Чёрное солнце

Круги появились на замёрзших лужах двадцать лет назад. Сначала мы думали, что это ветер. Потом заметили, что вода колеблется даже в полной тишине.
Через несколько дней исчезли звёзды.
С тех пор зима не заканчивалась.
Я сидел у керосиновой лампы и смотрел на календарь. Декабрь, январь, февраль. Потом снова декабрь. Бумага пожелтела, края страниц стали ломкими.
За окном мела метель. Дети давно перестали спрашивать, когда наступит лето. Мы сами старались не произносить это слово.
В тот вечер пришёл почтальон.
Он появился в дверях, весь в снегу. Его плащ задубел от мороза, и при каждом движении ткань тихо потрескивала.
— Для вас, — сказал он.
Вместо письма он протянул мне ключ.
Я сразу узнал его.
Двадцать лет назад этот ключ висел на стене в лаборатории городской обсерватории.
— Откуда он у вас?
Почтальон посмотрел на меня, потом на улицу.
— Пора.
Он больше ничего не сказал. Развернулся и ушёл.
Я стоял в дверях, пока его фигура не исчезла в метели. Потом сжал ключ в ладони.
Я знал, куда он меня отправил.
Обсерватория находилась на холме за городом. Дорогу к ней давно занесло снегом, но я помнил каждый поворот.
Когда-то здесь работали десятки людей. Мы изучали редкое небесное явление и ждали затмения. Все были возбуждены, спорили, проверяли аппаратуру.
Я тоже был уверен, что знаю, что произойдёт.
Я ошибся.
Тогда тень впервые появилась на диске Солнца. Она была идеально круглой, слишком чёрной для обычного затмения. Мы ждали, что она пройдёт дальше.
Но она не прошла.
Свет исчез.
Сначала погасли приборы. Потом стало холодно. А когда мы вышли наружу, над городом уже не было солнца.
Я не помнил, как добрался до дома. С тех пор прошло двадцать лет.
Замок обсерватории открылся с трудом. Внутри пахло пылью, металлом и старым маслом. Я поднялся по винтовой лестнице и вошёл в зал телескопа.
Он всё ещё стоял на месте.
Огромная труба была направлена в зенит.
Я снял с окуляра защитную крышку и посмотрел.
Там висел чёрный круг.
Не тень. Не пятно. Он казался ближе, чем должен был быть, будто находился не в небе, а прямо за стеклом.
Я отстранился.
Вспомнил, как двадцать лет назад мы стояли здесь и ждали, когда затмение закончится.
Оно не закончилось.
Я снова посмотрел в телескоп.
Круг едва заметно изменил форму.
И тогда я понял: всё это время он никуда не уходил.
Он просто ждал.
Я вышел из обсерватории под утро, хотя утро уже давно ничего не означало.
Метель стихла. Над городом висела прежняя темнота.
Я пошёл к старому фонтану. Вода в нём замёрзла ещё в первую зиму, и теперь из чаши торчали кривые ледяные пики.
Я сел на бортик.
Двадцать лет мы говорили детям, что всё закончится. Что однажды снег растает, вернутся птицы, снова появится солнце.
Теперь я знал, что это была ложь.
Но облегчения не было. Только усталость.
Я достал ключ и положил его рядом с собой.
Впервые за много лет мне не нужно было ждать.
Над городом висело чёрное солнце.
И я смотрел на него, пока не перестал различать, где заканчивается небо и начинается ночь.