По Березине в Неман

Этот мрачный, хмурый, мглистый, мокрый, туманный, дождливый, унылый, тоскливый, ненавистный ноябрь никак не кончается. На дворе уже середина декабря, а он все не сдается, нагоняет хандру, депрессию. Европейская зима прочно обосновалась в Беларуси и который год подряд мы почти не видим снега, не чувствуем бодрящего морозца. Кругом мгла и слякоть. Такое же и настроение.

Как с этим бороться? Пожалуй, надо отключиться от повседневной рутины, с головой погрузиться в прошлое, в счастливые дни молодости, когда был здоров и полон сил. Пришло время жить воспоминаниями. Что ж, попробуем.

Идея пройти сплавом на лодке реку Западную Березину родилась у меня в далеком 1982 году, когда я досконально изучил окрестности деревни Малая Чапунь, стоящей на ее берегу. Река меня очаровала с первого взгляда, и все свободное отпускное время и выходные я проводил на ее берегах, познавая ее красоты, характер, особенности и рыбача. Но пешком далеко не дойдешь, хотя и ноги молодые, а так хотелось увидеть, что же там в недоступных далях. Сплав - решение принято, приступил к планированию экспедиции (не побоюсь этого слова).

Первым делом изучил доступную информацию о реке. Интернета тогда еще не было. Пришлось перевернуть много гидрологической и туристской литературы, карт местности, чтобы рассчитать места старта, стоянок, финиша, время сплава и так далее. С учетом скорости течения Березины на карте я отметил места ночевок. Их оказалось четыре. Места старта и финиша запланировал по соседству с трассой Минск – Гродно для удобства доставки к реке всего необходимого и эвакуации в дальнейшем. Составил список имущества для похода. Всего по минимуму: лодка, палатка, удочки и спиннинги, штормовки, котелок, чайник, приманки и наживки, карта, ножи, топорик туристский, якорь, да и все, пожалуй. Из еды – сало, лук, хлеб, соль, перец, картошка и пара банок тушенки. Был расчет, что поймаем рыбу для ухи. Сплавляться решил не на байдарке, а на надувной лодке, поскольку скорость байдарки не позволяет рыбачить по ходу сплава, да и хотелось успеть рассмотреть в деталях проплывающие мимо берега. Остановил свой выбор на двухместной надувной лодке «Нырок». Ее я взял напрокат на месяц. Одному идти в водный поход по незнакомой реке было опасно, но проблемы с компаньоном не возникло. Товарищ с радостью согласился составить компанию, поскольку отпуска у нас совпали по времени. Уже вдвоем укомплектовали все по списку и с интересом слушали прогноз погоды. Стартовать решили в середине августа.

В день старта мы с трудом загрузились в мотоцикл с коляской «ИЖ-Планета» и потихоньку поехали из Чапуни к мосту дороги М6 через Березину. Погода стояла ясная, безветренная, достаточно жаркая. Съехав с дороги к воде, мы накачали лодку, загрузили свое барахло, пожелали счастливого пути мотоциклисту, (а он нам), и опустили весла в воду.

Березина в месте старта представляла собой неширокую, спокойную речку с пустыми залуженными берегами, достаточно извилистую. Сперва мы попробовали плыть по течению без весел, но двигались настолько медленно, что побоялись выбиться из графика и взялись за весла. В лодке двоим было чертовски тесно из-за имущества, да и мы оба были достаточно рослые. Согнутые ноги моментально затекали, и сплав переставал доставлять удовольствие. Я пересел с надувной подушки на надутый нос лодки и так и плыл, но теперь уставала спина без опоры, но стало не так тесно. В общем, пару часов мы крутились, вертелись, приспосабливались и так доплыли до деревни Бакшты и миновали ее. За деревней слева в Березину впадает Ислочь, красивейшая белорусская речка, в которой все еще живет краснокнижник хариус. Мы выбрались на берег размять ноги и походить по воде. Температура воды в Березине была значительно выше, чем в Ислочи. Это и понятно Березина текла по открытой солнцу местности, а Ислочь по тенистому лесу. Прозрачность воды тоже резко отличалась: от кристально чистой в Ислочи до мутноватой и окрашенной под чай в Березине. Мы искупались и продолжили свое путешествие. На лесистом берегу недалеко от хутора Петухово остановились на первую ночевку. Посмеялись над названием – реально с завидной регулярностью неподалеку кричал петух.

Расставили палатку, насобирали хвороста для костра, наскоро перекусили и попробовали половить рыбу на удочки, но попадались лишь мелкие плотвички и уклейки и мы поняли, что ухи вечером нам не видать. Стало темнеть, разожгли костер и долго сидели у него, общаясь и наслаждаясь летней ночью. В палатку залезли только под утро.

Приняв воды Ислочи, почти равной себе по параметрам, Березина радикально  изменила свой характер – стала быстрой, глубокой, закоряженной. Дело в том, что дальше река несет свои воды через северо-западную оконечность Налибокской Пущи – древнего лесного массива, где ввиду труднодоступности хозяйственная деятельность почти не велась. Подмытые водой деревья падали в воду, создавая завалы, и лежали там веками. Со слов старожилов этих мест при Польше по реке ходил корчекран, добывая мореный дуб. Сейчас этого никто не делает и закоряженность реки растет с каждым годом.

Поутру, наскоро перекусив, мы продолжили путь, периодически облавливая спиннингом приглянувшиеся места, но ничего запоминающегося не поймали, кроме небольших щук на уху. Вскоре впереди показался хутор Поташня, за которым была жемчужина этих мест – Черное озеро. Оно представляет собой большую и глубокую старицу реки, имеющую через узкую протоку связь с ней, берега которой поросли вековыми дубами и ясенями. Место изумительное по красоте и нетронутости. Вода покрыта коврами из цветущих белых кувшинок, перемежающихся с желтыми кубышками, среди которых там-сям плескалась рыба. В те времена добраться до Черного озера на авто было нереально, да и не было у людей таких вездеходов, как сейчас. Берега были абсолютно безлюдны и мы, наслаждаясь уединением, вдоволь порыбачили, наловив рыбы даже больше чем надо на уху.

Поплыли дальше по извилистой, быстрой реке, постоянно держа весла в руках, чтобы не напороться на подтопленную острую корягу и не потерпеть фиаско, пробив тонкую резину бортов лодки. Выбраться пешком с грузом имущества из дебрей Пущи, о которых местные говорят «уж голову не всунет» было нереально. Наконец, я стал узнавать места, куда уже добирался с местным проводником: урочище Горелое, озеро Топельник на левом берегу, Старая река на правом. На крутом повороте реки под названием Шастак, где ранее у нас часто клевали трофейные щуки, мы высадились и долго стегали воду спиннингом, но крупняка не поймали. Было достаточно жарко, и мы, беспокоясь о сохранности нашего улова, решили остановиться на вторую ночевку пораньше. Напротив Лискова озера – большой круглой старицы, стоит на левом берегу громадный трехсотлетний дуб, под которым мы и расположились.

По сложившемуся алгоритму насобирали дров, поставили палатку, подготовили все к ночевке и решили посетить Лисково озеро, для чего переплыли реку на лодке и перенесли ее через узкий перешеек суши. На острове, образованном кольцеобразной старицей паслась группа косуль, которые ретировались при нашем появлении, сверкая в высокой траве белыми «зеркальцами». Множество бобровых нор и хаток говорило о большой семье бобров, проживающих здесь. Водная поверхность старицы сильно заросла за лето, и ловить на спиннинг было неудобно – сплошные зацепы.

Вернувшись в лагерь, мы разожгли костер, вскипятили воду из реки, (а другой у нас и не было) почистили картошки и стали варить уху. Я не сказал пока об одной особенности нашего сплава – несчетном количестве гнуса: оводов, слепней и, конечно же, комаров. Так вот, пока мы варили уху, в нее упала не одна сотня кровососов, так, что уха получилась рыбно-комариная, но очень вкусная. Оставшуюся рыбу, заранее посолив, мы завернули в широкие листья растений и запекли в углях. Вторую ночь спали, как убитые – сказалась физическая усталость. Поскольку спальников и одеял мы с собой не брали, приходилось спать полностью одетыми, но все равно было под утро прохладно. Я даже надевал на ноги мешок от палатки, а мой товарищ от лодки, чтобы они не мерзли. Позавтракав, хотели продолжить путь, но оказалось, что наш запас червей за два жарких дня протух, а без них никак. Накопать червей в песчаном грунте в жару невозможно, но тут мой друг  вспомнил, что поблизости в лесу стоит самогонный аппарат, а рядом яма, куда сливают отработанную брагу. Там черви должны быть точно. Так и оказалось. Пополнив запас наживки, мы отправились дальше.

Мы плыли по местам, знакомым мне по береговым рыбалкам. Вот резкий поворот реки, с топонимом «Крыж» - раньше на берегу стоял большой дубовый крест. Далее справа в Березину впадает ее приток Чапунька, превращенная мелиораторами из красивой лесной речки в прямую канаву. Только последних двести метров оставили нетронутыми. За ней Парняшов норт – обширная излучина реки с узеньким перешейком между петлями. Ниже по течению Лебедева, Пашкишки, Дроздов норт, а затем показались и хаты Малой Чапуни. Все эти места я неоднократно упоминал в своих рыбацких очерках, поэтому обойдусь без подробностей. За деревней справа показался поросший сосновым молодняком песчаный холм – Лысая гора. За поворотом у Лысой горы характер реки меняется. Она становится шире, менее извилистая, течение замедляется, коряг тоже поменьше. Можно вдоволь побросать спиннинг, что мы и делали, сплавляясь со скоростью течения. Щука поклевывала и к моменту ночевки мы собрали достаточный улов.

 Этот участок реки богат фауной. Возле затоки Долгенькая мы наблюдали семейство диких кабанов, не менее десятка, увлеченно копающих рылами ил мелководья. Подпустили они нас очень близко. Видимо не ожидали опасности со стороны реки. Над водой пролетел «птеродактиль» - черный аист краснокнижник. Множество ужей переплывали реку туда-сюда и грелись на солнышке на берегах. Некоторые висели на ветках деревьев и кустов довольно высоко над землей. Внезапный треск сучьев на берегу говорил о лосе, почуявшем наше приближение. И вездесущие бобры – на каждом шагу норы, погрызы, сваленные мощными резцами большие деревья.

Показался мост через реку в деревне Мильва – Березина, под которым мы еле протиснули свою лодку. Деревенька маленькая, красивая, со всех сторон окруженная Пущей. Ниже по реке деревня Набережная, миновав которую мы решили остановиться на третью ночевку. Резкий поворот реки создавал завихрения водного потока с обратным течением – мечтой рыболова-удильщика, что очень порадовало моего напарника – любителя поплавочной ловли. Разбив лагерь, мы сварили уху, полакомились запеченной в углях щукой и завалились спать. Утреннюю зорьку я проспал, а мой товарищ отвел душу, таская на удочку окуней и плотвиц.

Продолжили сплав и неожиданно, хотя мы знали, что это должно вскоре произойти, слева открылся Неман – равноценный по ширине Березине. Место слияния этих двух рек, которое местные называют «Вилы» очень впечатляет своей красотой и величием. Приняв воды мощной Березины, Неман становится настоящей равнинной рекой – широким, с плавным размеренным течением, по которой мы и продолжили сплав. Отмечу, что пока мы плыли по Березине, нам не встретилось ни одной лодки сплавщиков, а на Немане нас вскоре обошли двое на таком же, как у нас «Нырке». Они сидели на бортах лодки с веслами в руках и гребли как индейцы на пирогах. Мы моментально переняли их опыт, и оказалось, что так плыть значительно легче и скорость почти в два раза больше.

Берега большого Немана не так интересны, как Березины, рыба в нем не хотела клевать, и мы довольно быстро доплыли до резкого поворота между деревнями Барово и Миколаево. Впечатляет мощь Немана в этом месте – водовороты, буруны от столкновения встречных потоков. Подумалось: не дай Бог вывалиться из лодки в этом месте. Ни за что не выплывешь. Глубина здесь большая и в этой яме зимует рыба. Церковь в Миколаево подсказала нам, что  деревня достаточно большая и в ней есть магазин. Я остался сторожить лодку, пока мой напарник пополнял наши припасы свежим хлебом.  Следующая деревня ниже по течению называлась Ляховичи и, подплывая к ней мы спросили у местного подростка, удившего рыбу: «Это ЛЯховичи?» Ответ: «Нет! Это ЛяховИчи» нас развеселил.

День близился к концу и мы, миновав высоковольтную линию через реку недалеко от деревни Збойск, остановились на ночлег. Опять палатка, дрова, костер, ужин и спать. Утром мой товарищ пробовал половить рыбу в Неманском старике, но не особенно успешно, и мы быстро свернув лагерь, решили выйти на финишную прямую. Конечным пунктом нашей экспедиции была намечена деревня Морино на берегу Немана. От нее было недалеко до дороги Гродно – Минск, где мы планировали поймать попутку и вернуться в Чапунь. За час с небольшим мы финишировали, спустили и высушили лодку, сложили палатку и барахло в рюкзак и, поблагодарив Неман за доброе отношение и доставленное удовольствие, двинулись к шоссе. Было жарко, пудовая лодка давила спину, но вскоре мы уже стояли на дороге с поднятыми вверх большими пальцами. Легковые проносились мимо не останавливаясь, а вот старый «Зил» нас подобрал и потихоньку довез до деревни Лежневичи, где мы дождавшись автобуса, вернулись домой.

Вот так пять счастливых дней в деталях сохранились в памяти, как будто это было вчера. Похоже, действительно воспоминания помогают преодолеть осеннюю хандру и депрессию.