Зайчик по имени Рит

Ненависть окружает нас везде. От самых потаённых уголков леса до шумных городских шоссе. Везде люди умудряются пускать в воздух это проклятое, дикое ощущение ненависти.

Но раз в мире есть яд, то есть и противоядие. Любовь.

То, что лечит от ненависти. То, что исцеляет раны. Прекрасное ощущение, что дарует силу всем любящим и любимым. Но прекрасная, но чужая любовь, даже она может вызвать ненависть у окружающих людей.

Прежде всего в ненависти зарыты страхи, сомнения, и просто – зависть. Люди не знают, как ещё проявить эмоции, боятся их, и потому используют самое простое, самое животное ощущение, что проще всего показать. Им является ненависть. Проявление ненависти можно увидеть и у животных. И даже там оно означало то, что зверь хочет защититься. Хищник, следующий за добычей, не ненавидит её, он просто безумно голоден или отстаивает свою территорию. А добыча сильно ненавидит хищника.

А люди, что за долгие столетия и тысячелетия должны были вырасти из этого животного мира, на самом деле просто выдумали для ненависти больше оправданий. И сами в них поверили.

Петя шёл из школы, вытирая слёзы. Одноклассники его ненавидели. За каждый успех, за каждое достижение, за каждый шаг. Пётр очень хотел поскорее вырасти и найти работу, как можно скорее приняться за взрослую жизнь, чтобы получить ресурсы. Он мечтал стать преподавателем литературы, и невольно представлял на уроках себя перед классом, рассказывающим о скрытом смысле произведений поэтов серебряного века...

Сегодня его побили за то, что тот получил первое место в конкурсе стихов. Парень полагал, что на этом всё закончится: ему выдадут диплом и он пойдёт и покажет его маме с папой. Но не ожидал, что придётся выступить перед всем классом и этот стих прочесть...

Где-то к середине чтения по классу прокатился шквал усмешек, от этого его голос стал совсем мямлящим, что только усилило старания юных критиков. Под конец половина одноклассников и одноклассниц ехидно улыбались, глядя ему в глаза. Преподаватель, решив, что они просто рады за одноклассника, ушла в коридор и там началось обсуждение. Там стоял ещё один учитель?

Идя к своей парте ему и ставили подножки, и позади него лились оскорбления. В общем, окружению эта «минутка творчества» не понравилась. Парень терпел. Почему терпел? Может, стоило ответить? Но тогда началась бы драка. Как будто только этого ещё не хватало...

— Вот бы оказаться в каком-нибудь другом мире...

Это кто сказал?

— ... без ненависти и насилия.

Кто это сказал?

Петя посмотрел под ноги. Речь шла откуда-то оттуда. Стоп... чего?

Там был... зайчик? Обычный заяц. Смотрел на него своими глазками-бусинками и, видимо, внимательно рассматривал Петю. Буквально «пожирал» его взглядом.

— Ты, конечно, тупенький, но точно не глухой. — пробормотал заяц.

Чего?! Это сейчас что было?

— «Свихнулся» — подумал Петя.

— Покушать есть чего? — сказал заяц.

— Ты кто? — сказал удивлённо Петя, надеясь, что где-то позади него это не видят одноклассники. Благо, тот ушёл за двадцать минут до окончания уроков, чтобы те не застали его – насмешек было бы точно не избежать после того казуса.

— Я Ричард. Друзья зовут меня Рит. — заяц шмыгнул. — Можно просто Рит.

— Кролик по имени Рит... Я точно сошёл с ума... — казалось, вот-вот Петя упадёт к обморок.

— Да не кролик я! А заяц.

Как оказалось, заяц Ричард пришёл к Пете не просто так. От Пети исходило настолько много обиды и горечи, что лес не мог его так оставить и послал своего стражника – в виде милого зайчика, конечно же, чтобы не спугнуть. Оказалось, лес слышит нас. Но не наши слова, а наши эмоции, то, что мы чувствуем.

Эта мысль казалась настолько же прекрасной, как и пугающей.

Ричард отвёл Петю к речке. Мальчик смотрел на прекрасный вид снежного хвойного леса, обворожительную заледеневшую речку, красота которой так и тянула, так и манила к себе... Звала.

Звала?

Это был совершенно другой мир. Беззаботный, полный чудес и прекрасного. Полный приятных ароматов, удивительных воспоминаний в виде заснеженных пейзажей – бери любое и рисуй, – и конечно, волшебства!

Снег, будто стильная шубка на плечах элегантной девушки, придавал лесу свой особый шарм, характер. Пете хотелось лечь на него и смотреть в небеса, погрузившись в мечты и никогда больше не пуская печаль в своё сердце.

И сердце растаяло в блаженстве.

Ему было так хорошо, и оттого – так непривычно. Словно он нашёл давно утерянную игрушку, которую так любил и берёг когда-то, и что внезапно куда-то запропастилась со взрослением. Тяжело это, взрослеть... Да и судя по поведению многих, коих можно было бы назвать взрослыми, часто это взросление и незаметно – просто дети будто меняли облик.

Ведь будем честны, нам всем хочется побыть иногда чуть-чуть детьми.

А вот и последняя остановочка: заяц Ричард показал Пете целое снежное королевство. В снежных домах жили гномики, что были в два раза ниже парня, а вокруг царила гармония и слышалось пение птиц.

— Располагайся поудобнее! Ты можешь здесь пожить какое-то время. Отдохни.

— А можно... можно я сюда маму с папой приведу? — сказал мальчик ошарашенным голосом. После увиденного тяжело быстро прийти в себя.

— Нет. Это единственное условие, никого сюда приводить нельзя. — сказал зайчик, к слову, достаточно недобрым голосом. По крайней мере, не таким добрым, как до этого. — Никого. Забудь.

— Но... мои мама с папой... Им бы тоже не помешал бы отдых. Хотя бы какой-то!

— Ты думаешь, что им бы это помогло?

Петя задумался.

Он спустился к речке и смотрел на лёд. На льду показалось его отражение. Настолько кристально чистым он был? Действительно сказочное место.

— И что мне выбрать? Как мне быть? Там, вдали, меня ждут как мои родные, так и мои недруги. Как те, что меня любят, так и те, что ненавидят. Как быть?

— Конечно же иди к родным! — сказало отражение.

— Но я боюсь... Здесь тихо и так сказочно, мне хочется оставаться тут... — Петя разрывался. И, кажется, вот-вот заплакал бы, если бы не диалог с отражением.

— А с родными не тихо и сказочно? — удивленно произнесло оно.

— Они часто ссорятся.

— М-м-м... — Петя по ту сторону льда видно приуныл. — Знакомо.

— Ещё и эти одноклассники... И что же мне делать?

— А где твоя любовь?

— Я люблю одноклассницу.

— Не про эту. Я про твоё сердце. — ухмыльнулось отражение. — Где оно? Ты любишь родителей?

— Да.

— Даже несмотря на их ссоры между собой?

— Конечно. Я люблю родителей. И поэтому беспокоюсь за них...

— Ты ненавидишь людей. Но знаешь, гораздо легче... ненавидеть сам грех. Не родителей, за то, что ссорятся, а сами ссоры. Не одноклассников за то, что злятся, боятся, завидуют, а саму злобу, сам страх, саму зависть. Ненавидь грех, совершаемый ими, ведь ты заслужено ненавидишь грех. Но люди... они...

— Они...

— Они куда сложнее, чем может показаться. Они молчат, потому что боятся остановить несправедливость. Они боятся, а потому и ненавидят. Они завидуют, а потому и злятся. — отражение засмеялось. — А потому только сам грех заслуживает лютой ненависти.

И на душе у Пети стало спокойнее. Он ушёл от реки и повстречал зайку.

— Домой? — спросил тот.

— Домой.

На следующий день он не обижался на проделки глупых одноклассников, не замечал язвительных разговоров за спиной и сплетен, и если что говорил прямо, что ему что-то не нравится. Учитель начал обращать внимание на проблему, вступаться за него.

Дома он поговорил с родителями и спокойно обсудил с ними проблему их ссор. Поначалу они вновь хотели перевести и этот разговор в ссору, взвалив груз ответственности друг на друга (эх, как малые дети!), но потом прислушались к мальчику и даже начали договариваться.

И, казалось, и лес успокоился. Петя был рад, что всё начало налаживаться. Главное: семья и близкие рядом. Через остальное можно пройти.

— А снежные замки я как-нибудь и сам построю! — смотрел мальчик в небо, лёжа на снегу.

Но на следующий день на доске объявлений появилось уведомление: «Внимание! В городе начали пропадать дети...». А точно ли это был стражник?..