01. Апологетика пустоты книга третья. Финальный ак

01. Апологетика пустоты книга третья. Финальный аккорд

Ещё одно продолжение героической комедии, мимо которого автор просто не смог пройти...



Дабы никто из благодарных читателей не искал сходства описанных персонажей со своими знакомыми на бескрайних просторах «одной седьмой части суши» от Камчатки до Калининграда, автор заранее уточняет, что все «герои» данной книги (как и ситуации, в которые они попадали) не более, чем плод его воображения, а любое сходство с конкретными людьми является притянутым за уши и неумышленным.


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Кое-что о Билли...
Или ещё одно совершенно неожиданное для автора продолжение занимательной истории. Либо – уже на выбор благодарного читателя – хроники обычного бытового грехопадения, заколосившиеся на благодатных полях «традиционных ценностей»


Увы, как и у всех неодарённых в житейском плане людей, не умеющих планировать своё настоящее и полноценно задумываться о будущем, и в жизни наших «героев» – Билли и Дамы его желудка – всё привычно шло наперекосяк.

Финансовые схемы, сулящие быстрый и лёгкий заработок, которые то и дело разрабатывала Дама Желудка в социальных сетях, с треском проваливались одна за другой. Платные курсы финансовой грамотности и рекламы в интернете, которые она заочно окончила, гордо выставив всем на обозрение цветастые дипломы никому неизвестных «академий», отчего-то не давали никакой отдачи.

Рекламные кампании для клиентов на всевозможных электронных платформах прибыли почти не приносили либо приносили настолько мало, что своей ничтожностью никак не покрывали ранее вложенных сил и средств в новый прожект. Более того, не окупали даже затрат времени, которое Дама Желудка упорно и большей частью бесплатно тратила в тестовом режиме, «набивая руку» в новом для себя деле… Продажи кондитерских изделий премиум-сегмента, которые Дама Желудка рекламировала знакомым на всех страницах своих соц. сетей и которые сулили немыслимые проценты с продаж торговому агенту, также оставались «криком вопиющего в пустыне»… Попытка стать успешным «риэлтором по телефону» сошла на нет спустя полгода из-за полного отсутствия профильных результатов…

Иными словами, как финансовые потоки, так и люди, которые эти потоки могли обеспечить, старательно обходили Даму Желудка по касательной, предпочитая «затовариваться» всем необходимым в сторонних местах. И предпочтительно подальше от ареала обитания Дамы Желудка как в мире реальном, так и в мире виртуальном. Ибо все понимали, что, дав ей шанс на сближение или «аванс» хоть в чём-то, избавиться от навязчивого присутствия такого персонажа в своих жизнях будет уже невозможно.

Потому в плане постоянного и системного дохода обитателям территории «безбрежного семейного счастья» приходилось обходиться только тем, что имелось в наличии – социальными пособиями на двух маленьких детей с двухэтажными именами и ежемесячной финансовой помощью от бывшего мужа, которую тот отчего-то присылал не старшим дочкам, а непосредственно на банковскую карту Даме Желудка. И хотя старшие дети уже выросли из «штанов несовершеннолетия» и не имели права требовать никаких официальных алиментов, тот самый «монстр», которым в своё время пугала Билли Дама Желудка, на поверку оказался гораздо более ответственным и порядочным, чем представлялся в её рассказах, регулярно перечисляя средства на содержание своих отпрысков. Средства, которые в том числе шли на обеспечение всей большой семьи, включая как самого Билли, так и двух котов, которые также стояли на бессменном довольствии в «идеальной ячейке общества».

В «общем котле» ежемесячных поступлений учитывался также и скудный финансовый ручеёк за ночные дежурства Билли в «гаражном братстве» по два-три раза в неделю по требованию «руки, дающей с самого детства». Дежурства приносили неизменные и стабильные пятьсот рублей за смену. Кроме того, в «гаражике» отца Билли всегда было чем поживиться, начиная с сала в холодильнике и заканчивая обязательным батоном к чаю. И хотя отец не мог устроить Билли на постоянную работу, чтобы не отягощать себя и «гаражное братство» лишним налоговым бременем, но за дежурства платил исправно. Более того, давал Билли «на поддержание штанов» ещё и карманные деньги сверх фиксированного ночного заработка. «Фиксированную часть» Билли отдавал Даме Желудка до копейки, наученный горьким опытом многолетних стенаний по «лучшим годам жизни, потраченныv на рокового мужчину» по каждому поводу, когда что-то вызывало малейшие сомнения или недовольство Дамы Желудка. Сверхдоходы от отца Билли тайно удерживал на собственные карманные нужды...

На этом системные доходы «идеальной ячейки общества» заканчивались...

Были ещё случайные заработки самой Дамы Желудка в интернете. Были небольшие и бессистемные финансовые «пособия», которые ручейками стекались в «казну территории безбрежного семейного счастья», как от родителей Билли, так и от мамы Дамы Желудка. Были и совсем уже редкие и чаще всего скудные поступления за помощь в выполнении мелких скульптурных работ вроде мемориальных досок, предназначенных бог знает для каких стен, либо за помощь в восстановлении однотипных гипсовых ансамблей, которые имелись в наличии почти в каждом сельском поселении «великой и необъятной» и куда Билли приглашали подсобником по старой памяти либо «по знакомству» через вторые руки. Но всё это никак нельзя было назвать постоянными заработками, которые могли бы распланировать бюджет «идеальной ячейки общества» хотя бы на пару ближайших месяцев...

Потому бюджет постоянно трещал по швам и разъезжался. Как и подвергался обязательному секвестру буквально каждый месяц...

Денег хронически не хватало буквально на всё...

Что касается Билли, то, как идеальный и роковой мужчина, жил он жизнью сытого и довольного домашнего питомца, особенно не задумываясь о «хлебе насущном», что каким-то образом всегда отыскивался на кухне или в «гаражике» отца для наполнения вечно голодного желудка...

Что касается мелких неудобств, вроде ночных дежурств в «гаражном братстве», когда спать приходилось не на кровати, а на диване, либо криков детей, от которых часто закладывало уши, относился к ним Билли стоически, превозмогая трудности большей частью не просто с радостной улыбкой на лице, а часто – с клинически радостной улыбкой...

Билли кормили и обстирывали. Периодически ему покупали недорогую одежду в магазинах уценённых вещей. Не говоря о том, что изредка даже заливали всё дорожающий бензин в бак его сильно проржавевшей и давно дышащей на ладан, но всё ещё живой «Хондочки»…

Что ещё нужно птице небесной, что не жнёт и не сеет для полноценного существования? Разве что время на любимые хобби и пристрастия... Были у Билли и они... Как находилось и время, чтобы заниматься ими почти каждый день и чувствовать себя вполне счастливым...

Дама Желудка, разрываясь между сидением в интернете и попыткой свести концы с концами, всё так же не требовала, чтобы роковой мужчина устроился хоть на какую-то полноценную работу, которая приносила бы системный доход «идеальной ячейке общества», а не отнимала и без того скудные поступления в семейную казну. Иными словами, Дама Желудка всё так же поощряла безделье Билли и, как и он сам, надеялась на некий многомиллионный скульптурный заказ, который должен был обязательно свалиться с неба и разом закрыть все финансовые дыры не первый год трещавшего по швам семейного бюджета. Откуда бралась такая уверенность было непонятно – предпосылок к этому не было никаких, как и сам Билли не проявлял никакой инициативы в поиске скульптурных заказов. Но идея, застывшая в информационном пузыре «идеальной ячейки общества», культивировалась и безостановочно подпитывалась всеми взрослыми членами «территории безбрежного семейного счастья»…




       После того, как бы проведён контрольный тест уже в другой больнице, который лишь подтвердил, что Дама Желудка действительно беременна двойней, она без долгих терзаний, как случалось уже не раз, предала собственные «незыблемые принципы». Те самые, за которые так яростно боролась в социальных сетях последние несколько лет. А именно: решившись сделать а... и лишив двух, ещё не начавших формироваться, крохотных Билли права на существование...

Легче всего, как оказалось, было на время расстаться со своей новой религией – воинственным православием...

(пара абзацев текста опущена, чтобы не вызывать недовольства особо "скрепоносной" части читателей с высшим и среднеспециальным телевизионным образованием и, как следствие, - "пакетным мышлением"...)

        Хотя, расставанием с новой религией в строгом смысле слова назвать это было нельзя. Яростные, полные страсти и «заламывания рук» посты и комментарии Дамы Желудка в социальных сетях, написанные на посредственном, более того, скудном русском языке, всё так же продолжали требовать «секса только после бракосочетания» и прочих принципиальных и обязательных поступков ото всех окружающих. Но, казалось, в искренность этих лозунгов перестали верить даже те немногие подписчики и «друзья» Дамы Желудка, которые изредка, в едином с ней порыве требовали выжечь огнём и вырубить мечом всё нетрадиционное и не-скрепоносное. Слишком уж явно стали контрастировать лозунги Дамы Желудка с её поступками...

Гораздо сложнее было расстаться с мыслями о двойном материнском капитале, который более, чем ощутимо вырисовывался на горизонте ближайшего года. Это были уже не абстрактные «принципы», которыми можно было легко поступиться, не особенно отягощая собственную совесть и гуттаперчевую мораль, а вполне конкретные средства к существованию. К тому же весьма немалые для «территории безбрежного семейного счастья». Больше трёх календарных недель расчёт боролся со здравым смыслом. Причём Билли к схватке двух драконов где-то в недрах Дамы Желудка даже не подпускали. Разве что по нескольку раз за день информировали о зловещих колебаниях и сомнениях в душе Дамы Желудка. Душе, ужавшейся в последние дни «тягостных раздумий» до размера внушительных размеров бумажника.
   
    В итоге, с минимальным перевесом здравый смысл всё-таки победил алчность… 

Хотя две старшие дочери Дамы Желудка были вполне уже «на выданье», но долгожданных предложений руки и сердца от потенциальных женихов пока не поступало. Оттого «среднее поколение» ютилось всё в той же однокомнатной «территории безбрежного семейного счастья», где обитали Билли с Дамой Желудка с парой котов и двумя юными «плодами любви с двухэтажными именами».

Мама Билли всё так же не спешила жертвовать трёхкомнатную квартиру нерадивой ветви семейной эволюции, несмотря на неоднократные прямые и косвенные намёки горе-невестки. Потому, как разместиться вдесятером на тридцати восьми метрах и сорока квадратных сантиметрах с учётом двух котов, которые уже давно воспринимались всеми неотъемлемой частью «большой семьи», не хватало даже изворотливого воображения Дамы Желудка.

В конце концов, проведя несколько драматических моноспекталей для ближайшего окружения и привычно пытаясь набрать «страдальческие очки» стандартным для неё «плачем Ярославны», Дама Желудка публично «сдалась». Хотя втайне всё ещё надеялась переломить упорство мамы Билли и разменять «территорию безбрежного семейного счастья» на трёхкомнатные хоромы «руки, дающей с самого детства безвозмездно». Но на этот раз мама Билли полностью «ушла в тину» и на «обречённый плач» не реагировала никак, памятуя, что любая инициатива, исходящая от Дамы Желудка, ни к чему хорошему обычно не приводила.

В итоге, окончательное решение было принято, как и были сожжены последние мосты. Потому, не откладывая в долгий ящик приоритетное дело, Дама Желудка быстро сделала ... в ближайшей к дому клинике, потратив на щекотливую операцию немалую часть месячного семейного бюджета.

Поминки по двум так и не родившимся маленьким Билли в тот же вечер были проведены в Бургер Кинге по соседству. Как бы то ни было, а жизнь продолжалась, справедливо рассудила Дама Желудка, спуская на «поминки» ещё одну основательную часть семейного бюджета.

Котов на «выездную сессию» в ресторан решили не брать. Отметили семейное горе в относительно узком кругу из шестерых присутствующих. Двое из которых в силу возраста так и не поняли, что случилось и шумно радовались «выходу в люди». Потому размышления о безутешном горе были отложены Дамой Желудка до лучших времён. А как только на столе появились комбо-наборы на коричневых подносах, крокодильи слёзы, то и дело закипавшие на глазах Дамы Желудка были легко притушены первыми же глотками ледяной Пепси-колы и заедены ломтиками запечённой картошки.

В итоге, жуя ресторанную пищу и запивая её газировкой, Дама Желудка пообещала себе, что уже назавтра выкроит время и сходит в церковь, где поставит несколько свечей. То ли за здравие оставшихся в живых, то ли за упокой эмбрионов, погибших в неравной схватке со «здравым смыслом»...

Додумать мысль из-за суеты и криков младших членов «идеальной ячейки общества» у неё не получилось, но обещание самой себе она, тем не менее, дать успела...

Билли, видя, что сытный ужин в ресторане быстрого питания моментально понизил градус безутешного горя супруги, вздохнул наконец свободно и уже со спокойной душой приступил к привычному делу – наполнению вечно голодного желудка любимыми деликатесами.

Мир не раскололся надвое и реки не потекли вспять. Жизнь продолжилась вне зависимости от одной отдельно взятой трагедии.

И спустя пару дней всё вернулось на круги своя – в привычное русло будней «территории безбрежного семейного счастья»...



…собственное обещание посетить церковь, надо сказать, Дама Желудка сдержала, хотя и с опозданием на полторы недели.

Дел по дому и в интернете было слишком много, чтобы так запросто бросить «всё» и пойти в церковь уже на следующий день. Но обещание, данное себе, более того, не обязывающее ни к чему серьёзному и не ведущее к лишним расходам, начало тяготить даже «железобетонную» душу Дамы Желудка. Тем более, в церкви можно было, наконец, проверить, как работают те самые «откровения и исполнение желаний», о которых безостановочно говорили разного рода интернет-гуру...

Хотя Дама Желудка считала себя убеждённой и едва ли не идейной православной с традиционалистским уклоном в первую очередь, и христианкой «по остаточному признаку», церковных обычаев она не знала совершенно. Как ни разу в своей жизни не открывала Библию. Хотя «первоисточник», подаренный ей много лет назад на улице случайными людьми в белых рубашках и с проникновенными взглядами, до сил пор пылился в мебельной стенке «а ля шик семидесятых», доставшейся Билли по наследству от бабушки...

От подарка в блестящем чёрном переплёте, который «не требовал ответной любезности» Дама Желудка решила не избавляться. Как и никому его не передаривать. А уж выбрасывать новую вещь было, тем более, не практично и даже глупо: никто не знал, когда что-то, что «не требовало есть» и не занимало много места, может понадобиться в хозяйстве. К тому же Дама Желудка при всей своей воинственности в домашних делах, подсознательно не на шутку опасалась «божественной мести» за плохое обращение с «религиозными фетишами»...

Чтобы не общаться с другими прихожанами и сотрудниками церковной лавки и случайно не проговориться с какой целью она забрела в непривычное для себя место, Дама Желудка выбрала не особенно урочные часы для посещения храма, когда прихожан там почти не было...

Заблаговременно Дама Желудка заказала на маркетплейсе набор самых дешёвых церковных свечей, которые забрала в пункте выдачи уже через день. Вполне резонно она предположила, что все свечи, наверняка, делаются на одних и тех же «свешны;х заводиках», а покупать втридорога расходные материалы, пусть и освящённые на территории храма было, как минимум, глупо. Учитывая и то, что освящались свечи непонятно кем. И, хотя она не сравнивала оба прейскуранта, но, наученная опытом жизни в родной стране, была твёрдо уверена, что «на месте» всё и всегда стоило гораздо дороже заказанного заранее...

К тому же, раз роковой и идеальный мужчина фактически выполнял лишь роль «свадебного генерала» в семейных делах, то и следить за всеми расходами приходилось именно ей. Оттого всё, что казалось ей накладным, Дама Желудка безжалостно обрезала или полностью вычёркивала из статей ежемесячных расходов...

Подытожила свои размышления она вполне прагматичной и даже успокаивающей мыслью, что важнее был сам факт посещения намоленного места и проведения там обряда очищения огнём, а не соблюдения пустых и затратных ритуалов...



В день посещения церкви она положила упаковку свечей в сумку, и предусмотрительно взяла из дома коробок спичек...

Уже у входа в храм она вспомнила о косынке, захваченной из дома и быстро повязала её на голову, чертыхнувшись по привычке, что чуть не забыла о тех самых «ритуалах», которые только минуту назад решила игнорировать. Затем, копируя прихожан, с трагичной миной на лице трижды перекрестилась дверной фрамуге и замерла на мгновение. Ничего не произошло. Оглянувшись для надёжности по сторонам, какого-то внешнего знака благоволения именно к ней, Дама Желудка так и не увидела. Как не ощутила ни дрожи в чреслах, ни благости в теле или душе.

По примеру героев из просмотренных фильмов, она закрыла глаза и застыла на месте. Что Дама Желудка пыталась ощутить, она не понимала и сама, но напряжённо ждала какого-то персонального откровения. Но и с закрытыми глазами, и в смиренной позе, никакого откровения свыше ей послано не было.

Спустя несколько секунд нетерпеливого ожидания, она шумно выдохнула полные лёгкие воздуха, заблаговременно набранного туда для ожидания «благости», и уже в смешанных чувствах переступила порог, кажущегося всё более сомнительным, заведения…

Почти в пустой церкви, двигаясь по наитию в полутёмном помещении, она увидела под иконами пару горящих свечей и, предположив, что там и совершается таинство, а именно: ставятся свечи во здравие и за упокой, энергично двинулась к искомой цели. Зажгла спичкой пару свечей и воткнула их рядом с уже горящими «собратьями».

Подняв взгляд на иконы, Дама Желудка хотела было выдавить из себя пару слёз, но, как на зло, слёзы готовые течь из неё ручьями в присутствии знакомых и членов «большой семьи», в одиночестве отчего-то упорно не текли. Не хватало «внешнего эффекта»: не было привычной обстановки и «близкой по духу аудитории» с сочувствующими взглядами. Тяжело вздохнув, она хотела было прочитать хоть какую-то молитву, но вдруг поняла, что не знает ни одной и что пришла в церковь совершенно неготовой к соответствующему таинству.

После минутной заминки, перед мысленным взором всплыла увиденная когда-то в интернете, одинокая строка без продолжения: «Отче наш, иже еси на небеси...». Причём написанная ещё на дореформенном русском, с непривычными «ятями», о которые спотыкался не особо натруженный чтением взгляд.

Но как Дама Желудка ни напрягала память, что было дальше по тексту, вспомнить так и не смогла. Как и не была уверена, что вообще пытается произнести соответствующую случаю молитву.

Чуть было не чертыхнувшись по привычке, Дама Желудка вовремя прикусила язык и тяжело вздохнула. Дав себе твёрдую установку не отвлекаться на воспоминания о канонических текстах молитв, она решила, что попросит у Бога прощения уже своими словами за две невинные души, что так и не увидели свет.

Через несколько мгновений стало ясно, что и это решение не являлось панацеей в такой нестандартной обстановке: имён у двух нерождённых Билли ещё не было. К тому же, в строго медицинском и юридическом смысле, эмбрионы на начальной стадии развития ещё не считались людьми. Не говоря уже о том, что «на свет Божий из недр Дамы Желудка» они так и не появились. Тем более, вопрос наличия неких абстрактных душ, особенно у эмбрионов, тоже был довольно спорным. Более того, неоднозначным. Как гласили, в том числе, мнения различных экспертов в интернете, которых за последние три недели Дама Желудка насмотрелась, начиталась и наслушалась с избытком. Мнения были часто диаметрально противоположными, потому какое из них примерить на себя, было не более, чем вопросом вкуса и «размера».

За кого или что именно просить прощения, Даме Желудка стало вдруг совершенно непонятно. Особенно с учётом того, что решение с ... было хотя и не совсем праведным, но всё же законным и принятым в соответствии со здравым смыслом. По крайней мере, по шкале здравомыслия Дамы Желудка.

Впервые в душе Дамы Желудка появилось некое логически обоснованное сомнение. Как и почти явная уверенность в том, что в церковь можно было и не ходить, а формально помолиться дома и там же зажечь свечи. А заодно и прочитать соответствующие тексты с монитора ноутбука, не тратя ни сил, ни времени, ни денег на визиты в сомнительные места.

Что случалось с ней крайне редко, Дама Желудка впала в ступор. В голове пронеслись моменты крещения всех четырёх её дочерей, но что происходило во время тех таинств она даже не запомнила. Тем более, что единственная цель всех крещений была только одна – «сделать не хуже, чем у людей».

Заскрежетав зубами от злости, она посмотрела по сторонам. Людей поблизости всё так же не было. Сделав тяжёлый вдох и протяжный выдох, она опять повернулась к иконам. Того, что казалось само собой разумеющимся ещё утром, до сих пор так и не произошло: никакой благости в душе Дама Желудка не ощущала.

Отчего она раньше не подумала обо всём, что могло произойти с ней в церкви, Дама Желудка уже не понимала и сама. Дома всё казалось максимально простым и понятным: прийти в церковь, зажечь свечи, помолиться своими словами о некоем формальном отпущении грехов, как обычно делали герои массы просмотренных мелодрам, попросить у высших сих прощения за что-то, что будет зачтено ей, как праведное дело, испытать благость в душе и убедиться, что Господь благоволит именно к ней и людям с подобным же набором духовных ценностей и моральных установок. После чего вернуться домой, с ощущением, что и интернет-проповедники, и собственные чувства не обманывали, и что она находится на правильной стороне «в битве добра со злом». А затем, уже со спокойной душой продолжить и дальше укреплять крепостные стены «территории безбрежного семейного счастья» с ощущением «праведности» выбранной стратегии...

Но реальность грубо перечеркнула все её домыслы и радужные ожидания. Все шло не по плану. Точнее, всё, как всегда, шло не по плану. И именно формулировка «как всегда», так некстати последней пришедшая в голову, напугала Даму Желудка больше всего...

Сознание, не приученное к долгим и тяжёлым размышлениям, само начало искать хоть какие-то знакомые и спасительные «соломинки», за которые можно зацепиться, чтобы выбраться из пучины таких же непривычных сомнений. Взгляд упал на ровное пламя свечей. В голове пронеслись дни рождения детей, где все было просто и понятно: накрытый стол с массой блюд, сытый роковой мужчина «под боком» с клинически радостной улыбкой, тортик с горящими свечами, неуклюжие попытки младших членов «идеальной ячейки общества» задуть пламя. И свою почти незаметную помощь детям во всех сложных делах. От приятных воспоминаний в душе чуть потеплело. Всё ещё погруженная в картины «идеальной семейной жизни» Дама Желудка механически сделала глубокий вдох. После чего направленной струёй воздуха дунула на ближайшую свечу, по привычке помогая ребёнку затушить её. Свеча погасла. Только тут Дама Желудка очнулась от наваждения и в ужасе посмотрела по сторонам. Рядом всё так же никого не было. Еле гнущимися от испуга пальцами она вытащила из сумки коробок спичек и быстро восстановила статус-кво... 

Чувствуя, что опростоволосилась по всем фронтам, Дама Желудка сделала судорожный вдох, успокаивая дрожь в теле, и поднесла ладонь ко рту, чтобы на выдохе, направленной струёй опять ненароком не затушить свечу. Она ещё раз украдкой посмотрела по сторонам. Вроде бы никто из редких прихожан не увидел её оплошности. Главным, по её опыту и твёрдому убеждению, было не упасть в чужих глазах. Пусть даже случайных и незнакомых людей. А с собственной совестью всегда можно было договориться...

Излишне яростно забившееся в пылкой груди сердце начало переключаться на привычные неторопливые «обороты».  Дама Желудка проглотила разом загустевшую слюну и прикрыла глаза. И тотчас – вроде бы к месту – вспомнила, как в некоторых сериалах герои трагично поднимали глаза на иконы, ожидая какого-то откровения. И изредка – судя по задумке режиссёров – даже получали его, несмотря на шлейфы грехов, которые тянулись за теми падшими душами...

Собравшись за мгновение и быстро переключившись с пугающих «откровений» на вполне понятное и привычное «пакетное» восприятие реальности, где не надо было думать собственной головой, а все решения были уже сотни раз разжёваны в интернете разного рода упитанными и благообразными «гуру»... она так же трагично, как и герои фильмов, открыла глаза и вознесла их к небу. И ещё раз попыталась выжать из себя хотя бы одну «скупую мужскую слезу».

Но слёзы, как на зло, не текли. Сделав скорбную гримасу, Дама Желудка поклонилась иконам и замерла, то ли ожидая ответного поклона от образов, с укоризной смотрящих на неё, то ли напутственного слова, то ли какого-то откровения в душе. Но и на этот раз ничего не произошло. На Даму Желудка всё так же взирали спокойные, но теперь, казалось, не только равнодушные, но ещё и презрительные к её терзаниям взгляды.

Тяжело вздохнув, она ещё раз обвела глазами почти пустую церковь, словно виня её в разбитых ожиданиях и несоответствии собственным высоким стандартам. А заодно и в том, что за все усилия в соцсетях по продвижению традиционного православия, она не получила даже намёка на то, что её усилия зачтены выше.

Недовольно покачав головой, Дама Желудка уже формально поклонилась исправно горящим свечам, чтобы выглядеть «пристойно» хотя бы в собственных глазах и со скорбной миной на неудовлетворённом лице двинулась к выходу. Твёрдо решив про себя никогда больше не посещать подобные заведения без лишней надобности и из-за собственных пустых прихотей...




Об очередной семейной «неурядице», как тактично назвал Билли победу «здравого смысла» над «традиционными ценностями», в порыве откровенности он рассказал кузену Ави. В кои-то веки заехавшему к нему «в гаражик по старой памяти». Естественно, кузен Ави предварительно позвонил Билли и убедился, что Дамы Желудка нет поблизости.
О «неурядице» редкий уже гость на территории «гаражного братства» выслушал молча, ни разу не перебив эмоциональный рассказ «выведенного из привычной зоны комфорта» Билли. Разве что в самом конце истории покачал с сомнением головой, сделал тяжёлый вдох и уже на выдохе, совсем устало, с оттенками явного разочарования в голосе произнёс своё радикальное: «Да ****ец!». Которое, как минимум, хронологически положило конец и этой – то ли трагичной, то ли привычно-курьёзной истории в жизни обитателей «территории безбрежного семейного счастья»... 

Продолжение - в книге