Записки из хосписа. Последние желания

Пока человек здоров, его желания для окружающих почему-то  не так важны, как в момент болезни.
Дети это рано понимают, и иногда заболевают, чтобы получить от родителей то, в чем раньше им было отказано. Заполучив желанную игрушку, тут же идут на поправку.

 Кто из вас с этим не сталкивался?

Просьбы взрослого человека исполняются родственниками уже не с таким рвением, как детские. Иногда даже игнорируются.

А вот если человек тяжело болен, тут все сами начинают ему задавать вопрос  « Что ты хочешь?», стремясь тем самым облегчить состояние и увидеть хоть тень радости на любимом  лице.

 То, что это желание оказывалось последним при жизни, родственники узнают лишь после смерти.

И часто рассказывают потом о нем. Иногда с сожалением, что не выполнили-они же не знали, что оно последнее было, иногда с облегчением, что все же сделали так, как  умерший хотел.

Почему- то именно после смерти это последнее действие на благо ближнего становится важным для оставшихся в живых. И эти желания могут быть не только «Принеси воды», но и другие.


Джейн,дочь польского журналиста Виктора Зорза , умирала в молодом возрасте  от рака в английском хосписе и сказала родителям перед смертью:« Хосписов должно быть больше и каждому надо знать о них.»

Горюющий отец организовал «Британско-русское хосписное общество», приехал в Ленинград и здесь помогал созданию первого в России хосписа  в Лахте в 1990 году.
 Потом он активно способствовал открытию Первого Московского хосписа и стал инициатором распространения хосписов во всем мире.

Выполненное отцом желание одной девочки стало спасением для миллионов людей. Ведь в домашних условиях уход за тяжелобольным человеком очень сложен, а в хосписе оказывают профессиональную помощь по обезболиванию и уходу до конца.

 Часть  праха Виктора Зорза развеяна при постройке нового здания хосписа в Лахте его соратником, профессором А. В Гнездиловым, ставшим основоположником и психотерапевтом нашего хосписа.  А также лицом всей паллиативной помощи страны.

 Количество его регалий не перечесть, а человеческие качества настолько уникальны, что мы, сотрудники, до сих пор говорим о нем с благоговением: его духовных вершин нам не достичь никогда.

Документальный фильм " Доктор Балу", снятый режиссером  Владимиром Герчиковым уже после смерти Гнездилова, вызывает сильные чувства даже у тех, кто не был знаком с профессором.

Хоспис- главное  дело его жизни и он сам подбирал  персонал.  Определяющим качеством для приема на работу было Милосердие.

Своей жизнью Андрей Владимирович показывал всем нам как нужно относиться друг к другу, независимо от того, болен ты или здоров, чиновник ты или уборщица. Главное, по -человечески: с уважением, вниманием и любовью.

Поэтому наши сотрудники, воспитанные им, очень внимательно относятся к просьбам пациентов, так как точно знают, что это может быть последнее, о чем их попросили, и стараются выполнить.  Из любви к ближнему, не по обязанности.

 Относиться к людям так, как мы хотели бы, чтобы относились к нам -внутреннее правило каждого из нас.



 Обучая студентов общению с умирающими на курсе " Доула паллиативной помощи", мне приходится приводить примеры из собственной практики, возвращаясь в прошлый опыт.

 После такой лекции вся история от знакомства с пациентом до его смерти раскручивается на внутреннем экране как кинопленка и я пересматриваю ее потом весь день  с грустью вспоминая  и этих людей и всю нашу слаженную команду.

 

Вот старая интеллигентная женщина, только поступившая, сидит с растерянным видом на своей постели , а соседка на нее ворчит, так как вещи еще не убраны в шкаф и пакеты стоят на полу и подоконнике. Сама она не ходит, а санитарка еще не пришла.

 Я предлагаю новенькой проехаться на коляске по хоспису, чтобы показать, где и что у нас находится. Она рада выбраться из палаты, и по дороге рассказывает мне, что работала учителем музыки и очень любила играть дома на пианино, но родные дети запретили маме напрягаться и не подпускали к инструменту. И были правы в своем решении: музыканты, как алкоголики, после первого аккорда не остановятся, а по  разумению детей, силы маме нужны были для лечения.

 А ей так хотелось снова пробежаться пальцами по клавишам в промежутках между больницами!

Хоспис - её последнее пристанище, она это понимает, шансов вернуться домой почти нет. А пальцы требует музыки. В её голосе бездна сожаления.

Надо отметить, что мы никогда не критиковали, а наоборот, поддерживали родственников в их решениях. Первое ,что мы им говорим при поступлении пациента в хоспис, это то, что до нас они все делали правильно, сообразно своим возможностям и обстоятельствам. Мы сознательно снимаем с них чувство вины, которое и так их потом будет мучить годами.

"Из всех решений выбирай самое доброе". Эта цитата из повести братьев Стругацких " Волны гасят ветер", точнее всего выражает нашу хосписную этику, где доброта ставится превыше всего.

 Даже если с нашей профессиональной колокольни их действия были далеки от совершенства, то с человеческой точки зрения-все делалось из любви и мы это понимаем, так как сами, в большинстве своем, уже похоронили своих родителей и знаем это состояние беспомощности перед болезнью и желание хоть как-то защитить  родного человека от смерти.

Везу женщину в Зимний сад, расположенный в самом конце коридора. В просторном помещении стоит множество горшков и кадок с цветами, растут они у нас как в тропиках, пышно и до потолка, по кафельному полу ползают три черепахи, в клетке сидит пара голосистых попугайчиков,  мягкие диванчики и кресла поставлены посередине зала для посетителей, а у стены стоит пианино- его недавно привезла из дома коллега, медицинский психолог, а   настройщик  ожидался  только через  неделю.

 Мы с Маргаритой обе давно закончили и "прикончили" свое музыкальное образование, выбрав другие профессии, но в хосписе неожиданно оно пригодилось.

 Она, скрипачка, пела колыбельные песни пациентам своим восхитительным нежным сопрано, а я играла на рояле, который стоял на втором этаже в конференц-зале, но никто его не слышал.

 Вот она и привезла свое старое пианино на первый этаж, чтобы пациенты и сотрудники тоже могли слушать мою живую музыку.

 Говорю пациентке, что  поиграть она сможет здесь, у нас уже можно всё, но надо подождать.


Женщина просит подкатить ее к пианино, торопливо открывает крышку и начинает играть.

 Рахманинова.

  И неважно, что все звучит дико фальшиво и оглушительно громко на кафельном полу, ведь в ее голове - полная гармония звуков.

Я отхожу в сторону, достаю телефон и включаю видеосъемку.

 Её глаза заблестели, на щеках появился румянец, пальцы уверенно справлялись с темпом музыки, она заулыбалась и выглядела совершенно счастливой, погрузившись в свое внутреннее звучание.

Я завороженно смотрела на это действо, пока она сама не остановилась и не закрыла крышку. Музыкант подняла на меня глаза: в них сияли слезы радости.

 В палату она вернулась триумфатором. Соседка её больше не дергала.

До прихода настройщика женщина не дожила, но свою последнюю мечту-пробежаться пальцами по клавишам- она реализовала....

Эти моменты счастья на фото и видео я снимала автоматически , пересылала родственникам на память, но у себя на телефоне сразу удаляла. То, что там было прожито, и так впечаталось в память навсегда.

После настройки, пианино переставили в библиотеку на отделение, поближе к палатам, и на нем играли уже все, кто умел, а то и собирались вместе попеть.

Музыка как будто связывает небо и землю и в этой звучащей прослойке растворяются  печали и на душе становится  спокойно и легко.

Еще одна картинка из хосписа: поздно вечером  собираюсь наконец-то уползти  домой и прощаюсь с администратором, но  вижу, что к нам торопливо идет по коридору  молодой мужчина.

Горло у него перевязано бинтами, которые намокают кровью, в руках он держит ноутбук. Пациент подходит к нам, говорить не может, но явно что- то просит, выражая эмоцию всем телом.

Даю ему бумагу и ручку, он пишет: " интернет ".

Беспроводной интернет, как и мобильная связь в целом, в нашем заведении работать не хотят.

  В глазах мужчины мольба.

 Скидываю пальто и мы с администратором начинаем обустраивать мужчине место недалеко от входа в хоспис, там, где интернет "ловит": двигаем мебель, сооружая ему стол и стул, находим удлинитель.

 Благо, посетителей уже нет, а то напугались бы, увидев его красные бинты.

Вида крови я не выношу, поэтому смотрю мужчине только в глаза, помогая ему подключить провода.

Прибежавшая медсестра, " потерявшая " этого пациента, прошептала мне на ухо, что с момента недавней госпитализации он не отрывается от компьютера, так как деньги зарабатывает дистанционно и мало обращает внимание на свое состояние, перевязки и другие процедуры. Вот и сейчас он сбежал из палаты, чтобы заняться своим делом.

 Когда все у него заработало, лицо засияло счастливой улыбкой и он повернул голову ко мне.

В его взгляде было столько благодарности, что я , ответив ему своей обычной лучезарной улыбкой, тотчас забыла об усталости и побежала домой, унося с собой это безмолвное радостное чувство, которое обрушила объятием на  своего любимого мужа за то, что он есть, живой, и ежедневно выполняет почти все мои желания.

Единственную мою просьбу, которую он не смог выполнить, это не умирать..

 Уже много лет я живу одна и сама себя , вместо него, по обыкновению спрашиваю : "  Что ты хочешь, прелесть моя?"

И, перечислив свои мимолетные потребности,  сама же себе отвечаю главные:

 " Жить. И радоваться."