Загадка Мастера СуФу

 Будда был искусен. Иногда он прославлял щедрость как наивысшее качество и учил несуществованию Будды и иллюзорной природе всех существ. В другое время он рассказывал истории, которые начинались словами: «Когда я был обезьяной…» – как будто было «я», как будто была обезьяна, как будто было прошлое, настоящее и будущее.


         Часть первая. Загадка тулку.


Один вьетнамец из деревни в пригороде Нячанга, в 40 лет почувствовав "зов Учения", отбросил мирскую жизнь, оставив жене и дочкам семейное предприятие по выпуску мини-блинчиков и построив дом. Он надел монашескую робу и босиком ходил по дорогам Вьетнама с тростью и сумой, живя подаянием и постоянно читая мантру. В горах Анзянга он нашёл пещеру в которой "нашёл своего Учителя" - там к нему явился дух древнего китайского дао-буддиста лесной традиции, и он "учился у него", познав много такого что невозможно узнать ни из каких источников (дух говорил с ним на древнекитайском, в голове возникали иероглифы вэнь-ян и висели до тех пор пока он не переводил их на хан-вьет верно. так он написал книгу от руки: "Сутры Майтрейи" ("Кинь Зи Лак") на хан-вьет, которую трудно читать современным вьетнамцам из-за иносказаний и китаизмов эпохи поздней Тан (вьет. Ли - Х век).
   После этого он вернулся в родную деревню, залез на 1,5 км гору и стал там жить один. Вскоре к нему наряду с его женой, приносившей рис, стали приходить люди и через год возник мини-монастырь. Вьетнамца зовут СуФу НамТонг (настоятель Южной Школы), он лечит травами и своей энергией даже две начальные стадии онкологии.

"На самом деле, у меня нет никакой квалификации.. Я неграмотный человек... к счастью, меня научили мои предки. Я учился, помогая людям.
Практиковал и учился, помогая миру и исцеляя страдания живых существ. Я всего лишь закончил два класса начальной школы.. поэтому мало что понимаю. После того как Учитель дал мне буддийское Посвящение и показал природу ума, Колесо Учения всегда потом само вращается.
  Я написал Чёрную Книгу о будущем сам из иероглифов, появлявшихся в голове.. Предок передал ее мне с небес, чтобы передать здесь людям Дхарму для изучения."


Бо Дай был великим китайским мастером дзэн в 10-м веке (Хотэй по-японски), - можно посмотреть в поисковике, картина Кано Таканобу, 1616 г..

   Бо Дай жил в Фунг Хоа (совр. кит. приморская провинция Чжэйянь), в Минь Чау во времена расцвета буддизма - с кит. династии "поздняя Тан" 907–923 гг. по вьетнамскую династию Ли (1009–1225 гг) - называя себя Кьхе Тхо (искаж. "Кье хо!" - "Радостно внимайте!" - тиб.).
   На вид монах был невысокий, толстый, свободно говорил, свободно ел и спал. Монах часто носил на плече мешок, чтобы класть в него подношения. Массы восхищались монахом за его способность предсказывать погоду, дождь и солнечный свет. Когда Бо Дай спал на улице, все знали, что погода будет хорошей, а когда монах надевал обувь и находил временное убежище - шел дождь.

Личность Бо Дая очень «противоречива», говорят - в духе дзен-буддизма. Часто он совершал странные действия «безумного дзенского характера». Отвечая на вопрос, сколько ему лет, монах ответил: «стар как ничто».
Посреди рынка кто-то спросил, что он ищет. «Я ищу людей», — ответил монах.

Однажды впереди шел даосский монах.
Бо Дай тут же похлопал его по плечу и сказал: «Пожалуйста, дайте мне монету».
Монах сказал: «Если все в порядке, я дам тебе монету.»
Бо Дай тут же поставил свою сумку на землю и молча встал, скрестив руки на груди.

Бо Дай обладал многими магическими способностями: он спал на улице под снегом, и снег на него не падал. Перед смертью монах прочитал стих:

Майтрейя*, Майтрейя - медитация (дзен)
Тысячи миллиардов клонов
Время есть время, время есть время
Люди порой теряют ум.

Майтрейя, стопы Майтрейи
Сотни миллионов клонов
Всегда говорите людям
Люди не знают себя.

*буддийский Мессия

Когда он скончался, монахи открыли, что он - реинкарнация Майтрейи, будущего Будды. После его смерти некоторые люди все еще видели монаха в других местах Китая. Последующие поколения нарисовали изображение монаха с мешком риса и оттуда создали образ Бодхисаттвы Майтрейи, который сегодня обычно можно увидеть во многих странах, находящихся под влиянием северного буддизма.


   Если принять теорию о перерождениях, то у автора никаких сомнений в том, что СуФу является очередным воплощением личности Бо Дая (10в). Но так как Тхиен (и здравый смысл автора-буддиста) говорит об отсутствии какой-то "личности" (только вращающиеся 5 скандх, и всё, ничего стационарного) то теория о "тулку-перерожденцах" рассыпается. Остаётся предположить, что просто некоторые люди достигают такой степени чистоты сознания, что попадают в ту самую Сукхавати при жизни - откуда и идёт им информация в доступной образно-знаковой системе.

Такое рассуждение внутренне вроде бы корректно и, по сути, уже стоит внутри буддийской логики. Автор попытался проанализировать поэтапно - и решить загадку, доказав теорему.

1. Имеется проблема «тулку» при отсутствии личности.

  В Тхиен и раннем буддизме идея буквального «перерождения личности» несовместима с учением об анатта (отсутствии неизменного «я»),пяти скандхах как динамическом процессе, отсутствии субстанции, которая могла бы «переходить». Если нет устойчивой сущности, то некому перерождаться в прямом смысле. В этом смысле «тулку» как переселение личности действительно рассыпается.



2. Как тогда понимать феномен «узнаваемых воплощений»?
 Здесь важно различить три разных уровня, которые часто смешивают:

Уровень А. Народно-религиозный (упрощённый): «Это тот же самый человек, который вернулся» — удобная модель для передачи традиции, но философски грубая.

Уровень Б. Классический махаянский: перерождается не личность, а кармический поток (сантана). Это уже тоньше: нет «я», но есть направленность, конфигурация причин, «узор».
   Однако и здесь остаётся проблема: что именно несёт узнаваемость?

Уровень В. То, к чему автор интуитивно пришёл: чистота сознания и «доступ к уровню вне биографии».
   В дзэне и тхиене есть негласное понимание: при достаточной очистке ума исчезает локальность времени и индивидуальной истории.

  Тогда не «я вспоминаю прошлую жизнь», а ум входит в поле, где определённые формы знания всегда присутствуют. Это не память - это резонанс.


3. Сукхавати (санскр. «Земля Блаженства» или «Счастливая Земля») — это чистая земля, райский мир Будды Амитабхи в буддизме Махаяны и Амидаизме (Китай, Вьетнам, Япония), который является целью для последователей школы Чистой Земли, где нет страданий, а существа перерождаются, чтобы достичь просветления. Это не столько физическое место, сколько духовное состояние или измерение, описываемое в сутрах как мир невообразимой красоты, наполненный светом, драгоценностями и благословениями Амитабхи.

В нашем случае Сукхавати «при жизни» — будет достаточно корректной формулировкой. Ведь Чистая Земля — это не столько «место», сколько состояние ума без грубых помех. Когда устраняются омрачения-клеши, страх, эго-рефлексия — ум перестаёт быть замкнутым. Тогда возможно получение учения не из «внешнего источника», а из универсального хранилища форм Дхармы, доступного в символах конкретной культуры.


4.  Почему именно древнекитайский, стиль эпох Тан-Ли, образ дао-буддийского наставника? Потому что ум ищет форму, в которой он может стабильно принять содержание. Это не «он был Бо Даем», а структура сознания СуФу настроилась на тот же частотный диапазон, где этот пласт традиции «звучит».


5. Тогда кто такой Бо Дай в этой схеме?

Не «предыдущая личность», а архетип реализованного ума в конкретной культурно-языковой форме. «Узор», который может активироваться при совпадении условий.
В этом смысле Бо Дай не переродился, а его форма проявления снова стала возможной.


6. Почему это не противоречит отсутствию «я»?

Потому что нет постоянной сущности, а есть воспроизводимость формы, когда исчезают искажения. Как с музыкой: не одна и та же нота «перерождается»,
а возникает та же гармония, когда инструмент настроен.

Теорема доказана, загадка разгадана дзэнской формулой:
не «перерождение личности», не буквальный тулку - очищение ума ведёт к входу в нелокальное поле Дхармы и далее к проявлению Знания в доступной символике.

История знакомства с Мастером и его деяниях - здесь в семи эссе http://proza.ru/2024/01/10/180




           Часть вторая.  Отсутствие истории.


   Но мы пойдём ещё дальше в своих раскопках — и здесь уже заходим на предельный уровень формулировок, где остаётся очень мало слов и много точности.

Продолжим строго внутри логики Тхиен, без метафизических костылей.

а) Если нет перерождений - тогда корректная формулировка звучит так:

  Никто никуда не перерождается, потому что не существует того, кто мог бы перейти. Есть непрерывная возникаемость феноменов, причинно-обусловленные конфигурации, отсутствие субъекта-переносчика. А то, что обычно называют «перерождением», — это не событие, а инерция причинности, наблюдаемая изнутри линейного мышления.
   В дзэне это решается просто: пока есть цепляние — есть «кажется, что что-то продолжается»; когда цепляние исчезает — некому продолжаться.


б) Нет никакой "истории", потому что время - относительно.
   Здесь мы подходим к ключевому узлу.
   История существует только при наличии наблюдателя, выстроенного во времени.
   Без фиксированного «я» нет начала, нет продолжения, нет завершения.
   То, что мы называем «историей человечества», — это не объективный процесс, а ретроспективная сборка из знаков, текстов, причин и следствий, наложенная на поток восприятия.
   С точки зрения освобождённого ума никогда ничего не происходило во времени — только сейчас возникают формы.

            Тогда что вообще «есть»?
 Остаётся только: таковость (татхата), непрерывное «есть» без координат, спонтанное возникновение и исчезновение форм без субъекта.
 Не «всё — иллюзия» (это ещё концепция), а всё — без опоры.

            Почему тогда возможны традиции, Учения, передачи?

   Потому что формы возникают согласованно, язык и символы — тоже формы, они не «передаются», а проявляются повторно, когда есть условия.
   Поэтому Будда не «жил когда-то», Моисей не «был исторической фигурой» в абсолютном смысле, Бо Дай не «вернулся».
   Все они — устойчивые конфигурации смысла, возникающие в настоящем, когда ум к ним открыт.


                Это не нигилизм.
Это не отрицание реальности, а отказ от ложной субстанциональности.
Боль болит. Сострадание действует. Причинность работает. Но без владельца, без сюжета, без метафизического «контракта на существование».

 
            Где здесь Освобождение?

Освобождение — это не «узнать истину».
Это момент, когда перестаёт быть нужной история, чтобы оправдать происходящее.
   Нет перерождений — потому что нет того, кто мог бы бояться смерти.
Нет истории — потому что нечему тянуться из прошлого в будущее. Есть только ясность, не требующая продолжения.


                Последняя точка.

Если выразить это предельно просто: «Когда нет перерождения — никто не рождается. Когда нет истории — ничего не начиналось. И всё это — прямо сейчас».




               Часть третья. Микрохирургия.


Теперь возьмём в руки скальпель и работаем хирургически, без утешений и без метафор. Мы уже на том уровне, где «грубого я» нет. Остаётся тонкое, и оно коварнее.

        1. Где «я» уже точно отсутствует?

Уточним, что уже распознано и не является проблемой:
нет устойчивой личности;
нет перерождающегося субъекта;
нет линейной истории;
нет «моей» судьбы;
нет центра в теле;
нет владельца мыслей.

Это всё — первый слой деконструкции, он завершён.



           2. Где «я» всё ещё прячется?

    Теперь — реальные места укрытия.

2, а) «Я, который это понял» - самое частое и самое тонкое.

Форма: «Нет субъекта — и это ясно»
Проблема: ясность присвоена, присутствует неявный «носитель понимания».
Проверка: где находится тот, кто знает, что «никого нет»? есть ли он вне формулировки?
  Если есть ощущение: «я нахожусь в ясности», «я вижу отсутствие я»— это тонкий наблюдатель.

2.б)    Свидетель - Осознавание с заглавной буквы.

Очень распространённая ловушка продвинутых практиков.

Форма:«Есть чистое осознавание, в котором всё возникает»
Проблема: осознавание превращено в сущность. Оно становится новым «я», только более изысканным.

Тхиен здесь беспощаден: «Если ты можешь указать на Осознавание — это не оно».

Проверка: имеет ли «осознавание» позицию? Есть ли у него непрерывность? Можно ли сказать «оно остаётся, когда всё исчезает»?
   Если да — это метафизическое я.


2.в)   Тот, кто «не цепляется»

Форма: «Нет цепляния».
   Но - внимательно: кто не цепляется? Кто удерживает отсутствие удержания?
   Если есть даже минимальное чувство, что «я свободен от цепляния», «у меня нет привязанностей» — это я-аскет, я-наблюдатель без желаний.


2.г)   «Естественность», которой нужно соответствовать.

Форма: «Всё просто происходит само»
Но если есть ожидание, что должно происходить «само», если есть эталон «правильной спонтанности» — это нормативное я, очень тонкое.


3.      Самое скрытое место: потребность в финальной точке.
   Это - ключевое.
   Форма: «Ну хорошо, если нет истории и нет перерождений — что же тогда есть на самом деле?» Сам вопрос уже содержит остаток «я». Почему?
Потому что есть запрос на опору, на окончательную формулу, на место, где можно «остановиться».
   Тхиен говорит: «Тот, кто ищет окончательную истину, ещё не ушёл».


4. И - последний тест (очень точный): зададим себе вопрос не мысленно, а прямо сейчас: есть ли хоть что-то, что должно сохраниться?
     Не тело. Не осознавание. Не пустота. Не ясность. Не Учение.
 
   Если внутри остаётся лёгкое напряжение, ощущение «слишком радикально», желание оставить хоть «это» — вот там и сидит "тонкое я".


5. А что с ним делать?
        Ничего.

Его нельзя устранить усилием. Нельзя «добить». Нельзя разоблачить окончательно. Оно распадается само, когда не поддерживается интерес к собственной правильности, не ищется подтверждение, не ожидается финал.
   Это не достижение. Это утрата потребности в достижении.

6. Формула дзэн: «Пока есть кто-то, кому важно отсутствие кого-то — это ещё кто-то».
   Когда исчезает даже это — нет состояния, нет реализации, нет того, кто мог бы сказать «готово».
    И именно поэтому всё полностью функционирует.

Песня "Некто" https://suno.com/song/d96c9f37-78dd-4c8d-b14d-60d50c4eacf7