Как я стал столяром часть- 9 непридуманные истории

Как я стал столяром часть 9( непридуманные истории)
Предложение возглавить цех номер 7 в котором я начинал работать столяром, затем шаблонщиком, а затем мастером участка, для меня было несколько неожиданным. В цеху в то время работали и заместитель начальника и шесть мастеров участков, и вообще начальником цеха, как правило, приглашался специалист имеющий высшее образование с опытом руководящей  работы. Ведь в цехе- вторичной машинной обработки и сборки работало уже 320 человек, обслуживающих 120 станков и поточных линий…
Начальник производства Роландас Гурчинас подошел ко мне и сказал,- мы долго думали, кого вместо уходящего на другую работу, начальника цеха Крюкова, поставить во главе цеха и остановились на тебе. Я отнекивался, но он повёл меня к генеральному директору, у которого было в то время какое то совещание- разговор с директорами различного назначения и войдя туду, через пару минут пригласил в кабинет к Вацлавасу Чепасу,- меня. Разговор был не длинный. Генеральный обращаясь ко всем присутствующим сказал,- хотим поставить Самоила Иосифовича начальником цеха 7, ваше мнение. Директора поддержали мою кандидатуру, а генеральный закончил словами,-тебе там всё и все знакомы, продолжай учёбу и руководи, думаю, что мы не ошибаемся. Удачи.
Вот так всё происходило, а я с отличием закончив Бобруйский лесотехникум, со временем поступил в Ленинградскую лесотехническую академию.
На производстве всё происходило своим чередом. Работа мне была знакома, оборудование и работающие в цехе тоже. Я на досуге часто размышлял, что и почему, руководство мебельной фабрики остановило на мне свой выбор. Я к тому времени был депутатом райсовета Октябрьского р-на, членом заводского комитета, достаточно коммуникабельный, чтобы находить общий язык даже с трудными рабочими. Так и не найдя ответ на этот вопрос, решил что им виднее. Но, что наш цех очень часто побеждал в соцсоревнованиях,- это точно и переходящее знамя победителей почти постоянно находилось на виду в красном уголке цеха. Если плановые работы проходили под постоянным контролем мастеров смен, а мы работали в две смены,- значительно облегчало работу. Самое сложное было, решение вопросов с нарушениями трудовой дисциплины и как крайняя мера,- увольнения с работы,- за систематические нарушения её. Но были и интересные случаи в нарушениях дисциплины.  Работал на участке по изготовлению ящиков трельяжа Захарка Иван. У меня входило в систему работы, как начальника цеха, утренний обход. И вод обходя цех, по пути решая лёгкие вопросы, я обратил внимание, что работая хорошо, а со  стороны видно, как относится к своей работе человек на рабочем месте, что у Ивана лицо слишком красное. Про себя я просчитывал два варианта. Или у него скачет артериальное давление или… Впрочем недолго думая я пригласил его во время перекура в кабинет. Не мудрствуя лукаво я сказал, что в таком состоянии работать, а особенно с техникой нельзя. В чём дело? Должен сказать, что на участке где работал столяром Захарка, я четыре года работал мастером участка и за ним такого не замечал. Люди знали меня, а я их, но оказывается не до конца… Иван ничего не скрывал от меня, понимая, что до истины я всё равно доберусь. Он сказал, что без вина он не работник. Он попросил меня посмотреть на него утром, до принятия дозы вина и после. До пенсии ему оставалось 1,5 года. Я спросил, а какое ты вино пьёшь, он сказал “АГДАМ”. Я спросил, а сколько…,- он ответил пол литра на три дня. Я отпустил его, признаков опьянения не определив, ну разве кроме цвета лица. На завтра утром, до моего прихода на работу, у дверей кабинета сидел бледный Иван Захарка. В кабинете, куда я его пригласил мы были одни. Он протянув вперёд свои руки с раскрытыми ладонями, а они тряслись как в лихорадке сказал,- вот в таком состоянии я с утра и если мне не принять хотя бы сто, я с работой не справлюсь. Подойдите пожалуйста через пол часа и тогда решите, что со мной делать. Я отправил его и задумался, что делать… Через час я зашел в ящичное отделение цеха и минут пять стоял и смотрел, как выглядит и работает Захарка. Скажу сразу, для меня было сложным принять решение по нему. Руки его не просто работали, а летали и наверное никто бы не определил причину этого. Я решил, что буду считать это как недомогание, ведь до пенсии оставалось немного, а если его уволить, то найти работу ему будет сложно. До пенсии он доработал без лишних приключений.
Хочу рассказать ещё об одной истории цеха. Работало в цеху относительно много глухонемых. В основном , как правило это были работящие, дисциплинированные рабочие. Но общаться с ними одними жестами было недостаточно, с этим я сталкивался неоднократно. И вот однажды раздался звонок телефона. Звонила начальник отдела кадров и говорит. К Вам подойдёт девушка,- поговорите с ней. Сделав обход по цеху подхожу к дверям кабинета, а там стоит и мнётся красивая, молоденькая девушка и спрашивает меня. А Вы не знаете, как мне найти начальника цеха? А по какому Вы вопросу, спрашиваю. Меня прислала поговорить с ним начальник отдела кадров.
Проходите говорю я открыв двери. До сих по помню, как она волнуясь рассказывала свою историю, откуда она, что окончила культпросвет техникум и умеет разговаривать на нескольких языках с глухонемыми. Я смотрел на неё и думал, видно Бог послал её нам в цех. Впоследствии оказалось, что она не только хорошая и работник и переводчик, но и прекрасная певица. Да и вообще замечательной души человек. Назия Васихова, - её девичья фамилия. Сейчас её хорошо знает и город, и округа… Обладая разными положительными способностями и оказывая помощь людям.
Был и другой запоминающийся случай. Звонок из отдела кадров. Александра Крижявичене  и говорит. У меня тут парень сидит, ему ещё нет 18, может дашь возможность ему работу на пару часов, он учится в художественной академии,- заодно и будет оформлять наглядную агитацию у Вас в цеху. Пришел парнишка… Это сейчас он известный художник и я рад, что наши пути с ним пересеклись.
Работая начальником цеха, я имел возможность и использовал то, о чём  мечтал, работая на этом производстве. Дело в том, что моя идея, как и очевидно многих других, заключалась в том чтобы использовать отходы производства, на изготовление мебели, на которую бы вошли вырезки блоков клеёной фанеры, дсп, двп и других материалов. Заходя по делам производства, я видел машины нагруженные под завязку бракованными щитами от возврата продукции, по причине царапин, отбитых углов, повреждённых кромок. Только в нашем цеху, изготавливая комплекты подлокотников ВЕСТА, ВОРУТА, корпусов холодильников СНАЙГЕ, мы получали запланированных отходов,- десятки кубов. Кроме того с ограждающими режущие инструменты ограждения был непочатый край работы. Станочники, бывало по разным причинам оставляли пальцы на станках. Сразу скажу что большую помощь в улучшении конструкций ограждения нам оказывал главный конструктор фабрики Йосиф Прусс. Умнейшая голова да и руки. Мы совместно решали второй вопрос и получали награды, в виде медалей ВДНХ и премий руководства, по рац предложениям,- за такие усовершенствования заводских ограждений. А с первым вопросом,- мебель из отходов производства, я шел другим путём. Пределу фантазиям не было, кроме размеров отходов, но мне и шаблонщикам хватало их, чтобы конструировать разную по назначению мебель. Помещение для выставки образцов из отходов нашлось и раз в два месяца я приглашал на выставку их, комиссию,- в составе генерального директора, главного инженера, главного технолога, начальника производства и нач. цехов. Ценность этой мебели из отходов заключалась в том, что в калькуляции на изготовление изделия, одним из главных, не считая трудоёмкости изготовления, шла стоимость материала, материал уже был списан, на продукцию, отходом  от которой он являлся. Поэтому себестоимость этих изделий была низкой и расчёты к изделиям я сразу предоставлял комиссии. После таких выставок, как правило три- пять изделий шло в плановое производство и давало свою эффективность. Должен сказать, что без мастерства и советов шаблонщика Урбонаса Станисловаса и других, готовящих, по моим чертежам и эскизам, образцы мебели я бы один не справился, поэтому и премии выдаваемые за эти предложения их не обходили. За двадцать четыре года работы начальником цеха, таких выставок проводилось множество, впрочем, как и запусков в производство этих образцов.
Наступали времена, когда движение САЮДИСА набирало всё большие обороты. Останавливали работу, продавались, превращались в закрытые и открытые акционерные общества, банкротировали,- многие предприятия. Не обошла стороной эта беда, повлёкшая за собой сокращение большой части работающих и наш мебельный комбинат Вильнюс…
Но об этом уже в следующей части моего рассказа…