Моршанск

Моршанск с Петербургом связывает многое. Например, гербы. И там, и там мы видим два скрещённых якоря. Когда-то река Цна была полноводна, судоходна, и предприимчивые, румяные и, вероятно, довольные жизнью купцы могли доставлять по ней свои товары. Крепкие особняки с резными наличниками уже два столетия украшают центральные улицы. В девятнадцатом веке везли с Моршанской пристани зерно и холсты. Сейчас открыли примерно на этом месте общественное пространство. Цна подмигивает зелёными глазами, поскрипывает бордовыми мостками, шелестит камышом и напевает что-то тихое о прошлом, приглашая на подпевки пучеглазых лягушек.
Их здесь преогромное количество, с разной степенью пучеглазости и силой голоса.
Можно подбирать по созвучию. Нева, как известно, тоже труженица. По ней в тёплое время года белой ночью идут и идут баржи. Ранним утром не дают покоя любители сапов. Они меланхолично движутся вдоль Летнего сада в свои порталы. А днём смотрят на гранитные берега с теплоходов под завывание академических экскурсий любители видов с воды. Движение на реке как- то связано с течением жизни. На невских берегах оживлённо. Кутаются в шарфы круглогодично тысячи туристов, пытаясь не отморозить носы под штормовыми ветрами Балтики. Работные люди бегут в изнеможении, желая совершать невозможное, ориентируясь на завет царя- реформатора: " Небываемое бывает". Так иногда думаю я, надеясь успеть на работу, которая в двух часах от дома или заканчивая по неведомым причинам очередной вуз. А в этом уголке тамбовской земли всё неспешно. Кто познал жизнь, тот не спешит. Никуда не торопится бывшее село Морша.
Просто живёт.
Любила места эти и семья Романовых : памятники Екатерине Великой стоят и в городе Петра около Невского проспекта, и в городском саду у реки Цны. Моршанску именно Екатерина Вторая присвоила городской статус. Там её вклад все до сих пор помнят.
Но, пожалуй, главное сходство - это храмы. Говорят, когда-то давно поехали священники с Черноземья в столицу, то есть в Петербург. И присутствовали на освящении Спасо- Преображенского собора. Так понравилась им его величавость и статность, что решили в Моршанске построить такой же. Обратились к архитектору Василию Стасову:" Сделай нам похожий, но больше". Мастер не смог сам этим заняться, но , окончательный проект посмотрел и сказал, что он не до конца просчитан. Тем не менее, стали строить. Хотелось же. Останавливались несколько раз, но получился Троицкий храм не хуже столичного, просто загляденье. Сам Николай Первый , увидев его, сказал, что с удовольствием забрал бы с собой. И я бы забрала. Или осталась...
Оказалась в этом городе случайно: было несколько свободных часов. Стояло жаркое лето. Самое время для поисков равновесия и замедления. Где же ещё оттормаживаться, как не в средней полосе. Первым делом я спустилась к берегу. Мне хотелось уединения. Оттолкнуться, оторваться от бесконечной гонки за материальным. Ускользнуть от семейных претензий и манипуляций. Убежать от бесконечного движения. Не слышать вкрадчивого шёпота" Подвезёшь? " Отвернуться от постоянного подпитывания всех и вся. От вбитого клейма " я должна". Короче говоря, чувствовала себя беглым каторжником Сэлдэном из " Собаки Баскервилей ". Только я скрывалась не на болотах, а на холмах Тамбовской области.
"Господи, - думала я , - ведь детей подняла, мужей вырастила, учеников вытянула, туристов вынянчила, можно я пойду погуляю ! " Хотелось собрать саму себя. Образ " я" нуждался в капитальном ремонте .
Между тем, физические мои формы, как мне казалось, были вполне мягкими и перспективными. На них активно реагировали таксисты и рыбаки. Поэтому я лихо сбросила с себя одежды и погрузилась под кваканье молодой лягушачьей поросли в зеленоватые воды сонной реки. Надо сказать, что плавать практически не умею. Так что, моё бульканье и барахтанье наделало много шума. Буквально из ничего. Я плескалась, закручивалась в спираль, выделывала странноватые па и возможно что-то напевала, распугивая тихих бронзовых загорающих. Тугая струна внутри меня постепенно становилась слабее. В кровь проникало новое вещество под названием " просто". Просто купаюсь, просто жара, просто кувшинки. Никаких задач и никакой дипломатии. Вдруг я заметила, что ко мне кто-то приближается. В прямом смысле подгребает. Оказалось, милая женщина с вопросом :" Вы не местная, наверное? Не хотите ли пойти со мной в музей?". Я было решила, что совсем сошла с ума от этого моршанского счастья. Но моя внезапная знакомая продолжила:" У Вас лицо очень интеллигентное, Вам понравится. У нас очень хорошие экспозиции " В принципе, в момент этой возвышенной беседы над водой виднелась только моя мокрая и абсолютно пустая голова, которая мечтала потерять хоть на какое-то время черты интеллигентности. Но против судьбы разве устоишь? Я согласилась, выбралась на берег. Нашла под корягами своё платье, и мы направились в историко- художественный музей. По дороге говорили про город, его атмосферу. Всего сорок тысяч жителей. Есть благословенная тишина. Чудесный, как я потом убедилась, музей. Удалой размах купечества: главный храм, как в Петербурге, главная площадь больше Красной в Москве.
Табачная фабрика, откуда родом знаменитая крепкая махорка. Кураж и медленное течение Цны. Эпохи процветания и разграбления. Ласковый трепет ветра на щеках и раскачивающиеся белые пионы. Небольшой город с румянцем счастья. Место, где можно обрести радость. Успокоиться и поверить в чудо. Чудо безусловной любви от близких людей. Чудо заботы не из вежливости и долга. Поверить в то, что жить можно просто.

Юлия Хаперская