- Да откуда мне знать-то, мой господин?! Я сама обо всём об этом узнала всего-то с неделю назад. Я ездила в деревню за рыбой на хозяйской телеге, и повстречала их на дороге, Они вышли из леса на дорогу все трое, разом и тогда я ещё испугалась, потому, что подумала, что это грабители или насильник, хотя хрен не слаще горчицы, и тогда мне ещё показалось, что они уже заранее поджидали меня. Ну я поняла, что на телеге, нагруженной доверху свежей рыбой и запряжённой нашей хиленькой лошадёнкой  я далеко от них не уеду, а потому уже смирилась со своей устью и приготовилась быть ограбленной, избитой и изнасилованной… Ну, что же поделаешь-то, месье, ведь такие грубияны только на то и способны, чтобы бесчестить честных порядочных женщин да отнимать честно заработанные деньги. и я стала истово молиться святой Мадонне, лишь бы меня оставили в живых, пусть сделают, что захотят, но оставят в живых!..
- И, похоже, что Богоматерь услышала тебя, сведя все потери твоей природы всего лишь к строгому разговору с устрашением.. – рассмеялся Филипп. 
- Да! – согласно кивнула Жюстина,- ведь, поначалу-то я испугалась, а потом успокоилась, поскольку узнала всех их троих, а ведь я знаю почти всех в нашей деревне, потому и  успокоилась, узнав их, я ведь знаю в нашей деревне очень многих.
-Погоди! – перебил доктор, – так ведь ты говорила, что ты сама и твоя порога Катрин из городка, но не из деревни?!..
Жюстина согласно кивнула:
- Да, мой господин, но, ведь я выросла в этих местах, а от нашего богом забытого городка, который больше похож на деревню и до самой деревни всего-то чуть более одного лье, так, что я с девства знаю большинство здешних рыбаков.
   Так вот, те трое, они и предложили мне заработать несколько су за то, что я стану распускать слухи, ориентированные сепаратно на вас и на нашего мальчика, мой госпошлин. Просто потому, что вы далеко заходите в своих прогулках и могли бы днём увидеть следы разорённых могил и догадаться о многом… Вот и вся история, мой господин, - и в знак покорности Жюстина низко склонилась перед Филиппом и поцеловала обе его руки.