Эльзас, Баден-Баден, Шварцвальд... Где это?

(Продолжение саги об одесской девочке)

                Ты, кто муку видишь в каждом миге,
                Приходи сюда, усталый брат!
                Всё, что снилось, сбудется, как в книге —
                Тёмный Шварцвальд сказками богат!
                Марина Цветаева

Бывают такие годы, когда не сидится на месте – и всё тут!  Так случилось в этом же 2009 году. Не успела я отдохнуть после подвигов в Одессе и на даче, как представился случай побродить по Европе, как призрак коммунизма.  Короче, сын ехал на большой сбор служащих компании «Филипс» в Эйндховене, как всегда в таких случаях взял с собой жену, ну, и меня прихватил за компанию.

  Саммит промелькнул,  Эйндховен не представлял интереса: сугубо промышленный город.  Кирилл заранее взял несколько дней в счёт отпуска, и мы решили посетить близкий Эльзас и соседние с ним места, мало знакомые нам. По совету добрых людей и отчасти из экономии базой выбрали городок Мольсхейм недалеко от Страсбурга и забронировали номер в гостинице "Бугатти". Что означает «Бугатти»? Это фамилия тамошнего хозяина каретной фабрики, которая потом превратилась в автозавод,выпускающий шикарные авто марки «Бугатти». Но это уже давняя история. Итак, мы пустились в самостоятельное плавание без лоцмана.

Бывалый путешественник Кирилл уверенно ведёт нас к стойкам аренды авто, где нас уже ждут, потому что наш предусмотрительный сын заранее заказал машину. В подземном гараже мы выбрали небольшой «Мерседес» цвета мокрого асфальта, уже заправленный, и покатили в Эльзас, до которого было километров двести, что при умопомрачительном автобане – всего ничего. Нечувствительным образом мы пересекли границу и оказались в Эльзасе. Ни сладостный пейзаж, ни вид придорожных городков с островерхими кирхами и черепичными крышами не изменились, только указатели вдруг перешли на французский. Первым французским городом сразу же был Страсбург, столица Эльзаса, но наш автобан огибал его стороной.

Определиться на местности и заправиться!.

И пошли мелькать названия городков с обязательным «...heim»: Анцхейм, Дюппигхейм, Дютленхейм. По-немецки это значит дом, родина. Да, немцы успели наследить в Эльзасе... Стоп! Вот и указатель с названием Мольсхейм, где находится наш отель. Проехали всю улицу, но отеля не увидели. Он открылся нам, когда мы в раздумье повернули обратно: огромное «BUGATTI» на крыше дома, укрывшегося за деревьями. Приехали!

Мы поселились в номере на третьем этаже, откуда открывался неплохой вид на город и далёкие холмы. На стене красовался рисунок старого «Бугатти» с красоткой в подвязках, конечно. Мне досталась каморка с кушеткой и с окошком под потолком, вполне автономное местечко.

 Приведя себя в порядок, мы пошли пройтись по улочкам Мольсхейма и сразу обнаружили рядом с отелем музей «Бугатти» в старинном домике. Рядом с ним в кресле сидел бронзовый Бугатти, отдыхая после трудного дня. Все дома горожан были окружены палисадниками, это был сплошной цветник. На границе между городками стояла гигантская бочка «Попробуйте вина Мольсхейма», украшенная резьбой в виде виноградной лозы. Попробуем обязательно. По дороге мы часто останавливались, то увидев симпатичный старый колодец, превращённый в цветник, то восхитившись кронштейнами в виде изящных головок для ставен, то замерев перед нарядным фахверковым фасадом.

День подходил к концу, и мы изрядно проголодались. Кирилл решительно направил наши шаги на Grande Rue к заведению с весёленькой витриной под вывеской S’dorf  Stuebel, ресторан национальной эльзасской кухни. Провожаемые метрдотелем, мы  уселись за столик под картиной в духе Пиросмани. Меню было только на французском, но я знала, что viande –  это говядина, poisson – рыба, l;gumes – овощи, а  fromage – сыр, и смело стала выбирать..

 К сожалению, в меню было гораздо больше слов, которых я не знала. Всё же мы единодушно решили для начала взять бутылку местного вина и  фирменный салат Stuebel. Дальше пошло веселее. Кирилл и Люда выбрали poisson (лосось под  каким-то замысловатым соусом), а я выбрала блюдо, в котором углядела слово l;gumes. Признаться, я так и не поняла, что там было, кроме овощей и расплавленного сыра, хотя вкушала глубокомысленно, но количество еды меня угнетало. Я с радостью перешла к десерту caf; et glace vanile

Баден знаем, а где Баден-Баден?.

 Гулять по Европе – так гулять! Зашли в ближайший супермаркет «Cora», Ознакомились с его ассортиментом и купили кое-что, совершенно необходимое: трикотажные рубашку и клифт на пуговках для оставшегося в Москве мужа, интересный клифт без пуговок для Кирилла, перстенёк с миленьким сапфиром для Люды и французскую косметику для четырнадцатилетней Лизы. И ещё набрали охапку цветочных черенков в соседней теплице с любезного разрешения смотрителя.

 Было десять часов утра. А поехали, ребята, в Баден-Баден! Это хоть и в Германии, но совсем недалеко от Страсбурга! Развернули карту, прикинули маршрут и покатили по шикарному автобану в своём «Мерседесе». Хотелось, как Левше, беспечно распевать «Ай, люли / Се тре жоли!». Оставили в стороне Страсбург, нечувствительно пересекли границу и километров через тридцать довольно резво въехали в город на букву «В», воскликнув: - Вот и Баден-Баден! (признаюсь, штурманом была я).

Мы вышли из машины возле городского собора и оказались рядом с рынком. Купили лукошко очень привлекательной клубники, полюбовались цветниками, постояли перед фигурой бронзового человека без головы, бегущего в колесе, и даже пытались сообразить, где же могут быть знаменитые источники. И почему роскошный курорт так скромно выглядит?

Но тут в поле зрения на каком-то дорожном указателе нам попалось слово «Baden-Baden» и мы поняли свою (мою!) ошибку: до Баден-Бадена оставалось ещё километров 10, а мы вышли в городе Бюль (B;hl). Ну, что ж, повидали типичный немецкий городок!

Ничего похожего!

Но вот и Баден-Баден, наконец. Кирилл поставил машину на подземной стоянке, мы вышли в город и почти сразу попали на знаменитую Лихтентальскую аллею, идущую вдоль неширокой речки Оос. Сравниваем Баден-Баден с австрийским Баденом и чешским Карлсбадом (теперь Карловы Вары). Эта речка не похожа на Теплу в Карловых Варах, вдоль которой сплошные дворцы-отели и павильоны с источниками. Речка Оос как бы прячется в густых купах самых разных деревьев, порой даже экзотических, а временами она образует тихие плёсы, где плавают простые утки и аристократические лебеди. А в Бадене вообще не было видно речки, да и минеральной воды там не довелось попить. А здесь прямо-таки фонтаны  брызжут шипучей термальной водой!.

На приличном расстоянии от этой идиллии расположены городской театр, напоминающий парижскую Гранд-опера, знаменитое казино, Курхаус с летней эстрадой и роскошными ювелирными магазинами с жемчугами, бриллиантами, изумрудами и сапфирами, на которые мы с Людой с удовольствием и совершенно бескорыстно поглазели.

Вода, вода! Кругом вода!

 Вот, наконец, и Тринкхалле – солидное серое здание с бюветами минеральных источников. Сразу даже не поймёшь, что это: картинная галерея или дворец баденского маркграфа – потому что все девяносто метров колоннады украшены огромными фресками из истории Баден-Бадена и его окрестностей.

В сумраке Тринкхалле мы выпили по стаканчику целебной воды, сразу поздоровели и поговорили с приветливой русской дамой, продававшей карты здешних мест и путеводители. Она посоветовала нам сначала пройти к капелле на холме, повыше Тринкхалле, а потом вернуться в город и подняться на гору Меркур, куда ходит фуникулёр. Так мы и сделали.

Мы поднимались на холм Михаэльсберг,  останавливаясь то возле прозрачного ручья с миниатюрными водопадами,  то возле заводей с лилиями, то возле гигантских сосен в четыре обхвата. Мы как-то притихли при виде этой красоты, перестали сравнивать и шутить.. Неудивительно, что именно здесь молдавский господарь Стурдза построил надгробную часовню (капеллу) в память о своём безвременно умершем сыне.

Капелла с куполом и портиком из белого, красного и коричневого камня, строгая и торжественная, стоит в уединении.. Вспомнилась церковь св. Николая в Ницце (в последний раз сравниваем, честно!) , тоже построенная в память о сыне Александра Второго, но она стоит среди отелей с их суетой и не может передать грусть осиротевших родителей, как это почувствовали мы возле капеллы Стурдзы.

Когда мы повернули от капеллы обратно, перед нами внизу открылась панорама Баден-Бадена со всеми его красотами, а над ним – гора Меркур с ниточкой трассы фуникулёра. Мы ринулись вниз, но по дороге не могли не остановиться возле дерева, усыпанного крупными белыми цветами. Никто из нас не знал, что это за дерево, так оно и осталось для нас таинственным видением. 

Под нами Шварцвальд!

Апофеозом этого дня был подъём на гору Меркур. Вагончик фуникулёра резво потащил нас наверх по лесистому склону, и наверху нам открылась долина Рейна и, кажется, весь Шварцвальд, известный мне из музыкальной классики. Там по густым лесам Шварцвальда бродили знаменитые птицеловы: Адам из оперетты «Продавец птиц» и Папагено из оперы «Волшебная флейта», но я не думала и не гадала, что увижу эти места воочию.

 Какая красота! В лёгкой дымке невысокие темно-зелёные горы, между ними светлые долины с нарядными городками и чистыми ручьями – таким предстал внизу перед нами Шварцвальд – Чёрный лес.


Наша троица долго стояла перед этой картиной, потом мы присели на скамью и съели клубнику из Бюля. Подкрепившись, мы пошли по тропинке, опоясывающей гору, удивляясь колокольчикам и ромашкам, которые склонялись прямо к нашим ногам и которые никто не сорвал. Мы обошли башню с антенной на макушке, покачались на неожиданно больших качелях и полюбовались ландшафтами по другую сторону горы, где лежал Эльзас. Мимо нас вдруг с шумом пробежал парень, держа в руках что-то длинное и белое, и… прыгнул с обрыва!  Мы бросились к краю и увидели белый купол параплана, торжественно спускающийся в долину.

 - Ну и ну, - выдохнули мы.

Продолжение следует.